В очередной приезд в Газни, перед днем афганской революции, наконец, встретились два земляка из Сурского края. Сфотографировались. Веахамин при галстуке, наглаженный, в позе гоголевского Хлестакова, а Ваханов, как крестьянин, приехавший из деревни в город, в затрапезной одежде, мятых брюках и пыльных ботинках. Сейчас, по прошествии многих лет, перебирая афганские фотографии, иногда ему становится стыдно за внешний вид «шурави», особенно первой командировки. Жалко, что посланцев России учили воевать, но не говорили, по крайней мере, не настаивали, что в чужой стране надо выглядеть внешне прилично. Они же представляли Великую державу, и внешний вид имел значение. Ходили в той одежде, что привезли с собою, а привезли не самое лучшее. Возможно, такая установка была для спецподразделений. С 1984 года уже шили приличную форму советника. Веахамин же, надо похвалить его, даже в начале не давал повода врагам для злословия.

Дружеских отношений у Ваханова с ним никогда не было, поскольку жизненные позиции разные. Еремей был тоже не против хорошей должности, но никогда не ставил это целью жизни. Трудился честно и добросовестно и считал, наивно, что в потоке действительности дно ровное. О подводных камнях жизнь заставила узнать позже. Встреча с земляком радости не принесла. Он мог бы так долго и не перечислять своих достоинств, Еремей знал о них, о его врожденной самовлюбленности. Перловая каша сама себя хвалит, а гречневую люди. Хорошо бы перечисленными достоинствами научиться побеждать свои пороки!

Нередко в жизни встречаются люди, которые не замечают своих недостатков, или стараются их не замечать, что уже похоже на умысел, если брать юридическую терминологию. Но есть, оказывается, и такие, которые тяготятся несовершенствами, но не могут их преодолеть, поскольку попадают в рабство своих порождений. Как пример можно привести радиослушателя задавшего на радио, видимо, наболевший вопрос: как избавиться от собственной наглости, из-за которой друзья и знакомые стали избегать его. Конечно, не имеет значения какой недостаток: наглость, высокомерие или иной изъян в характере, но если с ним мириться и не изживать, то пока при должности, которая, как известно, не вечная, ему оказывают знаки внимания, а потом вдруг перестают узнавать. Вакуум, образованный отсутствием порядочных людей, обязательно заполняется людьми противоположных взглядов. «Нет будущего у того, кто вызывает неприязнь к себе в сорокалетнем возрасте» – говорил великий китайский мудрец Конфуций.

Пока подыскивали «сочинцам» помещение, они, в короткие часы отдыха, навещали ребят первого отделения, уже проживавших в городе в доме «вали» (губернатора). Не отказывались фотографироваться. Кто же откажется запечатлеть себя с губернатором провинции Газни? В СССР человек такой должности – недоступен, а в Афганистане руководители области относились к ним почти как к равным, и не только афганские руководители. С архангельским «первым», приехавшим в качестве партийного советника, за одним столом пили брагу. Здесь Ваханов приобщил к мудрости жизни, что опасности и невзгоды выравнивают отношения и среди «недосягаемых» есть простые нормальные люди, были бы обстоятельства соответствующими.

27 апреля день Саурской (апрельской) революции. Вчера, с наступлением ночи наблюдали как со всех постов охраны г. Газни ракетами и трассерными очередями народная власть салютовала празднику. В провинции Пактия, тоже полыхал фейерверк, но более мощный. На другой день иранское радио сообщило, что в городе Зара-Шаран, куда кобальтеры недавно делали визит, произошло восстание. Так иранцы обозвали нападение на народную власть провинции.

В праздники никто не работает. Для воюющих день отдыха – это решение бытовых долгов: стирка, штопка и т.д., но сегодня решили сделать культпоход по окрестностям полка – на лоне природы сфотографироваться; поближе рассмотреть верблюжьи колючки и поизучать живность на земле. Белое солнце палит весь день. Негде спрятаться от его жарких лучей. Лишь скудная рыжая растительность из последних сил пытается продлить свое существование, вытягиваясь из пыли, в поисках прохладного ветерка. Но не шелохнется ни одна былинка, только у подножия мраморных гор, как в аэродинамической трубе, друг за другом проносятся маленькие смерчи. В то время еще не знали, что в Америке их называют торнадо. Они почему-то здесь, с завидным постоянством, каждый день демонстрировали свою силу.

Возвращаясь «домой», внимательно смотрели под ноги. Старались не наступить на скорпиона, которые затаились под камнями. Они ведут ночной образ жизни и днем прячутся от солнца в тени камней или норах Один вид их с клешнями и ядовитым хвостом вызывал омерзение. Скорпионы коричневого цвета – не самые опасные. По весне, когда зеленые, укус их может привести к смертельному исходу. В панджшерской операции такой скорпион ужалил солдата срочной службы, которого часа четыре трясло так, что он выбросил автомат в пропасть, однако, выжил.

Вечером праздничный ужин, а через три дня еще один праздник – 1 мая. Названия праздников особой роли не играли. Советские, конечно, почитались особо, но не игнорировались и другие. Ни у кого и в мыслях не было пропускать такие события. Подготовкой к ним занимались прапорщики – водители БТРов. Только им можно было доверить такие «важные» мероприятия.

В четвертой группе прапорщики были войсковые, а сержантский состав – охрана – милиционеры. По дисциплинированности, честности и другим моральным качествам, если сравнивать их, прапорщики очень проигрывали сержантам. Некоторые среди милиционеров, были просто замечательные ребята.

К спиртному прикладывались часто. Для этого существовали три причины: не знаешь будешь ли жив завтра, неустроенность быта, и, главная – признавали все– профилактика против холеры, брюшного тифа, желтухи. Все очень боялись заболеть – больным прекращали командировку и отправляли в Союз – поэтому неограниченно употребляли «профилактику», слепо веря в это целительное средство, хотя 50%, предыдущего состава было отправлено домой с желтухой. Сейчас панацея эта, вызывает сомнение. Не известно, кто пустил «утку», что спиртная профилактика полезна, наверно, те, кому она была и приятна. А в приятное с полезным всегда верят больше.

Сотрудники МВД, которых за десять лет афганской компании, было всего четыре тысячи человек, постоянно ощущали заботу государства. Правда, платили мало, в 7-8 раз меньше по сравнению с представителями других стран, но на снабжение продуктами, боеприпасами было грех жаловаться. Лишь бы автоколонна могла пройти из Кабула. Нередко она возвращалась, не дойдя до Газни. Особенно было болезненно отсутствие писем – единственная радость в чужой стране и лекарство от ностальгии. Иногда месяц и больше – ни одного, или вдруг целый десяток, радостное событие. Тогда сразу все не вскрываешь, раскладываешь их датам и читаешь по одному, чтобы продлить удовольствие, старались оставить несколько на другой день. В опасности и неустройстве наслаждения более сладостны. Письма домой и из дома шли долго и некоторые терялись. Конечно, самый быстрый и верный способ доставки – отправка с кем-нибудь из отъезжающих в Союз, но где найдешь столько отъезжающих?

В гуще событий

Завтра 1 мая. У многих, в СССР, этот день считался самым любимым праздником. Первые теплые весенние лучи солнца после холодных дней зимы всегда создавали праздничное настроение, и все спешили на демонстрацию. Еще не было в нашем лексиконе слова «крутые». Люди не дрожали так над своею собственностью.

Сейчас средства массовой информации дружно критикуют социализм, бывший в нашей стране. Но у социалистического строя, несомненно, были преимущества: пусть не материальные, но моральные. Люди жили беднее, но были чище духовно и великодушнее. Жилье, медицинское обслуживание, учеба были бесплатные. Искусство и спорт – дешевле, а, значит, ближе к народу. Спортсменами не торговали, как рабами в античный период. Лишних денег не было. Великий певец Муслим Магомаев за концерт получал 17 руб. 50 коп. На лишние деньги можно купить только лишнее, а из того, что необходимо душе ничего не купишь, кроме ее болезни. При социализме существовала дисциплина и моральный кодекс занимал не последнее место в сознании. Однако некоторым не нравилось, что сдерживается свобода, под которой они понимали вседозволенность. И вот она, «свобода», наступила – «что не запрещено, то разрешено». Разрешено, оказалось, все. Животные страсти, сдерживаемые ранее, вылезли, как поганки, из всех щелей. В короткий срок появились сверхбогатые, что ставит под сомнение легитимность обогащения. В древности такое богатство считалось от дьявола. Самое страшное, что психическая зараза алчности вцепилась когтистыми пальцами в подрастающее поколение и распространяется на более зрелый возраст. За каждую бумажку, за каждый чих уже надо платить. Чтобы получить «бабки» идут на невероятные подделки и обманы. Что же ожидает их в будущем? О нем не думают. Умалишенно снуют люди, не зная будущего, обреченные толпы стремятся к уничтожению. Чутье их несет к пропасти. И она не за горами.

К этому празднику «кобальтёры» купили живого барана, а превратить его в плов, поручили своим спецам-переводчикам: таджикам и узбекам – учить не надо. Однако, не всем нравился этот праздничный день. Против была Природа. Опять рассвирепел «афганец», пытаясь песком засыпать хорошее настроение «шурави». Сегодня он был в союзниках у противника. Но трудности похожи на собак – кусают лишь тех, кто их боится.

После праздников, наступают будни. Работа идет в той же схеме ежедневных поездок.

Столица провинции Газни, городок небольшой, наподобие г. Каменки Пензенской области. Можно сказать – это большой кишлак, и только в центральной части несколько каменных двухэтажных домов. Здесь, на 3-4 улицах сосредоточены все государственные учреждения: 1 секретаря НДПА, губернатора, управления правоохранительных органов и остальная народная власть, а также основная часть магазинов, называемых дуканами. У каждого здания, как в настоящей революции – человек с ружьем. Потому ходить было относительно безопасно. «Кобальтеры» нередко останавливались поболтать с ними. У здания обкома НДПА, как главного учреждения, всегда стояло двое. У одного в руках был, можно сказать, игрушечный автомат, якобы израильский «узи», а у другого более пожилого, английская винтовка «бур». Некоторые афганцы предпочитали ее автомату Калашникова потому, что по дальнобойности и прицельности автомат проигрывал. В одной из войсковых операций, из «бура» в голову, был убит полковник силовых структур. Он стоял на БТРе, разглядывая в бинокль горы, до которых было более километра. Патрон от винтовки, в отличие от патрона АКМ, под завязку набит тротилом. В младенчестве пытливые дети часто ломают игрушки, чтобы посмотреть, как она сделана. Любознательность эта сохраняется и в зрелом возрасте, но с более опасными «игрушками». В Газни, дяди в погонах часто разбирали патроны, в том числе крупнокалиберные от КПВТ и ДШК, чтобы достать порох. Самое сложное – вытащить пулю без специальных приспособлений, которая очень плотно запрессована в патроне. В какой-то провинции переводчик из команды «Кобальт» с солдатом – срочником решили не вытаскивать пулю из патрона КПВТ, а отрубить топором. В результате, переводчик лишился руки, а солдат – глаза. Лишь несчастья учат глупцов благоразумию.

За пределами центра г. Газни, на соседних улицах, где также были торговые лавки и товары подешевле – даже для народной власти запретная зона. Это была уже душманская территория. Известно, что запрещенное всегда кажется слаще, а дешевизна как магнит притягивает меркантильность. И однажды переводчик уговорил Ваханова пройти дальше метров триста на запретную улицу. У каждого из них, как всегда, автомат через плечо и пистолет на поясе под рубашкой. Дукандоры встретили их настороженно и неприязнено. Один из продавцов с угрозой произнес:

– «Мушаверам» сюда не надо ходить, – и в глазах неприкрытая ненависть.

Впервые они столкнулись с такой открытой враждебностью и поняли, что чем не быстрее унесут ноги, тем меньше риска. Как-то сразу потерялся интерес к дешевым товарам. Уходили внешне спокойно, но внутри все дрожало от напряжения. В воображении рисовалось дуло винтовки, нацеленной в спину, ощущалось почти физически.

Начальник афганского отдела борьбы с бандитизмом, которого информировали об инциденте, посоветовал туда не ходить и как аргумент привел, что они сами там не рискуют появляться. Дня через три оперативники стали свидетелями, возникшей около этих дуканов перестрелки. Оказалось, обстреляли самого начальника ОББ, который говорил, что они туда не ходят. Значит, ощущение спиной имело под собою реальное основание.

По обеим сторонам главной улицы города, где можно было ходить, двумя сплошными рядами тянулись торговые лавки, с открытыми прилавками. На ночь их закрывали только жалюзи и маленький висячий замочек, указывающий на отсутствие хозяина, как делалось в российских деревнях – на дверь с внешней стороны накидывали крючок или накладку. С приходом советских войск прибыль афганских коммерсантов значительно увеличилась. Но они еще не знали, чем грозит приход цивилизации, и простодушно верили в незыблемость своей религии. Разве может удержать замочек дверь, если под него просунуть трос и дернуть БТРом? «Не так страшно стадо зверей, как один лиходей».

Среди продавцов нередко можно встретить детей 5-7 лет, которые целый день с утра до вечера сидят за прилавком. Афганцы очень рано приучают их к труду. «Мушаверы» наблюдали, как они помогают взрослым: копаются вместе с ними, перетаскивают какие-то вещи. Часто встречали таких детей на улице с большим коробом за спиной, куда ловко палкой с изогнутой проволокой на конце закидывали оставшийся от лошадей сухой навоз. И все, увидев советских, с цыганской настойчивостью, обязательно просят «бакшиш» (подарок). Но как все дети очень любознательны. Редко какая фотография в городе обходилась без их любопытных физиономий на переднем плане. Если умирает любознательность, значит, пришла старость.