В старом молитвенном доме уже давно кончилась служба, и странствующий пастор, выполнив свой религиозный долг, давно уехал. Прихожане тоже разошлись с чувством нравственного удовлетворения, так как и они считали свой долг выполненным и могли уже со спокойной совестью заниматься своими обычными делами. Некоторые из жителей сидели на маленьких верандах своих домов, курили и разговаривали вполголоса. Другие же улеглись в свои постели, с кажущимся равнодушием ко всему, довольные, что по крайней мере в этот момент их дома представляли для них безопасную гавань. Однако в Скалистых Ручьях все знали, что готовится что-то и чья-нибудь жизнь будет поставлена на карту в эту ночь. Было действительно удивительно, как быстро распространялись в селении известия, никем, впрочем, не высказанные громко. Все чуяли приближение битвы, борьбы против закона. Долина должна будет пережить исторический момент в эту ночь – это сознавалось всеми, потому тот мир и спокойствие, которые царили теперь в долине, были особенно знаменательны.

В течение целого дня ни Файлс и никто из его полицейских не показывались в Скалистых Ручьях. Никто из них не присутствовал на богослужении, и они как будто совсем исчезли из окрестностей долины.

С наступлением ночи большое количество всадников выехало на дорогу из долины Скачущего Ручья. Всадники ехали по двое, очевидно, следуя полученным инструкциям и направляясь к своим постам. Пост инспектора Файлса находился в таком месте, откуда можно было наблюдать за дорогой в форт Аллертон. Она пролегала через большие волнистые поверхности прерии, и ничто не могло пройти незамеченным по этой дороге, разве только если наступит гроза и тогда все скроется из вида. Файлс, ехавший на своем Питере, наблюдал за тучами, разгуливавшими по небу, как вдруг услыхал выстрел, раздавшийся вдали, по направлению к востоку. Вслед за тем послышался другой выстрел и наконец третий. Это был условный сигнал.

Так и есть! Они, значит, направлялись по южной дороге, в участке Мак-Бэна.

Файлс пришпорил лошадь, и Питер помчался. Три выстрела? Файлс надеялся, что он успеет доехать прежде, чем раздастся четвертый выстрел.

Четыре всадника направлялись к роще, откуда были произведены выстрелы. Каждый из них слышал их и, выполняя условленный тактический маневр, ждал с волнением четвертого выстрела, который должен был известить об открытии контрабанды.

Файлс первый прискакал к роще, но в тот же самый момент огромная лошадь Мак-Бэна сделала прыжок в сторону, Файлс искал глазами на окраинах рощи патруль, давший сигнал.

– Он должен быть на юго-восточной стороне! – крикнул ему Мак-Бэн, повернув лошадь в ту сторону. Файлс поскакал за ним. Они не успели проехать и двести ярдов, как он увидел, что Мак-Бэн соскочил с седла и опустился на колени перед какой-то фигурой, распростертой на земле. Файлс тотчас же последовал его примеру.

На земле лежал человек со связанными руками и ногами и в рот ему был засунут тяжелый кляп. В ту же минуту подъехали еще два полицейских, и слышен был лошадиный топот. Это скакали по дороге другие полицейские, спешившие к тому месту, откуда раздались выстрелы.

Файлсу довольно было одного взгляда на лежащего на земле человека, чтобы понять все: он снова потерпел поражение!

– Это вы подали сигнал тревоги? – спросил он полицейского, когда его развязали и Мак-Бэн вынул у него кляп изо рта.

– Нет, сэр, – отвечал полицейский. – Меня потащили…

– Живее, Мак-Бэн! – крикнул Файлс. – Они нас провели! Следуйте за мной. Они на дороге в форт Аллертон, я в этом уверен.

Питер скакал впереди. Достигнув этой дороги, Файлс и Мак-Бэн соскочили с лошадей и принялись осматривать песчаную почву. Двое полицейских присоединились к ним.

– Мы побиты, Мак-Бэн, – сказал Файлс. – Они сыграли с нами шутку. Минут пять тому назад тут проехала повозка. Посмотрите на следы.

Файлс приподнялся. Глаза его сверкали гневом. В это время он увидел всадника, который остановился на дороге и молча смотрел на группу полицейских. Никто не слыхал его приближения. Файлс в сопровождении Мак-Бэна прямо направился к нему. Взглянув на него, он почувствовал приступ бешенства, который с трудом смог сдержать.

– Что вы здесь делаете, мистер Брайант? – спросил он резко.

Чарли Брайант нагнулся вперед на луку седла. Его темные глаза улыбались, но улыбка была не из приятных.

– Что я делаю? – спокойно спросил Чарли. – Я просто смотрю и удивляюсь, что вы здесь делаете, господа!

– Это не ответ на мой вопрос, – сказал Файлс, едва сдерживая свое раздражение.

– Разве нет? – возразил Чарли с дерзкой улыбкой. – Но знайте, что вы никакого другого ответа не получите от свободного гражданина. Я имею такое же право смотреть здесь на эскапады полиции, как вы – разрешать их. Однако я устал и хочу ехать домой. Прощайте.

Он погнал лошадь и быстро поскакал вниз по дороге, но за ним последовал полицейский, которому было приказано не упускать его из вида до рассвета.