– Мистер Люденмер, прошу прощения, но какой-то мужчина хочет срочно вас видеть. Я несколько раз повторила ему, что вы заняты, но он не уходит.

Джек Люденмер, сорокачетырехлетний владелец грузовой транспортной компании, носившей его имя, потянулся через дубовый стол к переговорному устройству и нажал кнопку «Говорить».

– Элис! – рявкнул он. – Мы с Виктором действительно очень заняты. Я же объяснил: не беспокоить. Я непонятно изъясняюсь?

Ответа не последовало. Люденмер глянул на Виктора Эдвардса, юриста компании, и в недоумении пожал плечами. Вдруг дверь без стука распахнулась, и вошла его секретарша Элис Трэвэльян, сжимая в руке плотный коричневый конверт.

– Сэр, прошу прощения, но посетитель настаивает, чтобы вы немедленно заглянули сюда, – сказала Элис и положила конверт на темно-зеленый бювар рядом с договором, который Люденмер обсуждал с Виктором. – Я правда говорила ему, что вы заняты, на что он ответил мне… – Заметив, как в голубых глазах босса сверкнули молнии, она запнулась и замолчала.

Джек Люденмер был хорошим начальником и платил достойное жалованье, но он ненавидел, когда кто-то не подчинялся приказам, в такие мгновения босс мог буквально испепелить взглядом. Но отступать было поздно, и Элис продолжила:

– В общем, он просил передать, что не уйдет, пока не добьется встречи с глазу на глаз. Сказал, что если понадобится, то будет ждать весь день.

– Да кем этот тип себя возомнил? Сенатором, что ли? Как, интересно, он прошел через Роджера?

– Мистер Делакруа позвонил и сообщил, что некий мужчина настойчиво рвется наверх и ничего не остается, кроме как пропустить его. В общем, разбираться пришлось мне.

– Нет у меня времени на всю эту чепуху! – раздраженно произнес Люденмер и оттолкнул было конверт, но что-то твердое внутри привлекло его внимание, и любопытство взяло верх. – Господи Иисусе! – воскликнул он в сердцах, надорвал конверт и заглянул внутрь. Через мгновение Люденмер приглушенно сказал: – Вик… давай-ка прервемся.

– Что там такое?

– Позже. Поговорим позже, – ответил Люденмер с нажимом на последнем слове.

Виктор – уважаемый юрист, разменявший шестой десяток, – вопросов больше задавать не стал. Он поднялся, убрал свой «паркер» и скрылся за дверью своего кабинета, примыкавшего к кабинету босса.

Люденмер спросил у Элис:

– Как имя посетителя?

– Он не представился.

– Черт знает что! Ладно, я уделю ему несколько минут. А ты имей в виду: если еще раз зайдешь без стука, останешься без работы!

Как только Элис вышла, Люденмер вытряхнул из конверта металлический предмет – значок детектива полицейского отделения Шривпорта – и уставился на него непонимающим взглядом. Дела в Шривпорте он вел и до сих пор, но уже давно не в таких масштабах, как одиннадцать лет назад, поэтому ему было невдомек, что мог означать этот значок.

Спустя несколько секунд в кабинет по-хозяйски вошел детектив. Ростом он был на полголовы ниже Люденмера, примерно метр семьдесят.

«Темно-синий костюм, белая рубашка, черный галстук и федора, – оценивающим взглядом окинул его владелец компании, – этот тип явно настроен на серьезный разговор. Красивый, как ангелочек: наверное, из тех, что в детстве поют в церковном хоре. А вот глаза… Бр-р, как у мертвеца, – вдруг пришло ему на ум, и он внутренне поежился. – Ох, не нравится мне все это».

– Благодарю вас, – сказал детектив секретарше, но Элис не шелохнулась, пока раздраженный Люденмер не махнул ей рукой.

– Мэм, закройте, пожалуйста, дверь с другой стороны, – скомандовал полицейский Элис, и в следующее мгновение дверь захлопнулась, громче, чем обычно.

Вставать навстречу посетителю и обмениваться с ним рукопожатием Люденмер не собирался, да и детектив тоже не спешил протягивать руку. Они даже не улыбнулись друг другу.

– Меня зовут Джон Парр, – представился полицейский. – Вот моя визитка. – Он достал из бумажника карточку и положил ее рядом со значком, уже лежавшим на бюваре.

Несколько секунд Люденмер изучал кусочек белого картона с черными буквами: «Джон Остин Парр, детектив полицейского отделения Шривпорта, номер значка 511». Чуть ниже были указаны имя шефа местной полиции (Денни Дир Бэйзер), адрес полицейского участка и телефонный номер: OR7–1572.

Детектив убрал значок в карман пиджака так, чтобы Люденмер увидел револьвер в наплечной кобуре. И сказал:

– Я ехал из Шривпорта всю ночь, чтобы поспеть к утру. Я весь на нервах, взмок и чертовски устал. Мне даже пришлось угрожать вашему парню внизу, поскольку он ни в какую не хотел меня пускать. Это я к тому, что дело у меня крайне важное. Значок я никому, кроме вас, не показывал – за это вы мне еще спасибо скажете.

– Да в чем дело?

– Намечается киднеппинг, сэр, – пояснил детектив Парр, которого Джинджер ле ля Франс называла просто Пэрли, и отвлекся на открывавшуюся из огромного окна панораму: засмотрелся на реку Миссисипи и причалы Люденмера, где кипели погрузочно-разгрузочные работы. – Ваши дети в опасности.

– Мои дети? Что вы такое говорите?

– Нам поступила информация, – продолжал Пэрли, – что готовится похищение ваших детей. У вас ведь есть десятилетняя дочка и восьмилетний сын, верно?

– Так, стоп! Минуточку! – воскликнул бизнесмен и вскинул руку в воздух, словно пытаясь и в самом деле приостановить время. Холодные глаза детектива, точно стальные буравчики, сверлили Люденмера. – Что значит: вам поступила информация?

Пэрли подошел к бамбуковой вешалке, где висел пиджак хозяина кабинета, снял шляпу и стал любоваться открывавшимся видом на владения Люденмера.

«Ты уж постарайся, пожалуйста, – напутствовала сообщника Джинджер, – сделать так, чтобы он клюнул. Если ты правильно разыграешь карты, то остальное мы с Донни обстряпаем с легкостью».

«Слушай, – отвечал ей Пэрли, – я готовился к этому дню всю свою жизнь. И прекрасно знаю, что и как говорить, не надо меня учить. Но имей в виду: если вдруг что-то пойдет не так, я умываю руки».

– Детектив Парр, – произнес Люденмер напряженным голосом, – я задал вам вопрос.

План они составили почти сразу же после приезда Донни. Идея принадлежала Джинджер, но и Пэрли тоже лицом в грязь не ударил. Сообразил, что обязательно надо засветить перед Люденмером револьвер – это сразу направит беседу в нужное русло.

Сейчас он обильно потел, но не из-за жары и не потому, что боялся. Скорее, Пэрли был возбужден: увидев огромное здание из серого камня с гигантской вывеской «Транспортная компания Джека Люденмера», он испытал настоящий охотничий азарт, поскольку осознал, на какую крупную дичь они замахнулись.

«Либо мы его, либо он нас. Нет, это определенно не страх, хотя ставки, несомненно, высоки, – думал Пэрли, продолжая себя взвинчивать. – Может, у меня и крутит живот, но я буду убедителен как никогда, и мой голос не дрогнет ни в коем случае. Я детектив, мать его, Парр – крепкий орешек с револьвером тридцать восьмого калибра под мышкой. И мне даже повода не надо, чтобы воспользоваться им, тем более стрелял я уже не раз. Пальну в ублюдка с превеликим удовольствием. Вот это правильный настрой! – похвалил он себя. – С такой установкой облапошить Люденмера, который, кстати говоря, ничего особенного собой не представляет, будет проще простого!»

– В прошлый понедельник, – произнес Пэрли, вглядываясь в бурую гладь реки, отражавшую голубое небо в перистых облаках, – мы арестовали одного местного по обвинению во взломе и незаконном проникновении на частную территорию. Он уже не раз сидел, но все по мелочам. А теперь ему грозит провести за решеткой лет пятнадцать, не меньше. Слышали бы вы только, как этот тип запел, когда до него дошло, что пахнет жареным: все нам выложил! Он хочет заключить сделку с окружным прокурором – смягчить себе приговор, предотвратив похищение ваших детей.

Сказав все это, Пэрли снова впился глазами в Люденмера. И подумал: «В свои сорок четыре года он выглядит прекрасно, как будто и не прекращал играть за баскетбольную команду Университета Луизианы: мышцы рук с узловатыми набухшими венами выпирают так, что голубая рубашка с закатанными рукавами едва ли не трещит по швам. Волосы, светло-рыжие, с проседью на висках, аккуратно подстрижены. Черты лица резкие. Управлять такой компанией, видимо, непросто. В глазах светится ум. Галстук в красно-голубую полоску ослаблен: в тягость ему, наверное, носить эту веревку на шее, но положение обязывает».

– Этот рецидивист, – продолжил Пэрли и похвалил себя за удачное слово, – в сговоре с шайкой ублюдков-похитителей. Надеюсь, вы извините меня за эту брань, но других тут слов и не подберешь.

Люденмер с пониманием кивнул.

«Он на крючке, – констатировал Пэрли. – Выяснив всю подноготную владельца компании, Джинджер отлично поработала. Кажется, Люденмер и вправду охотник до крепкого словца. Простой мужской разговор будет ему в радость: так мы и поладим».

– Этот ублюдок захотел заключить сделку с прокурором! – Пэрли ковал железо, пока горячо. – До него, якобы случайно, дошел слух, что ваших детей собираются похитить. Разыграв эту карту, он надеется скостить себе срок.

– Что конкретно он слышал?

– Сейчас этот говнюк набивает себе цену: пока ничего, кроме этого, вытянуть из него не удалось.

– То есть он может и блефовать?

– Не исключено, – сказал Пэрли и выдержал паузу, чтобы следующей фразой произвести на собеседника должное впечатление. – Но мы же не собираемся проверять, блефует он или нет, правда?

Люденмер, вперив взгляд в бювар, не отвечал. Его пальцы вдруг непроизвольно сжались в кулак и тут же разжались.

– Мы насторожились, потому что, по сути, этот кусок дерьма мог назвать кого угодно: в Шривпорте полно уважаемых людей. Если он блефует, тогда почему он назвал именно вашу фамилию?

– Да потому, что я чертовски богат, вот почему! И чтобы вы там ни думали, иногда быть богатым – тяжелая ноша. Господи Иисусе, и это все, что сукин сын вам рассказал, чтобы скостить себе срок?

– Не совсем. Он сообщил нам несколько имен: за этими людьми мы, кстати, давно следим. Среди них есть человек, подозреваемый в прошлогоднем похищении жены доктора из Арканзаса. А еще этот тип раскрыл подробности грабежей в Шривпорте. Благодаря его сведениям нам удалось поймать с поличным нескольких преступников. Он обещал помогать и дальше, если прокурор пойдет навстречу. Вот такие дела, мистер Люденмер.

– Он же назвал вам имена. Почему бы не повязать этих отморозков и не выбить из них все дерьмо?

– Мы объявили их в розыск, сэр. Это вопрос времени. Скоро мы обязательно их поймаем.

Люденмер откинулся на спинку стула и выдохнул. И, словно бы осознав вдруг всю чудовищность своего положения, тихим голосом произнес:

– Похитить моих детей?

– Такое происходит сплошь и рядом, – отозвался Пэрли, вглядываясь в оцепеневшее лицо собеседника.

Ему внезапно захотелось достать револьвер и отправить процветающего луизианского дельца к праотцам.

«Какой же он глупец, этот Люденмер! А ведь наверняка считает себя умнее всех! Похоже, украсть его сопляков будет проще пареной репы».

А с Люденмера и впрямь разом слетела вся спесь: перед Пэрли сидел обыкновенный перепуганный человек.

– Вы ведь уже связались с полицией? Я имею в виду, с полицией Нового Орлеана? – хрипло спросил Люденмер.

– Нет, это очень опасно, – ответил Пэрли, взял стул, развернул его спинкой вперед и уселся напротив хозяина кабинета.

Джинджер, конечно же, предвидела этот вопрос и выдумала хорошую легенду, но ее предстояло еще убедительно изложить.

«Теперь все зависит от меня. Если я провалюсь, – размышлял Пэрли, – то отсюда меня, вероятно, вынесут вперед ногами».

Ровным голосом он пояснил:

– Мы бы не хотели сотрудничать с местными полицейскими.

– Что? Но почему?

– Мы пытаемся сохранить все в тайне. Именно поэтому я никому не показывал свой значок, – продолжал Пэрли, не давая Люденмеру и рта открыть. – Бэйзер, шеф полиции Шривпорта, передал это дело капитану Арлену, начальнику криминального отдела. А тот, в свою очередь, поручил его мне: дал задание найти вас и поставить в известность, но так, чтобы не пронюхали газетчики, понимаете?

Обдумав сказанное и решив, что легенда прозвучала убедительно, Пэрли сложил руки на спинке стула и прибавил:

– С журналистами Шривпорта мы как-нибудь да справимся, а вот на местную прессу рычагов давления у нас нет. Вероятно, как и у вас. Если информация попадет в газеты, то новость разнесется в мгновение ока.

– Разве это плохо?

– Может сработать против нас. Допустим, ублюдок водит нас за нос, и никто похищать ребятишек не собирается – с одной стороны, это просто замечательно. Но с другой… Представьте, если вдруг какому-нибудь бандиту – который прежде и думать не думал о похищениях – после прочтения новости в газете взбредет в голову попытать удачу и украсть ваших детей? Что тогда? Именно так на самом деле все и происходит: преступники учатся друг у друга. Слова «чертовски богат» для них все равно что красная тряпка для быка, – сказал Пэрли и едва заметно улыбнулся. – Злоумышленники не гнушаются похищать и простых людей, лишь бы родственники готовы были раскошелиться. Если вы думаете, что киднеппинг – это событие из ряда вон выходящее, то я скажу вам следующее: похищения или попытки к похищению регистрируются в полиции каждый божий день.

Люденмер сидел и слушал детектива с каменным лицом. На мгновение Пэрли испугался: «Черт, кажется, я был неубедительным!» Но бизнесмен кивнул, и у него буквально гора с плеч свалилась.

– Мы не хотели бы, – соловьем заливался Пэрли, – давать пищу для ума другим преступникам. Похищения детей – это не шутки. Если утечка все-таки произойдет и по Новому Орлеану прокатится волна похищений – это будет моя вина. Я не готов взять на себя такую ответственность. Как я уже и сказал, лишнего болтать нельзя. По крайней мере, пока мы не узнаем имена тех, кто угрожает вам. – Пэрли глянул на наручные часы: настало время для самой сложной части представления. – Мне нужно созвониться с капитаном Арленом по межгороду. Не возражаете? – спросил он и кивнул на телефон слева от Люденмера.

Люденмер нажал кнопку переговорного устройства:

– Элис, дай мне межгород.

Примерно через пятнадцать секунд секретарша доложила:

– Все готово, сэр.

Пэрли поднял трубку, и она чуть не выскользнула из вспотевшей ладони. «Если сейчас облажаемся, все пропало», – подумал он. И произнес:

– Соедините меня, пожалуйста, со Шривпортом, Орчард 7–1572.

В трубке щелкнуло: связь установилась, пошли гудки. Сердце его бешено колотилось.

Гудок… Еще один… «Бери же трубку, черт подери».

Наконец раздался голос Джинджер:

– Полиция Шривпорта. Чем могу помочь?

Эту сценку они придумали на случай, если Люденмер захочет позвонить в полицию Шривпорта.

– Руф, это Джон Парр. А капитан Арлен на месте?

– Одну минуточку, – ответила она, уверенно играя свою роль.

Через пару секунд Пэрли услышал Донни.

– Да? – отрывисто сказал тот.

– Капитан Арлен, я сейчас у Джека Люденмера. Ситуацию обрисовал. Может быть, вы хотите что-нибудь добавить?

Донни промолчал.

– Да, сэр, сейчас передам, – ответил Пэрли и протянул трубку Люденмеру.

«Теперь все зависит от рыжего ублюдка», – подумал он. И вспомнил, как сильно Джинджер разозлилась на племянничка, когда они возвращались с вокзала Нового Орлеана в Шривпорт. По дороге выяснилось, что Донни, уезжая из дома, прихватил копилку с материнскими сбережениями и потратил почти все деньги: от сотни баксов осталось лишь тридцать два доллара и семьдесят четыре цента. «Если этот молокосос все запорет, – Пэрли представил, как Донни стоит сейчас в коридоре отеля „Клементин“, а рядом – Джинджер, которая не спускает с парня глаз, – то все наше предприятие рухнет как карточный домик. И узнаю я об этом не раньше, чем Люденмер бросится на меня через стол».

Люденмер внимательно выслушал Донни, а затем произнес:

– Спасибо, капитан. Эта новость просто убила меня. Да-да, премного вам благодарен. Сделаю все, как вы сказали.

Если Донни придерживался сценария, то Пэрли примерно знал, о чем он там поет: «Мистер Люденмер, прошу прощения за плохие вести, но дело серьезное. Детектив Парр профессионал, и мы полностью ему доверяем – доверьтесь и вы».

– Извините, а можно узнать, что случилось с Рэем Калли? – спросил вдруг Люденмер.

Сердце Пэрли замерло. Это было все равно что оказаться на скользкой дороге за рулем автомобиля с отказавшими тормозами.

– Я почему интересуюсь: во времена моего детства шеф полиции Калли был вожатым отряда скаутов, – продолжал между тем Люденмер. – Он, наверное, уже в отставке?

Пэрли затаил дыхание. Он очень надеялся, что Донни не растеряется.

– Мне думается, Рэй отправился рыбачить куда-нибудь на юга: он всегда любил это дело! – сказал Люденмер. – Да-да, конечно, узнайте, пожалуйста, если вас не затруднит. Надеюсь, с ним все в порядке, – прибавил он и передал трубку Пэрли: – Капитан хочет еще переговорить с вами.

– Да, сэр? – спросил Пэрли.

– Я чуть кирпичей не наложил! – воскликнул Донни.

– Спасибо, сэр! Будет сделано!

– Иди в жопу, – ответил Донни и отсоединился.

«Я ему покажу! – подумал Пэрли и положил трубку. – Вот только вернусь в Шривпорт! Хотя Джинджер наверняка уже устроила парню выволочку. А что, если телефонистка нас подслушивала? Черт! Ни в чем нельзя быть уверенным!»

– Суровый он мужчина, этот ваш капитан Арлен!

– Не то слово, – отозвался Пэрли. Решив проверить, не заподозрил ли чего Люденмер, он добавил: – Вы спрашивали про Калли, который шефствовал над скаутами. Я, к сожалению, уже не застал его.

– А как давно вы там работаете?

– Да уж три года. Расследовал в апреле то нашумевшее дело Ловца Бабочек, и теперь мне, кажется, любая задача по плечу!

– Да, я читал про Ловца Бабочек. Чудовище! – воскликнул собеседник и вдруг нахмурился, глянув на телефон: – Совсем забыл спросить капитана Арлена: можно ли рассказывать кому-нибудь из своих? Господи, моя жена… Джейн… Она такая нервная. Бедняжка просто с ума сойдет! Вот ей точно ничего говорить нельзя. До вас тут сидел мой юрист, Виктор. Как думаете, стоит ли посвящать его в курс дела?

Пэрли подумал, что Люденмера следует хорошенько припугнуть, чтобы у того даже желания не возникло набрать указанный на визитке номер. Эту несчастную визитку Пэрли пришлось прогонять через свой портативный печатный станок целых восемь раз, прежде чем Джинджер одобрила ее.

– Капитан вчера предупредил: чем меньше народу знает, тем лучше. Меньше шансов, что кто-то проболтается. Конечно, последнее слово за вами, мистер Люденмер, но на вашем месте я бы держал язык за зубами. По крайней мере, хотя бы первые несколько дней, – сказал Пэрли и сменил тему: – Надеюсь, телохранители у вас имеются?

– Мой водитель Клэй Хартли – офицер полиции в отставке. Прежде он служил в Хьюстоне, а теперь вот уже два года как работает на меня. Есть разрешение на оружие. Револьвер всегда при нем, в бардачке.

– Он живет с вами?

– Да, у него квартира над гаражом. Он возит Джейн и детей.

– Вот и хорошо, – кивнул Пэрли, а про себя подумал: «Ничего хорошего, черт подери! Ну, по крайней мере, телохранитель всего один. А ведь могла бы оказаться целая армия! Спасибо и на том. Все, надо рвать когти. Дольше оставаться рискованно».

– Можно одолжить у вас ручку? – спросил Пэрли, поднимаясь со стула. Он перевернул визитку и что-то написал. – Я остановился в отеле «Король Людовик» на Брод-стрит, номер шестнадцать: тут все указано, – произнес он, протягивая Люденмеру визитку. – Телефона в номере нет, но вы всегда можете связаться со мной через рецепцию. В городе я буду вплоть до особого распоряжения капитана Арлена. Мы с ним держим постоянную связь: созваниваемся каждые несколько часов. События развиваются быстро, и через день-два ситуация может измениться кардинально.

– Я слышал, «Король Людовик» – та еще дыра, да? – спросил Люденмер. – Давайте я устрою вас в хорошем отеле, где в номере есть телефон?

– Спасибо за предложение, сэр, но я вынужден отказаться. Боюсь, начальство не одобрит. А уж если моя невеста узнает, что я шикарно жил в Новом Орлеане, пока она прозябала в Божер-Сити, то устроит мне такую головомойку, что век помнить буду, – сказал Пэрли и обаятельно улыбнулся, но только одними губами.

Он снял с вешалки федору и, бросив прощальный взгляд на доки и пароходы Люденмера, подумал: «Двести кусков? А мы не продешевим?»

– Какие у вас планы на вечер? – Хозяин кабинета встал, провожая гостя. – Где будете ужинать?

Вопрос поставил Пэрли в тупик.

– Честно сказать, я об этом еще даже не думал, – ответил он через мгновение.

– Если уж мне нельзя заплатить за отель, то позвольте хотя бы пригласить вас на ужин. Дом тысяча четыреста девятнадцать по Первой улице, это в Гардене. Приходите в половине седьмого и позвоните в звонок у ворот. Заодно познакомитесь с женой и детьми.

– О! – только и произнес удивленный Пэрли. Такой вариант развития событий они не прорабатывали, но предложение Люденмера определенно было им на руку. – Хорошо, я приду. Вот только не думаю, что меня стоит представлять вашей жене как детектива.

– Для нее вы будете моим коллегой.

– Это правильно, – одобрил Пэрли и пожал протянутую руку. – Увидимся в шесть тридцать. К вечеру, может быть, появятся еще новости.

– Наверное, вам не стоит брать с собой оружие, как считаете? – спросил Люденмер.

– Не переживайте, – ответил Пэрли. – Всю работу я оставлю за порогом вашего дома, чтобы сполна насладиться прекрасным ужином.

«Взгляну на твоих сопляков, слабонервную женушку, водилу-копа в отставке, домишко – в общем, все про тебя выясню, король грузовых перевозок! – злобно подумал Пэрли. – А заодно и вкусно поем: устал я перебиваться с консервов на болонские сэндвичи! Интересно, что сказала бы Джинджер? Наверняка что-нибудь вроде: „Наслаждайся, милый, но смотри, как бы этот ужин не оказался последним в твоей жизни!“»

– Спасибо вам еще раз, детектив, – поблагодарил Люденмер.

Джон Парр кивнул, нахлобучил федору и откланялся.

А хозяин кабинета сел за стол и уставился на стену. Веки его были полуприкрыты, в висках стучала кровь. Люденмер повертел визитку детектива, пробежал пальцами по тисненым буквам, нажал кнопку интеркома и попросил Элис соединить его со Шривпортом.