Я молча смотрел на сизые каменные двери, которыми заканчивалась спиральная лестница, ведущая вверх из комнаты последнего босса Третьего уровня летающей крепости Айнкрад. За этими дверями — неисследованный Четвёртый уровень. Первым увидеть целый новый мир и ступить на неизведанную землю — разве не это главная радость передового игрока?

Но я почему-то замер в трёх ступенях перед дверями.

Секунд десять спустя рапиристка с каштановыми волосами поднялась на ступеньку выше меня и нетерпеливо спросила:

— Слушай, ты долго собираешься так стоять? Неужели до сих пор не насмотрелся на барельеф? Или тебе страшно при мысли о том, что это Четвёртый уровень?

Я чуть было по легкомыслию не проигнорировал вопрос, но мой мозг зацепился за один нюанс.

— Почему мне должно становиться страшно при этой мысли?

Рапиристка окинула меня взглядом, в котором смешались раздражение и насмешка.

— Некоторые люди, заселяясь в отель, боятся четвёртого и тринадцатого этажей[1]. Ты тоже из таких?

— Да нет же! — Я замотал головой, наконец-то поняв, к чему она клонит. — Стал бы я ходить в чёрном плаще, если бы был суеверным человеком?

— Тогда чего застыл?

— Э-э, ну… — замялся я, бросая ещё один взгляд на дверь.

Створки трёхметровой высоты украшал искусно выполненный барельеф. Эти изображения, уникальные для каждого уровня, на самом деле отражали стиль и сюжет грядущего этажа. Например, на дверях «коровьего» Второго уровня был барельеф в виде бычьей головы, а на дверях «лесного и эльфийского» Третьего высечены два эльфа, сражающиеся под кроной огромного дерева.

Сейчас перед нами высились двери на Четвёртый уровень, и барельеф на ней изображал гребца в лодке.

— Что не так с этой картинкой? Ты ведь наверняка видел её во время бета-теста, — продолжила рапиристка, раздражение в её голосе постепенно усиливалось.

— Не видел. — Я медленно покачал головой. — Если точнее, я видел эту дверь, но не барельеф.

— Что? Как это понимать?

— Его изменили. Во время бета-теста тут было изображение человека, идущего по дну каньона. А сейчас он, как видишь, плывёт на лодке…

Рапиристка озадаченно наклонила голову набок. С её качнувшихся волос словно скатились частицы света, на мгновение блеснув в полутьме лестничного пролёта.

— И как выглядел Четвёртый уровень в бете?

— Ну… Он весь был покрыт сетью каньонов с песком на дне. Этот песок очень мешал, потому что по каньонам постоянно нужно было ходить.

— Хм… То есть картинка с человеком, бредущим по песку, была в тему. А если сейчас её поменяли, то…

Не договорив, она поднялась на верхнюю ступеньку, положила ладони на барельеф гондолы и без малейших колебаний надавила. Каменные створки загрохотали, медленно раскрываясь. Я тоже взбежал по лестнице и встал возле рапиристки.

В расширяющийся проём хлынули слепящие лучи полуденного солнца. Я прищурился, но звук донёсся до меня раньше, чем я успел что-то разглядеть.

Вернее, два разных звука — низкий волнообразный гул и звонкий плеск. Звуки текущей воды.

Глаза наконец-то привыкли к яркому свету, и я увидел на месте сухого каньона бурный голубой поток.

— Вот тебе и ответ, — с лёгким оттенком самодовольства заявила рапиристка, хлопнув меня по плечу.