42 ГЛАВА

Мишель наполнил легкие свежим, морозным воздухом и тут же с шумом выдохнул. Широкая, обнаженная грудь мужчины то и дело тяжело вздымалась, а взгляд был устремлен высоко вверх. Там сквозь вечно зеленые макушки деревьев пробивались пушистые хлопья первого снега, и медленно кружась, опускались к земле. В золотистом свете луны зрелище казалось завораживающе волшебным, только разум графа был взволнован другим. Тяжело дыша, он пытался отогнать наваждения, все дальше и дальше ступая босыми ногами от хижины. Снежинки словно играючи касались его кожи и моментально таяли, оставляя после себя влажный след.

Дантон не обращал никакого внимания на мороз настырно пощипывающий кожу, наоборот его тело пылало, и он жаждал его остудить.

Мишель оставил девушку, как только ее дыхание восстановилось, и выскочил на улицу словно ошпаренный. Но даже ночная прохлада царившая в лесу не приносила мужчине успокоения. Он все еще чувствовал на своей коже тепло от тела Кэтрин, и ноздри до сих пор щекотал ее запах... Едкий запах трав, который не мог вытеснить даже аромат хвои.

Еще несколько тяжелых шагов прочь от хижины, и разрывающие желание оседлать коня и как можно скорее умчаться в даль. Оставить позади сумасшедшую идею женитьбы и проклятую девчонку. И пусть даже если она сгинет одна в этом Богом забытом лесу. Кому от этого будет хуже? Вряд ли ему? И действительно Дантон колебался, мысль бросить служанку была невыносима велика, но и непонятные сомнения бередили разум. Ему вовсе не понравились чувства которое девица пробудила в нем. И дело было не только в плотском желание, а в злости которая словно вырвалась из глубин его души. На какой-то миг граф забылся и потерял контроль, и видит Бог каких нечеловеческих усилий ему стоило не шевелясь лежать рядом с ней, в то время когда кисти до посинения сжались в кулаки. Такое ощущение для мужчины было ново, и сколько бы не думал, он не мог найти ему объяснение. А теперь, когда мозг немного просветлел, отрезвленный морозным воздухом, Мишель ужаснувшись, вспомнил про семейное проклятие. Не это ли его проявления? Не от того ли неконтролируемая ярость?

Остановившись посреди поляны, он снова устремил растерянный взор ввысь. Последнее предположение словно удар молотом по голове, вывело графа из равновесия. За последние время он свыкся с мыслью о том, что где-то внутри него может прятаться неконтролируемое безумия, погубившее брата. Но встретиться с этим лицом к лицу он был не готов. И снова эта дрянная девчонка. Именно из-за нее в нем появилась эта незнакомая прежде ярость. Возможно она и есть его проклятие... В таком случае он обязательно станет проклятьем для нее...

- Не боишься ли простудиться сын мой? - словно извне в затуманенное сознание Мишеля проник знакомый, старческий голос.

- Этого я боюсь меньше всего,- не спеша обернувшись, ответил Дантон.

- А я то думаю, кто же там облюбовал мою хижину, - произнес лесник облокотив деревянный посох о стену, - Не ожидал увидеть тебя снова. Не беда ли какая привела ко мне?

- Можно и так сказать, старик, - произнес Мишель вздернув плечами, словно только теперь заметив мороз царившей вокруг, - Кэтрин, она снова больна и нуждается в твоей помощи.

- Кэтрин? - повторил старик нахмурив седые брови,- И что за болезнь такая? С которой не смогли справиться ваши лекари.

- Если бы я знал, тогда бы не был здесь, - бросил граф, поспешно направившись к хижине.

- Я осмотрю ее,- настороженно произнес старик с подозрением поглядывая на гостя, - А ты поведай, что знаешь?

- Да ничего я не знаю, - нехотя отозвался Дантон. - Лекарь сказал, что физически признаков болезни нет, и он не знает что за недуг ее терзает, считает будто бы разум девушки не может справиться с чем-то ужасным.

- Да, на долю девочки выпало немало, - тяжело вздохнув заявил лесник, снова укоризненно взглянув на графа,- Не мудрено, что силы покинули ее.

Мишель не ответил, хотя и уловил намек брошенный стариком. Ему не было дело до того, что на этот счет думает лесник, да и своей вины перед девчонкой не чувствовал, она сама виновата во всех бедах. Будь служанка более покладистой, то не посмела бы бежать, и уже давно стала бы супругой управляющего. Но нет она посмела воспротивиться, осмелилась пойти против слова хозяина, и вот теперь пожинает плоды.

Следом за стариком Дантон вошел в хижину, и против воли его взгляд сразу же устремился к девушке. Ее лицо оставалось таким же бледным, а влажные слипшиеся волосы разметались по подушке словно золотой ореол. Похоже в его отсвете у служанки снова начался жар, и ее состояние значительно ухудшилось.

- Ее постоянно лихорадит, и еще порою она кричит что-то неразборчивое, - сообщил Мишель старику не отрывая глаз от девушки.

- Сейчас посмотрим, - тихо ответил лесник, и сполоснув руки направился к Кэтрин.

После долгого и внимательного изучения больной, старик обратился к графу с взволнованным лицом:

- Мне приходилось лечить тело не раз, но разум и душа вряд ли поддаются лечению. Мне не известны травы и снадобья способные исцелить мозг и выгнать из мыслей все плохое. Но я сделаю все, что в моих силах, для того, чтобы помочь бедной девушки, и вряд ли это будет быстро.

- Делайте то, что считаете нужным, - отозвался Мишель внимательно рассматривая пламя в печи, еще недавно ему казалось, что внутри свирепствует такой же уничтожающий пожар способный выжечь все органы.

- Тебе нет необходимости оставаться здесь сын мой,- произнес старик раскладывая на столе пучки с разнообразными травами,- Возвращайся в замок и приходи через несколько дней.

Окинув лесника хмурым взглядом Дантон задумался. И спустя мгновения пришел к выводу, что и вправду здесь ему делать нечего. В лечение толку от него будет мало, да и служанка в таком состоянии вряд ли сможет сбежать. Да и рядом с ней находиться Мишелю совершенно не хотелось, ибо тогда в нем затевали борьбу два желания: придушить девчонку, либо отослать с глаз долой. И какое одержит верх он не знал, в любом случае оба варианта угрожали разрушать все его планы.

- Хорошо я вернусь через пару дней,- согласился граф, торопливо поднявшись с ветхой, покосившейся табуретки.

- Это верное решение, но я жду тебя через два дня, ибо мне необходимо будет отлучиться по своим делам. А ты в моё отсутствие приглядишь за девушкой, - сообщил старик внимательно вглядываясь в глаза графа.

- Хорошо,- буркнул себе под нос Дантон, не особо обрадованный такой новостью.

43 ГЛАВА

По возвращению в родовой замок Дантон не узнал его. Казалось, здание погрузилось во мрак, и все присутствующие вымерли. Дворецкий появился лишь после того, как граф громко заявил о своем появлении. Эйбут сразу же поведал хозяину об обстановке царившей в доме. Как оказалось графиня закрылась в своих покоях и покидает их только, для того чтобы посетить могилы дочери и сына. Прислуга стала суеверно перешептываться, а при виде старой дамы и вовсе шарахаться словно от приведения осеняя себя крестом. Да и действительно за последнее время Эдит Дельмас стала походить больше на мумию, а ее извечно черные одеяния теперь весели на женщине мешком. Она больше не собирала длинную копну полностью седых волос в пучок, а лишь скрывала их под черной вуалью, чем еще больше вселяла страх в присутствующих. Поговаривали, что темными ночами по холодным коридорам замка, эхом проносится истошный женский крик. И у тех, кому не повезло его услышать в венах застывала кровь.

Мишель отмахнулся от суеверных слухов, повелев прислуги не распускать по напрасно языки. А дворецкого отправил к бабушке сообщить о его приезде. И когда графиня впервые не явилась встретить внука, мужчина насторожился.

- Ее светлость пропустила известие мимо ушей, не удостоив меня даже взгляда. Она неизменно изо дня в день сидит в кресле возле камина и смотрит в него будто там пылает огонь. Но никому не позволяет разжечь поленья, хотя в комнате уже достаточно холодно,- сообщил Эйбут не смея смотреть хозяину в глаза.

- Хорошо, я сам поднимусь к ней,- произнес Дантон, поспешно направившись к лестнице.

Спустя несколько мгновений он уже стучал в массивную дверь покоев графини. Но простояв достаточно долго так и не дождался ответа. Постучав снова еще более громко, Мишель решил войти без приглашения. В комнате висела удушающая темнота и лишь одинокая свеча жалобно мигала на столике возле завешенного зеркала. А бабушка, как и говорил дворецкий сидела неподвижно в кресле.

- Бабушка, доброй ночи, - достаточно громко поприветствовал ее Мишель, но женщина даже не шелохнулась. Подойдя к креслу Дантон на мгновение замер, ему померещилось что графиня не дышит. Коснувшись ледяной руки женщины, Дантон заметил, как веки бабушки тяжело опустились, а губы дрогнули.

- Как вы себя чувствуете? Может стоит послать за лекарем? - с тревогой спросил Мишель сжав тонкие пальцы старухи.

- Ты виделся с Габриэлем? - неожиданно произнесла графиня тихим, скрипучим голосом.

- Бабушка Габриэля нет, он...

- Не смей! - воскликнула графиня пронзив внука ледяным взглядом,- Не произноси этого вслух. По твоему я совсем из ума выжила? И забыла почему у меня в душе пожар, такой уничтожающий, что я даже не чувствую этого холода вокруг. Мой мальчик лежит в земле неотомщенный, виновная в его смерти не наказана, и в этом повинны мы!

- Графиня, - тон Мишеля стал более официальном, он понял, что женщина в здравом уме, и далека от той какой ее описывала прислуга. - Мы с вами прекрасно знаем, что произошедшее с Габриэлем несчастный случай.

- Несчастный случай говоришь? - зашипела пожилая дама трясясь от гнева, - Эта тварь столкнула мальчика с кровати и он напоролся на нож. Это ее рук дело, она виновата в его смерти. Ничтожная дрянь убила моего внука и исчезла без наказана. Она должна была заплатить за содеянное жизнью! И как я могу теперь ходить на его могилу, зная что он не отомщен. А ты Мишель? Что сделал ты, чтобы наказать виновных? Счел что девка мертва, даже не увидев тела, свернул поиски? Неужели твоя совесть перед братом чиста?

- Бабушка, - сквозь зубы прорычал Дантон, - Я поступил так, как посчитал нужным, мы прочесали все вокруг и не нашли следов, люди вымотались и находились на гране. И почему же совесть должна меня мучить? Не от того ли, что вы пытаетесь перекинуть свою вину на меня?

- И в чем же моя вина? - снова осипшим голосом воскликнула старуха,- В том, что я как могла, пыталась защитить свое дитя? Да, и этого оказалось мало, я не уберегла внука. Сына доверенного мне покойной дочерью...

- Нет ваша светлость, вы виноваты в том, что потакали его демонам утаив все от меня. Уверен, что узнай я об этом раньше, все бы обернулось по другому,- возразил Мишель, все еще считая бабушку виноватой в гибели брата не меньше Кэтрин. Он утаил от старухи правду о том, что нашел служанку, заранее знаю, графиня потребует ее смерти. И даже если бы Дантон отказал, вряд ли бы старая дама не нашла лазеек. Тогда он сообщил ей что девчонка скорее всего мертва, так как они не нашли никаких следов. И надеялся, что так успокоит старую даму, но нет, та отказалась верить в это не увидев собственными глазами тело и потребовала продолжить поиски. В чем Мишель ей отказал. Граф не стыдился своей лжи, не чувствовал вины за то, что обманывает женщину вырастившую их с братом. Нет, он злился на нее, за то, что и она много лет скрывала от него страшную правду.

- Я говорила тебе, что ты ничего бы не смог изменить, - устало ответила Эдит Дельмас. - Я перепробовала все возможное, но безрезультатно. Узнай ты все раньше, стало бы только хуже. А теперь тайну нашей семьи знает эта проклятая девчонка, и не известно кому она ее поведает!

- Почему вы думаете что она все еще жива? - как можно убедительный поинтересовался Дантон, подумав в тот же момент, о том, что бабушка никогда не должна узнать о предстоящей свадьбе. Иначе на его голову обрушатся небеса.

- Я чувствую это, - тяжело вздохнув, ответила графиня, - Если бы девка сдохла я бы наверняка обрела покой, даже не знай точно об этом. А так не будет мне успокоение до тех пор пока тварь дышит.

- Вздор! Вы боитесь принять правду, от того и ищите виновных. Даже я в ваших глазах виноват! Потому что остановил тогда казнь. Потому что не нашел девчонку. Потому что жив, а брат нет... Вижу этот молчаливый упрек в вашем взгляде и не утверждайте обратное, - взорвался мужчина отступив от кресла старухи, - Я скорблю о брате не меньше вас, графиня. Но делаю это по своему. И сколько бы вы не сокрушались на весь мир, сколько бы голов не снесли, это не вернет Габриэля. Уж поверьте мне, я видел немало смертей, и в итоге все они слились воедино.

- Не верну, - отозвалась пожилая дама снова устремив взор в давно погасший камин, - Я потеряла моего мальчика так же как и когда-то мою горячо любимую дочь. Но она вернулась ко мне вместе с Габриэлем, он так был похож на нее... Что даже порою я смела забыть о своей невыносимой утрате. Но теперь и его нет, и тоска стала вдвойне сильнее. Ты никогда не сможешь меня понять, ибо тебе не приходилось хоронить детей. И не смей мне говорить о том, что я ищу виновных. Да, я ищу их! И я готова выжечь даже стены этого проклятого замка потому что они стали свидетелями стольких трагедий.

Мишель не отвечал, хмуро посматривая на неподвижное изваяние истощенной женщины. Он понимал, что доказывать ей что-то и объяснять бесполезно. Она жаждет наказать виновных в надежде хоть немного таким образом заглушить свою боль. И что он мог сказать ей зная об этом? То, что собирается жениться на девушке которую бабушка ненавидит больше всего? И пусть этот союз не принесет той счастья, скорее наоборот станет пыткой, вряд ли это утешит старуху.

- О Господи, почему ты все еще наказываешь меня детьми, за содеянное столько лет назад, - сдавленно произнесла графиня словно забыв о присутствие внука,- Не смогла видимо я вымолить прощение за все эти долгие годы. Не смилостивился ты надо мной зная даже то, что я защищала свое дитя. Тяжко покарал меня за убийство зятя...