Благодетельное расположение ко всем прибегающим к помощи вашего сиятельства и носимое вашим сиятельством звание блюстителя правосудия дают мне смелость испрашивать для моего брата, отставного штабс-капитана Григория Мосцепанова, не милости, но правого суда.

Два месяца я не имел сведений о месте его заключения и лишь по случаю узнал, что он содержится в Екатеринбургском остроге. Не входя в рассмотрение, справедливо ли отнята свобода у дворянина-воина, смею обратить внимание вашего сиятельства единственно на то, что нет никаких причин препятствовать ни его родственной переписке, ни подаче им прошений в правительственные и губернские места. Где обвиняет закон, а не судящий, там нет нужды прибегать к средствам чрезвычайным.

Из дошедших ко мне посторонним образом известий усматриваю, что брата моего судят не за совершенные им преступления, а за открытие злоупотреблений со стороны управителей Нижнетагильскими, графа Демидова, заводами. Не эти ли люди и способствовали его аресту?

Он писал министру финансов, графу Гурьеву, что для изыскания средств на войну с Оттоманской Портой следует все уральские золотые прииски, кому бы ни принадлежали, взять в казенное управление. Если этот проект известен графу Демидову, он может быть двигателем заведенной против моего брата интриги.

Как родственник теснимого прошу облегчить его содержание под стражей, а также позволить переписку с родственниками и начальственными местами, чтобы дать ему возможность оправдаться в наложенных на него обвинениях. Ожидаю на это милостивейшей вашего сиятельства резолюции.