Ответственность за первую часть плана лежала на Хорасе и Джаспере. Хорасу это изрядно льстило, но он заметил, что Эстеллу это немало тревожило. На всякий пожарный она повторила с ними план бессчётное множество раз. Хорас помнил, что они должны делать. Его пёсик, Мигун, тоже помнил, что он должен делать. Эстелла вознамерилась достать то ожерелье, и, если она этого хочет, ей придётся на него положиться.

Джаспер подъехал на фургоне службы дезинсекции и встал в конец очереди из автомобилей, выстроившихся перед поместьем Ипсвич. С пассажирского места Хорас наблюдал, как дорого одетым гостям одному за другим помогают выйти из машины и пройти к парадному входу. Каждый гость был одет либо полностью в белое, либо полностью в чёрное. Хорас подумал, что в результате они кажутся какими-то одинаковыми, а это нагоняет скуку. Сидевший у него на коленях Мигун заскулили. Пёсик не любил разлучаться с Бадди, но Эстелла настояла на том, чтобы Бадди отправился на бал вместе с ней. Возможно, оно и к лучшему. За одной собакой приглядывать легче, чем за двумя.

Среди озера чёрно-белого чванства фургончик Джаспера и Хораса торчал, словно большой зелёный нарыв.

Джаспер вырулил из очереди автомобилей и остановился над закрытым люком. Он заглушил двигатель. Хорас выпрыгнул из машины, а Джаспер залез под фургон и открыл люк. Он будет ждать там сигнала от Хораса, который подтвердит ему, что всё чисто. После чего поспешит к помещению охраны и возьмётся за свою часть плана.

Ободряюще похлопав Мигуна по спинке, Хорас проследил за тем, как пёсик стремглав помчался впереди него. После чего глубоко вдохнул и направился ко входу для слуг.

– Я приехал так быстро, как мог, – выдал он, останавливаясь перед охранником.

– Это частная вечеринка, – ответил охранник бесцветным голосом.

– Вредители, с которыми я имею дело, не ждут приглашения, приятель. – Он понизил голос и наклонился ближе, словно собираясь поведать секрет. – Они проникают на территорию и кусают толстосумов. У тех сначала идёт пена изо рта, затем закатываются глаза, и потом они умирают. А после этого охранника, который ничего не сделал... Скажем так, ему не поздоровится.

Охранник покачал головой.

– Отличная история, приятель, – произнёс он неискренне. – Но я на неё не куплюсь.

Именно это Хорас и ожидал от него услышать. Идеальная почва для следующей части плана. Пока Хорас нёс свою чепуху, Мигун прошмыгнул мимо ног охранника и занял позицию. Пришло время Хорасу добавить драматизма. Он выпучил глаза, глядя на что-то за спиной охранника.

– Замри! – сказал он, понижая голос, словно от испуга. – Что бы ты ни делал, не оборачивайся...

Разумеется, охранник тут же обернулся. Мигун спрыгнул с одной из полок в дверном проёме и, рыча, бросился в лицо охраннику. Амбал пронзительно взвизгнул, а Мигун рыкнул напоследок и убежал в дом.

– Чего ты стоишь? – крикнул охранник, поворачиваясь к Хорасу. Он не разглядел Мигуна как следует, поэтому решил, что зверёк и есть один из тех вредителей, о которых его предупреждал Хорас. – Вытрави его!

Хорас кивнул. Пока охранник взволнованно вглядывался в конец коридора, Хорас подал сигнал Джасперу, и тот проскользнул в люк. Затем, повернувшись к охраннику, Хорас добавил:

– На твоём месте я бы вымыл руки.

Махнув рукой, он неторопливо пошагал в дом. Он знал, что где-то в туннелях под ним Джаспер пробирается к подвалу, чтобы подключить там своё компьютерное оборудование. В считаные мгновения он получит доступ к системе видеонаблюдения и провернёт трюк с камерами. На экранах охранников будет крутиться старый видеоряд. Они всё равно что лишатся зрения.

Они уложились меньше чем в три минуты. И теперь у Джаспера и Хораса был доступ к целому поместью. Всё было подготовлено к прибытию Эстеллы.

* * *

Анита Дарлинг злилась на своего начальника. Она умоляла его не заставлять её освещать Чёрно-белый бал Баронессы. Она не могла себе этого позволить – как в прямом, так и в переносном смысле. Глядя на своё платье, она с трудом сдержала вздох. Это была подделка под знаменитый дизайнерский бренд. И всё равно, даже несмотря на дешевизну, оно стоило ей полуторанедельного оклада.

Анита всегда надеялась, что к двадцати пяти годам уже совершит большой прорыв в журналистике. Она надеялась, что будет освещать злободневные темы или как минимум получать главные развороты газеты. Но она продолжала писать заметки о моде для «Сплетника». События вроде этого дурацкого бала, где все присутствующие должны были одеться в белое или чёрное, были тем, что ел их читатель, вот только они, кусочек за кусочком, съедали душу Аниты.

Достав камеру, аккуратно обклеенную белым, чтобы не отступать от тематики вечеринки, Анита щёлкнула несколько раз толпу и декорации. Они, по её мнению, были одновременно первоклассными и довольно безвкусными. Она сомневалась, что ультрамодная модельерша может ошибаться, но почему-то не разделяла её видения. Всё здесь было каким-то бездушным и пресным. Повернувшись, чтобы заснять женщину, одетую в наряд, сшитый, по всей видимости, из белой кожи ящерицы, Анита увидела Баронессу. Та спускалась по лестнице в главный зал. Баронесса заметила Аниту в то же мгновение и направилась к ней.

– Мисс Анита Дарлинг, – произнесла Баронесса голосом, сочившимся высокомерием.

– Баронесса! – воскликнула Анита, натягивая на лицо улыбку. – Мы невероятно признательны вам за то, что вы предоставляете «Сплетнику» эксклюзивный материал об этом вечере.

Баронесса смерила Аниту взглядом. Анита вспыхнула от такого пристального внимания.

– По всей видимости, недостаточно признательны, чтобы соблюсти дресс-код, – произнесла Баронесса. Выхватив белую сумочку из руки Аниты, Баронесса приподняла её. Анита поморщилась. Почти в самом низу сумки было крошечное пятно от синих чернил.

– Видимо, ручка протекла, – заметила Анита, нервно посмеиваясь. – Орудия ремесла...

– Никому не интересно, что ты пишешь, дорогуша, – отрезала Баронесса. – Только то, как я выгляжу. – С этими словами она развернулась и направилась к толпе, которой не терпелось осыпать её почестями. Проходя мима ведёрка со льдом, Баронесса бросила туда оскорбительную сумочку Аниты.

Аниту злило то, что на самом деле Баронесса была права. Всем было плевать на то, что она пишет, лишь бы к её статье прилагалась фотография Баронессы. «Было бы здорово, окажись в центре внимания хоть раз кто-то другой», – подумала она, доставая сумочку из ведёрка.

Но Баронесса была хозяйкой вечера. Разве такое возможно?

Эстелла вдохнула, собираясь с духом. Она продумала всё от и до. Прошлась по всем возможным закоулкам. Предусмотрела все сценарии. Планы были проверены, перепроверены, а потом проверены ещё раз.

«Тогда почему, – думала она, – я так нервничаю?»

Да, если её поймают, её могут арестовать. Если её узнают, она может потерять работу. А если случится и то, и другое? Что ж, она представила, как её арестовывают и увольняют. Но оно того стоит – если она доберётся до ожерелья.

Ещё раз глубоко вдохнув, она успокоила бешено бьющееся сердце и прошла через парадную дверь в толпу. Белый плащ в пол скрывал её платье. А капюшон – волосы. Петляя и ныряя между гостей, ничем среди них не выделяясь, она улыбнулась. Пока всё шло как надо.

Под мышкой заёрзал спрятанный от посторонних глаз под плащ Бадди. Она аккуратно опустила его на пол. Он тут же исчез под ближайшим столом. Убедившись, что пёс в безопасности, Эстелла подошла к другому столу ближе к середине зала. На нём высилась пирамида из бокалов шампанского. Ненадёжно балансируя на своих тонких ножках, фужеры мерцали и сверкали жидким золотом.

Эстелла смотрела, как к столу приблизился официант и обновил поднос с бокалами. Он двинулся по залу, раздавая их гостям, Баронесса тем временем поднялась по лестнице. Окидывая помещение взглядом, она подождала тишины. Толпа смолкла. Эстелла шагнула к пирамиде из бокалов. Она тоже ждала.

Баронесса явно наслаждалась моментом. Она растягивала его, позволив глазам всех присутствующих остановиться на ней и её великолепном вечернем туалете. Она красовалась, вертясь туда-сюда так, чтобы её платье разглядели со всех углов, рассмотрели каждую изысканную деталь. Эстелла услышала звук стремительно щёлкающей камеры и взглянула в сторону его источника. Женщина примерно её возраста делала снимки так быстро, словно стреляла из автомата. Эстелла подавила стон. Ну, конечно. Баронесса не просто ведёт себя так, словно она в центре внимания, она в самом деле в центре внимания (ну или будет, когда завтрашний выпуск «Сплетника» выйдет в печать).

«Но сюжет будет кое-чем дополнен», – лукаво подумала Эстелла, поворачиваясь к лестнице спиной.

– За меня! – произнесла Баронесса, наконец подняв свой бокал вверх.

Толпа повторила за ней. Стаканы поднесли к губам. Рты приоткрылись. А затем... дзинь!

Звук сотни бокалов шампанского, падающих на пол, пронёсся по огромному залу. Головы всех присутствующих немедленно отвернулись от Баронессы и повернулись к Эстелле.

Стоя рядом с тем, что секунду назад было пирамидой шампанского, Эстелла пожала плечами, словно говоря: «Упс!»

Поскольку все смотрели на неё, никто, кроме самой Эстеллы, не заметил, как Хорас и Мигун, переодетый теперь в кошку, вошли в помещение через служебный вход. Отлично, всё продолжает идти по плану. Обведя взглядом дам и господ рядом с собой, Эстелла кивнула мужчине постарше. Он казался беззащитным и слегка напуганным, и на мгновение Эстелла пожалела о том, что сейчас произойдёт. Но сразу же отмахнулась от этой мысли.

– Огоньку не найдётся? – спросила она кокетливо.

Он кивнул и, порывшись в кармане пиджака, вытащил коробок спичек. Он чиркнул спичкой, и она вспыхнула. Он помялся, протягивая её Эстелле, поскольку не понимал, для чего ей огонь, ведь она не держала сигарету.

Приняв спичку у него из рук, Эстелла улыбнулась и резво бросила её – прямо себе на плащ.

Мгновение, и белая ткань плаща с капюшоном распалась в вихре пламени. Огонь быстро погас, открыв взглядам собравшихся кроваво-красное платье и чёрно-белые волосы Эстеллы. Наряд дополняла эффектная маска. Подняв глаза, Эстелла встретилась с Баронессой взглядом.

«Шах и мат», – подумала она, пока Баронесса, пытаясь сохранять самообладание, метнула на охранников суровый взгляд.

– Взять её, – услышала Эстелла, как она процедила сквозь зубы.

– Живой? – спросил охранник покрупнее.

Баронесса кивнула.

– Пока что.

– Необязательно устраивать сцену, – предостерёг он Эстеллу, когда подошёл ближе.

Эстелла улыбнулась.

– О, вообще-то обязательно, – возразила она.

Недовольный таким ответом охранник попытался схватить Эстеллу за руку. Она молниеносно ударила его тростью, которую держала припрятанной в руке, а затем, повышая голос так, чтобы её слышал каждый из собравшихся, воскликнула:

– Ах! Моя рука! Наверное, у меня перелом! – Как она и ожидала, гости принялись обеспокоенно перешёптываться. Она продолжила разыгрывать сцену. – Думаю, да. В доме есть врач? – Для пущего эффекта она притворилась, что рука безжизненно повисла вдоль тела.

К этому моменту каждый из присутствующих смотрел на Эстеллу во все глаза. Они пребывали в замешательстве – и немудрено. Никто не понимал, что такого криминального совершила эта девушка, чтобы с ней так обращались. Девушка сшибла пирамиду шампанского. Но она ведь не нарочно...

Эстелла между тем ждала именно такой реакции. Она ощущала на себе холодный взгляд Баронессы, даже когда охранники подошли к ней ещё ближе. Как вдруг один из них ринулся на неё. Эстелла ловко увернулась, пригнувшись, а затем подставила трость к его ногам так, чтобы он споткнулся и полетел вниз. Барахтаясь, он попытался встать с пола. Эстелле представился шанс. Наклонившись, она пробормотала фальшивое извинение (и между тем пошарила у охранника в карманах). Выпрямляясь, она улыбнулась своим зрителям поневоле.

– Хочу заметить, что я проделываю всё это на каблуках, – произнесла она непринуждённо. После чего подбросила трость вверх. Та перевернулась в воздухе, и Эстелла проследила, как ключи, которые она ловко поместила в нижнюю часть трости, вылетели, выписывая под потолком дугу. Стоявший на балконе Хорас протянул руку и поймал их. Остальные ничего и не заметили.

Эстелла встретилась с ним взглядом, ловя трость. Она кивнула. Отлично, очередной этап прошёл как по маслу. Но затем она увидела, как Хорас поднёс к уху рацию и прислушался. По его лицу пробежало беспокойство. Должно быть, возникла проблема с повторяющейся по кругу плёнкой, которую они поставили, чтобы отрезать комнату с сейфом от видеонаблюдения. Их план всецело зависел от того, попадут ли они в эту комнату. Эстелла тщательно просчитала все риски. Баронесса никогда не выставляла свои украшения. Их всегда убирали в сейф. Баронесса ни за что бы не надела дешёвое ожерелье Кэтрин на подобное событие. Оно должно лежать в сейфе. А значит, единственной причиной, почему Джаспер вызвал Хораса по рации, могла быть проблема с плёнкой. Охранники увидят, что происходит. Плохо дело. Важно, чтобы они оставались в неведении.

Само собой, в следующее мгновение Хорас закричал. Похоже, они перешли на план «Б».

Пока Хорас рьяно опрыскивал Мигуна бутафорским спреем от паразитов, а Джаспер, скрытый от глаз собравшихся, колдовал над камерами, Эстелла лихорадочно соображала. Ей нужно дать Хорасу время пробраться в комнату с сейфом.

Повернувшись, она увидела, что охранников стало больше. Её окружили. Бежать некуда.

– Очевидно, раз вас шестеро, победа за вами, – произнесла Эстелла с максимальной уверенностью, на которую она была способна в сложившейся ситуации. – Но первые двое смельчаков серьёзно пострадают. Так что вы уж там сами решите, кто это будет. – Повисла пауза – амбалы взвешивали её слова. Затем, пожав плечами, один из них приблизился к Эстелле со спины и схватил её за плечо. Эстелла молниеносно замахнулась тростью и заехала ему по лицу. Несчастный застонал, а на Эстеллу тем временем двинулся следующий охранник. И вновь, занеся свою трость, словно меч, она ударила его в грудь, а следующим ловким движением руки съездила ему по подбородку. – Это два? – спросила она, довольная собой. – Я сбилась со счёта.

Вновь повернувшись, она замахнулась тростью, чтобы выбить из игры следующего противника. Охранник встретился с ней взглядом, когда она опускала руку. Отработанным движением он поднял руку и поймал трость на лету. Эстелла зарычала. Охранник подтащил её к себе и обхватил руками, обездвижив.

Стоявшая в противоположном конце зала Баронесса кивнула.

– Ведите её ко мне, – приказала она.

Охранник протащил Эстеллу через комнату и подтолкнул её к Баронессе. Эстелла застыла. Она была уверена, что с такого близкого расстояния Баронесса её узнает. Она посмотрела на модельершу и заметила у той на шее мамино ожерелье. «М-да, – подумала она, когда Баронесса велела собравшимся продолжать веселье. – Такого поворота я не ожидала».