Действие наркотика закончилось так же неожиданно, как и началось, зато пришел откат. Все было смутно, словно сквозь толщу воды. Ее куда-то нес высокий мужчина азиатской наружности, затем везли, но она не поняла на чем; все, что запомнилось, это тихий, но властный голос, говорящий на незнакомом языке. Он отдавал приказы. А еще большие раскосые глаза цвета вишни и задумчивая полуулыбка на овальном лице.

Очнулась она от резкого запаха. Нашатырь, что ли? Открыла глаза и дернулась.

— Т-шш… — незнакомец с явной примесью азиатской крови приложил палец к губам. — Т-шш.

Он полулежал на подушках, шелковый халат с вышитыми драконами был распахнут на бледной безволосой груди, и Тереза увидела шрам возле левого соска. Сама она лежала у него на коленях. Обнаженная, руки в запястьях скованы небольшими деревянными колодками.

— Странно, — певуче произнес азиат. — Ты слишком молода, чтобы быть его подручной. Так зачем он притащил тебя в этот мир?

— Кто вы?

— Для тебя я тьер Янг Вонг, — он провел пальцами по ее спине. — А раз ты не его ученица, значит, ты его любовница.

— Чья?

— Я не знаю его настоящего имени, но в этом мире их всех называют Эрлинг, по названию их расы.

— И как я здесь очутилась?

Тереза с трудом осознавала, что произошло.

— Я тебя купил у мага за очень большие деньги.

— Зачем?

Янг щелкнул пальцами, и мальчишка азиат, до сих пор тихо сидящий на полу возле низкого дивана, подал ему длинную тонкую трубку.

— Когда-то он оставил мне это, — Янг коснулся кончиками пальцев шрама на груди. — Он болит. Теперь я хочу отобрать у него все, что ему дорого.

— Тогда ты ошибся, — Тереза положила голову на руки. — Плевал он на меня. Он даже не захотел меня выкупить у Ленни.

— Вот как? — задумчиво произнес Янг, продолжая ее гладить. — Значит, он был на аукционе?

— Был.

— Это хорошо, — Янг выпустил в воздух тонкую струйку ароматного дыма. — Думаю, он придет за тобой, кукла.

— Меня зовут Тереза.

— Тереза… — Янг поднес к ее губам трубку. — Необычное имя. Затянись.

— Я не курю.

— Разве я спрашивал, куришь ли ты? — мягко произнес Янг, заглядывая ей в лицо. — Я приказываю, ты исполняешь, ведь тебе не хочется висеть на крюке или ублажать моих людей, Тереза?

— Нет, не хочется. Но… — Трубка требовательно уперлась в губы, и Тереза втянула в себя чуть сладковатый пряный дым. И сразу же закашлялась.

— Я люблю жесткий секс, Тереза. Разнообразный. Скажи мне, как он занимался с тобой любовью?

— Вы два извращенца, — Тереза почувствовала, как заколотилось сердце. — Что это, наркотик?

— Не переживай, к нему нет привыкания, но он поможет тебе расслабиться.

Янг провел рукой по спине, огладил бедра, чуть раздвинул ягодицы, Тереза почувствовала пустоту в животе и желание податься назад, она тихо застонала от бессильной злости.

— Как он занимался с тобой любовью, Тереза? Как с мальчиком?

— Нет, — говорить не хотелось, но слова сами слетали с языка. — Он меня привязал, я не хотела, но он такой же, как и ты, извращенец. Он не спрашивал, хочу я или нет.

— Значит, сзади ты еще невинна, — продолжая ее гладить уже более откровенно, тихо произнес Янг. — Меня это радует.

Его палец скользнул между бедер, и Тереза сжалась.

— Тебе ведь нравится, не так ли, Тереза? Тебе знакомы уже эти ласки и такие прикосновения. Оттопырь попку.

Тереза спрятала лицо в сгибах руки и чуть-чуть приподняла зад. Было мучительно стыдно, но тело млело под нежными прикосновениями мужских рук.

— Затянись, — Янг поднес к ее лицу трубку, и она покорно затянулась. — А теперь расслабь дырочку.

Пальцы, смазанные чем-то жирным, скользнули между ягодиц и осторожно проникли внутрь, медленно и властно. Тереза вскрикнула и подалась вперед, в попытке отстраниться, за что получила резкий укол под лопатку. Янг помахал перед ее лицом ножом с длинным тонким лезвием.

— А может быть, мне стоит изуродовать твое красивое личико? Или отправить Эрлингу тебя кусками?

— Да плевал он на меня! Ты ничего этим не добьешься.

— Кто знает?

Мягкий голос с неизменной доброжелательной интонаций звучал рядом с ухом. Тереза не заметила, как оказалась лежащей на кровати лицом вниз, а Янг уже развязывал завязки на широких синих штанах.

— Вот и узнаем.

Он провел кончиком ножа по спине, и Тереза поняла, что он ее слегка оцарапал. Боли не было, наркотик действительно притупил ощущения. Но не совсем. Когда Янг медленно, но решительно толкнулся, она не выдержала и вскрикнула. Тут же последовал укол в бедро.

— Я сказал расслабиться.

— Вытащи! Это больно!

— Не лги, тебе ведь нравится, тебя уже ласкали в этом месте.

Вонг протянул руку и небрежно погладил ее грудь, больно сжал сосок и тихо рассмеялся.

— Твое тело говорит за тебя, Тереза. Ты возбуждена и пылко реагируешь на мои прикосновения. Завтра я уеду из этого места, и Эрлингу придется прийти за тобой в мой город, где я его буду ждать.

Он стал медленно двигаться вперед, пока не прижался к Терезе животом, навалился сверху и шепнул в ухо:

— Я хочу, чтобы он знал, что я был у тебя первым. Чтобы он знал, что я делал с тобой.

— Еще раз говорю, ему плевать на меня! — задохнулась Тереза, испытывая боль и какое-то неправильное удовольствие.

— Лгунья.

Янг начал двигаться, постоянно ускоряя темп. Ощущения были странными: боль, распирающая изнутри, осознание, что это неправильно, и при этом возбуждение, и мучительное тягучее желание, чтобы Янг приласкал ее впереди, помог получить разрядку.

— Можешь кричать, мне нравится слушать твой голос, — мягко произнес он, проводя лезвием по ягодицам. — Ну же, покричи для меня, Тереза.

Он почти вышел из нее и затем с силой вошел до самого конца, пронзая тело вспышкой невыносимо острой боли, одновременно с этим рукоятка ножа скользнула между складками, терзая и без того возбужденный клитор. И тогда Тереза не выдержала и закричала.

— Вот и славно, — прошептал Янг.

— Хватит валяться. Мы идем домой.

Тереза подняла голову, она лежала на тонкой соломенной подстилке в комнате с решеткой вместо стены, а по ту стороны решетки стоял Эрлинг.

— Поторопись, у меня нет времени.

Да пошел он к черту! Из-за него она оказалась в такой ситуации.

Эрлинг открыл решетку и присел на корточки рядом с Терезой. Достал ключи и отомкнул запор на колодках.

— Что ты здесь делаешь?

— Ты украла принадлежащую мне вещь.

— Так это из-за стеклянного шарика?

— Стеклянного шарика? Нет, это из-за кристалла, на котором записана важная информация.

— Да пошел ты!

— Не дерзи мне, девчонка.

Он накинул на плечи Терезы кожаную куртку и, перекинув девушку через плечо, покинул клетку.

— Пусти, я сама могу идти!

Они вышли в коридор, и Тереза притихла: у стены лежал мужчина, неестественно подогнув ногу и вывернув шею, чуть дальше еще один, и еще…

— Ты убил их! Убийца! — она расширенными от ужаса глазами смотрела по сторонам. Весь их путь украшали трупы.

— Они живы, — флегматично ответил Эрлинг, выходя на улицу. — Я не убиваю бесплатно.

— Отпусти меня!

Он поставил Терезу на землю, иронично глядя, как она поправляет большую ей куртку.

— Ступай в портал.

Эрлинг бросил на землю небольшой предмет, и в воздухе появился серебристый круг.

— Никуда я с тобой не пойду! — Тереза решительно отвернулась.

— Что, так и будешь бродить голой по припортовому району? — прозвучало с обидной снисходительностью. — Или вернуть тебя в клетку?

Рядом что-то просвистело, Тереза с удивлением посмотрела на болтающийся рукав, в котором появилась аккуратная дырочка. Эрлинг резким движением задвинул ее себе за спину и выхватил пистолет.

— Янг, — его рука была направлена в сторону стоящего на ступенях дома Вонга, дуло смотрело прямо в грудь.

Янг чуть улыбнулся, опустил руку с пистолетом.

— Это еще не конец, Эрлинг.

Он склонил голову и, резко развернувшись, скрылся в доме. Только мелькнули на ветру длинные волосы и полы традиционного наряда.

Ошарашенная Тереза покорно шагнула в портал, следом за ней вошел Эрлинг.

Он привел ее в маленький домик, состоящий из двух спален, гостиной и большой ванной комнаты.

— Вымойся, ты грязная.

— Почему мы так легко ушли?

Тереза подняла на киллера глаза.

— Он же не собирался меня отпускать.

— Вонг не самоубийца, Тереза, он прекрасно знает, кто ушел бы живым в нашем поединке. В этом городе у него слишком мало охраны, но он вернется, потому что у меня есть то, что ему очень и очень нужно.

— Я? — Тереза поежилась, переступая по деревянному полу босыми ногами.

— Ты? — Эрлинг усмехнулся и, подхватив ее за подбородок, приподнял лицо. — Нет, милая Тереза, Вонг ищет кристалл с важной информацией, который ты у меня украла.

— Я не воровала, — возмутилась девушка. — Я думала, это просто стеклянный шарик.

— О, да, конечно. Ступай в ванную.

Киллер подтолкнул ее к двери, сдергивая с плеч куртку. Выложенное плиткой помещение, в углублении душ, рядом из пола торчит высокий кран. Привычной ванны или кабинки нет, но да ладно, главное, что есть горячая вода. Тереза повернула кран и встала под душ, упершись лбом в стену. Защипали порезы, тело ныло, словно после изнуряющей тренировки, болел зад, во рту стояла горечь. Тереза тихонько заплакала.

— Это Янг оставил тебе раны, когда насиловал?

Эрлинг стоял в двери, упершись плечом о косяк. Расстегнутая рубашка, свободные льняные штаны, босой. Уверенный в себе, снисходительный и привлекательный. От него расходились почти ощущаемые флюиды властности и звериной силы.

— Я вымою все, что он запачкал, а потом…

Киллер подошел к Терезе и щедро плеснул на нее мыльной пены, затем взял в руки мягкую мочалку и провел по спине.

— Потом я накажу тебя. Запомни, Тереза Ли, твое тело принадлежит мне, и только я буду твоим единственным мужчиной, до тех пор, пока не решу иного.

Он полностью намылил ее и заскользил руками по груди, животу, опускаясь все ниже и ниже. Тереза не хотела этого, но все равно почувствовала возбуждение. Легко скользящие по телу руки, горячая вода, тихое дыхание мужчины за спиной…

— Расставь ноги и упрись руками в стену.

— Ты ничем не лучше него! — выпалила девушка. — Ты тоже не спрашиваешь, хочу ли я?

— А разве ты не хочешь, Тереза?

Эрлинг поставил бедро между разведенными ногами и прижался животом к ее спине. И когда только успел снять штаны? Горячая твердая плоть уперлась в копчик, в то время как скользкие пальцы вторглись в сокровенное и заскользили, поглаживая, возбуждая, дразнясь. Теплая волна прошла по всему телу, Тереза непроизвольно выгнула спину, ощущая, как гладкий член скользит между бедер, она потерлась о него, заставив Эрлинга чуть слышно вздохнуть.

Как могла она с такой легкостью поддаться его ласкам? Ей страшно было признаться себе в том, что она ждала этого момента, желала его. Неужели она попалась к нему на крючок?

— Мне остановиться, Тереза? — раздалось над ухом. — Скажи мне, что тебе не нравится.

Ноги Терезы невольно раздвинулись еще шире, предоставляя мужчине свободу действий.

Неторопливыми выверенными движениями он взял с полки широкую черную ленту, перекинул через торчащий из стены крюк для гибкого душевого шланга и быстро связал Терезе руки в запястьях. Теперь она стояла, беззащитная, вытянувшись вверх, а пальцы Эрлинга уже ласкали промежность, настойчиво и неотвратимо проникая внутрь. Сразу же защипали нанесенные Вонгом ранки, Тереза всхлипнула.

— Больно, — тихонько заскулила она.

— Значит, вот как он брал тебя? Как мальчика.

Эрлинг даже не подумал вытащить палец, а, наоборот, осторожно ввел еще один, одновременно лаская клитор.

— Мне нравится, как ты реагируешь, Тереза, — горячо шепнул киллер, медленно растягивая и лаская ее сзади.

Тереза судорожно всхлипнула, сладкая судорога взметнулась от живота к груди. Она прикусила губу и прижалась к нему спиной. О, черт, так приятно было чувствовать его пальцы, которые нежили пульсирующий бугорок. Но ей хотелось большего, ей хотелось, чтобы все было резко и быстро. Хотелось криков от удовольствия и дикой страсти. Она больше не могла и не хотела терпеть. Эрлинг, по-видимому, почувствовал это, потому что склонился к ее уху, щекоча дыханием, и приказал:

— Попроси меня.

— Пожалуйста, — она залилась румянцем, ненавидя себя за слабость, за то, что не устояла.

— Пожалуйста, что?

— Пожалуйста, возьми меня, — голос звучал чуть хрипловато из-за неравномерного дыхания.

— Возьми меня, кто?

— Мой господин.

— Запомни это, Тереза. Ты принадлежишь мне, а я не люблю, когда берут мои вещи.

Он развел ягодицы и медленно вошел в нее сзади. Тереза вскрикнула, он был горячий, влажный, напористый и большой. Она запрокинула голову и всхлипнула — он заполнил ее. Казалось, глубже войти невозможно, однако Эрлинг толкнулся еще раз, и Тереза, потеряв над собой контроль, закричала. Киллер продолжал пронзать ее, и в конце концов она перестала понимать, что испытывает: удовольствие или боль. Тереза даже не представляла, что такое возможно. Пронзительная боль и острое наслаждение!

— Тихо, я просто хочу почувствовать тебя. — Эрлинг сделал глубокий вдох. — Мне нравится запах твоего возбуждения.

Его пальцы до боли сжали грудь, а затем опустились на нежную плоть, раздвигая складочки, поглаживая клитор. Внутри нее нарастал оргазм, все ближе, ближе… Эрлинг ввел в нее два пальца, и она кончила, когда он вбился в нее с неистовой силой, доставляя боль и наслаждение. Еще несколько резких глубоких движений — и Тереза почувствовала, как ее заливает горячим. Эрлинг еще немного постоял, прижимая к себе ее дрожащее тело; Тереза слышала, как стучит его сердце, как сжимается и пульсирует его все еще твердый и упругий член; затем он медленно вышел, отвязал ленту и подхватил на руки едва не упавшую от слабости девушку.

— Ты моя.