– Юную леди и юного джентльмена привязать к пальмам! А негритёнка – ко мне! – приказал Рыжий Пёс.

Меня и Милу крепко прикрутили к деревьям. Рыжий Пёс тем временем важно опустился в кресло, и к его ногам швырнули бедного Юрку. Рыжий Пёс торжественно пробасил:

– За белых птенцов, пираты, мы потребуем хороший выкуп – мешок денег! А ты, негритёнок, будешь служить мне. Слушайте все! Я назначаю себя губернатором этого острова. Ура губернатору!

– Ура-а!… – заорали пираты.

И где-то в скалах откликнулось раскатистое эхо. В темноте в недалёком лесу шумно вспорхнула стая испуганных птиц.

– Мы вас не признаем губернатором! – крикнула Мила.

– Воркуйте, воркуйте, птенчики! Клянусь брюхом акулы, это только услаждает мой слух! – посмеивался Рыжий Пёс.

Пираты по-хозяйски расположились на нашей площадке и съели зажаренную на костре рыбу, запивая её ромом. По мере того как эти страшные люди отхлёбывали из своих фляжек, они делались все развязней и болтливей и, наконец, запели песню:

От свирепых голосов и дикого смеха мороз продирал по коже. В конце концов они перепились и захрапели.

– Ах, если бы у меня были свободными руки! – зашептал я своим товарищам. – Юрка, ты не можешь каким-нибудь образом развязать нас с Милой?

– Не могу, – простонал он из темноты.

Луна закатилась, костёр погас, и вокруг нас чёрной плотной стеной стоял мрак. Все потонуло в этой непроницаемой и жуткой темноте.

– Юрка, – умолял я, – попробуй как-нибудь доползти до нас. Я слышал, как он вздохнул.

– Рыжий Пёс привязал меня к своей ноге…

Мила тихонько всхлипывала:

– Противный, Борька… Зачем ты нас затащил на этот гадкий остров?

Что я мог ответить? Я молчал, глотая слезы обиды и бессильной злобы. Под конец я задремал, уронив голову на грудь.

Проснулся я от зычного крика Рыжего Пса. Было светло. Солнце сверкало в синих волнах океана, снова свистели и щёлкали в лесных зарослях птицы.

Пираты суетились на площадке. Рыжий Пёс сидел в кресле, величественно поглядывая на стоявшего перед ним на коленях Юрку. Я заметил, что руки у Юрки были уже развязаны.

– Может быть, ты тоже не признаешь меня губернатором? – спросил Рыжий Пёс, расчёсывая свои огненные бакенбарды серебряной гребёнкой.

– Я вас презираю! – страстно и громко воскликнул Юрка.

Рыжий Пёс вскочил, и его красный нос побагровел ещё больше.

– Чисти мои сапоги, бой!

– Ха! – прищёлкнул языком Одноглазый.

Все пираты столпились вокруг Юрки.

– Чистить ваши сапоги? – качнул Юрка курчавой головой. – Да ни за что!

Я просто обомлел от его храбрости и только ахнул, когда увидел, как он преспокойно плюнул на сапог капитана.

Рыжий Пёс отшвырнул Юрку ногой и заревел, словно бык:

– Вздёрнуть чернокожего на эту рею! – И он указал пальцем на дерево.

Пираты подхватили Юрку на руки, набросили на его шею петлю и, похохатывая, потащили к пальме.

– Боря!. – истерически закричала Мила.

– Рыжий Пёс, не смей! – Я задыхался от волнения. – Слышите, не смейте! Ох, если бы у меня были свободными руки!

Пираты расхохотались. Вообще, как я заметил, они хохотали по всякому поводу и даже без повода.

Ко мне подошёл одноглазый и больно потянул за ухо.

– Уж не думаешь ли ты, птенец, что если бы у тебя были свободными руки, то ты поколотил бы его превосходительство нашего губернатора?

– И ещё как поколотил бы!

Они, конечно, не могли отнестись к моим словам всерьёз и опять захохотали, хватаясь за животы и приседая.

– Ваше превосходительство, – давясь смехом, с трудом выговорил Кошачий Зуб, – вам сделали вызов! Бокс! Восемь раундов!

У Рыжего Пса от смеха выступили слёзы. Он вытер глаза кулаком и поднёс его к моему носу.

– Тысяча чертей и одна ведьма! Мне это нравится! Клянусь брюхом акулы, это будет самое весёлое представление в мире! Ну-ка, развяжите птенцов!

Потирая затёкшие руки, я незаметно махнул волшебным платком и прошептал:

– Хочу быть сильным и непобедимым.

Пираты, посмеиваясь, расчищали от сучьев площадку, а Мила и Юра в это время поражение шептали мне:

– Ты сошёл с ума, Борька!

– Он убьёт тебя одним ударом!

– Посмотрим!… – сказал я и пошёл навстречу Рыжему Псу.

– Внимание! – пробасил капитан. – Сейчас начнётся представление! Мальчишка! Слышишь, мальчишка? Знаешь ли ты, что в Лос-Анжелосе и в Рио-де-Жанейро я дважды побил Шестипалого Джека?

– Знать не знаю никаких Шестипалых и не понимаю, зачем вы хвастаетесь. Рыжий Пёс, – сказал я, глядя прямо в его глаза. – Наверно, вы боитесь, что я вас побью!

– Я боюсь? – взревел Рыжий Пёс. – Смотри сюда, мальчишка!

Плечистый, рыжеволосый, он подошёл к большому, величиной с одноэтажный дом, замшелому камню. Этот камень словно врос в землю на краю обрыва. Напрягаясь и тяжело дыша. Рыжий Пёс попытался сдвинуть его с места плечом. Конечно, это было ему не под силу. Однако он сказал, вытирая пот с красного лица:

– Ты видишь, этот камень сдвинулся с места. Неужели тебе не страшно, мальчишка?

– Что же тут особенного? – пожал я плечами и, засучив рукава, показал пиратам свой указательный палец. – Вы видите этот палец? Так… Теперь смотрите…

Я подошёл к обрыву и совсем легонько ткнул камень пальцем. Земля зашевелилась у нас под ногами – это камень вывернул целые пласты песка и глины. Сначала медленно, словно нехотя, камень перевернулся два раза вокруг себя, а затем с оглушающим грохотом, сбивая и увлекая за собой другие камни, полетел в океан. Было слышно, как внизу всплеснулись волны, и каскад брызг взметнулся до самой площадки.

– Ха! – сказал в наступившей тишине Одноглазый.

– Вот это волшебство! – тихонько вскрикнула Мила.

Все пираты были в замешательстве. Но тут Кошачий Зуб крикнул:

– Случайность! Самая обыкновенная случайность, уверяю вас. Губернатор сдвинул камень, и он уже держался на волоске!

– Конечно, случайность, ваше превосходительство, – подтвердил Рваное Ухо. – Разве по силам птенцу опрокидывать скалы?

Рыжий Пёс наконец пришёл в себя от изумления.

– Тысяча чертей и одна ведьма! Если мальчишка действительно силён, то тем приятнее будет его поколотить!

– На ринг, на ринг! – хрипло закричали пираты.

– Держись, Борис! – шепнул мне Юрка подбадривающе.

Мила задержала меня и сказала умоляюще:

– Борик, может быть, лучше отказаться?

– Отказаться? – сжал я кулаки. – Нет уж, тысяча чертей и одна ведьма!

Все умолкли. Мы сошлись с Рыжим Псом в самом центре площадки и, как это делают настоящие боксёры перед началом боя, пожали друг другу руки. Когда я протягивал ему руку, то видел над собой могучую гору в полосатой тельняшке, увенчанную рыжей растительностью. Но вдруг эта гора присела и завизжала:

– Ай-ай!… Не могу! Ой, больно!… О, моя бедная рука! Отпусти же мою руку, мальчик!

Я отпустил его руку, и он отпрянул от меня, пританцовывая от боли и дуя на пальцы.

– Что случилось. Рыжий Пёс? – спросил кто-то из пиратов.

– У этого мальчишки не руки, а клещи!… Сейчас я его нокаутирую!

Он сделал молниеносный выпад и с силой ударил меня в левую скулу. Но как это ни странно, я не почувствовал этого удара, а Рыжий Пёс отлетел на несколько метров, словно наткнулся на стену.

Все безмолвствовали.

– Ничего не понимаю… – бормотал Рыжий Пёс, потирая кулак.

– Ты боишься его, Рыжий Пёс? – сказал Кошачий Зуб.

– Что? – заревел капитан. – Я его боюсь? Я сделаю сейчас из него медузу!

Как бык, наклонив голову и вращая налившимися кровью глазами, он двинулся на меня. Честное слово, я стукнул его совсем не сильно. Но Рыжий Пёс пролетел через всю площадку, сбив с ног Кривую Ногу, и плашмя грохнулся на камни. Я видел, как безмолвные, потрясённые пираты склонились над ним и разжимали стиснутые зубы, чтобы влить в рот глоток рома.

Мила подпрыгивала возле меня на одном месте, не в силах сдержать своего восторга.

– Ты самый сильный человек на свете, Борик!

Юрка изумлённо заглядывал мне в лицо.

– Как ты все это делаешь, Борька?

Я не успел ответить, потому что услышал за спиной крадущиеся шаги и оглянулся. Вынув кривые ножи и свирепо вращая глазами, на нас наступали четверо пиратов. Рыжий Пёс сидел в отдалении и указывал на меня пальцем.

Я смело принял этот неравный бой. Через несколько секунд четыре морских разбойника валялись на камнях.

– Ага, получили?! – закричала Мила.

Один за другим, трусливо оглядываясь, пираты уползли за обрыв.