Лаверти вошел в распахнутую стеклянную дверь, молча прошагал по ковру и остановился за спиной работающего за письменным столом седовласого человека.

— Эй, конгрессмен! — сказал он.

Конгрессмен Куин повернул голову и вскочил, увидел направленный на него револьвер.

— Лаверти… Не глупи.

Лаверти усмехнулся.

— Я говорил тебе, что в один прекрасный день сделаю это. Я ждал четыре года. Сейчас мне ничто не угрожает.

— Тебе не выбраться отсюда, Лаверти. Я оставил письмо, которое будет доставлено по назначению, если меня убьют.

Лаверти рассмеялся.

— Лжешь, Куин. В этом письме тебе пришлось бы объяснить мотивы моего поступка и тем самым бросить тень на свое доброе имя. Не в твоих интересах, чтобы меня допрашивали и судили, ведь в этом случае истина выплыла бы наружу и навсегда покрыла бы тебя позором.

Лаверти шесть раз нажал на спусковой крючок.

Вышел из здания, сел в свою машину. Проезжая по мосту, избавился от орудия убийства, поехал к себе домой и лег в постель.

Его мирный сон прервал звонок в дверь. Он накинул халат, подошел к двери, открыл ее.

В тот же миг сердце его остановилось.

Человек, позвонивший в дверь Лаверти, был удивлен и потрясен, но поступил как положено. Перешагнул через тело Лаверти, нашел телефон, вызвал полицию. И стал ждать.

Теперь, когда врач объявил, что Лаверти мертв, лейтенант полиции приступил к допросу.

— Ваше имя? — спросил он.

— Бебкок. Генри Бебкок. Я должен был вручить мистеру Лаверти письмо. Вот оно.

Лейтенант взял конверт, после мгновенного колебания вскрыл его и вытащил лист бумаги.

— Но это же просто чистый лист.

— Мне об этом ничего не известно, лейтенант. Мой босс, конгрессмен Куин, отдал мне это письмо много лет назад. И приказал доставить его Лаверти, если с конгрессменом Куином произойдет что-то необычное. Как только я услышал по радио…

— Да, знаю. Он был найден мертвым сегодня вечером. Какого рода работу вы для него выполняли?

— Ну, это вообще-то секрет, но теперь, полагаю, он утратил свое значение. Я заменял его: произносил не имеющие особой важности речи и участвовал во встречах, которых он хотел избежать. Видите ли, лейтенант, я его двойник.