Выдающийся американский психиатр и один из самых известных психотерапевтов XX века. Специализировался на медицинском гипнозе. Созатель нейролингвистического программирования.
– Я не верю в гипноз, я не верю в гипноз! – кричал мужик, каждое утро в 8:00 подметая крыльцо соседа.
Милтон Эриксон в детстве отставал в развитии от своих сверстников. Будущий психиатр не мог читать, различать звуки по высоте и, кроме того, был дальтоником. Лучше всего он различал пурпурный цвет.
Уже в юные годы он мог преодолевать свои недуги. Он тренировал свой организм, используя свои гипнотические способности.
В 17 лет Милтон Эриксон заболел полиомиелитом. Болезнь была так тяжела, что доктор предупреждал его мать о том, что мальчик не выживет. И вот в один из вечеров, который, по мнению врача, должен был стать для Милтона последним в жизни, произошло нечто удивительное. Юноша почувствовал в себе жажду жизни и злость на врача, который предсказывает ему скорую гибель. Тогда он попросил мать поставить перед его кроватью комод с зеркалом, при помощи которого он смог бы увидеть закат. Милтон пообещал себе, что он не станет последним в его жизни. После того как в отражении он увидел алое солнце, юноша потерял сознание и очнулся только через три дня. Удивительно, но в зеркале он видел только закат, а забор, камень и дерево, которые тоже должны были отразиться в нем, исчезли из поля зрения больного. Тогда Милтон Эриксон осознал силу своего подсознания и то, как при помощи воздействия на него он может исправить свою жизнь и повлиять на здоровье. Тогда же он решил стать врачом.
Единственным его занятием было наблюдение за домочадцами. С каждым днем он все лучше понимал язык тела. Для того чтобы восстановить двигательную активность, Милтон начал применять технику «мускульной памяти». Он смотрел, как его младшая сестра учится ходить, и начал мысленно представлять, как сам управляет своим телом. Это помогло, и вскоре он стал двигать руками и говорить.
Вскоре Милтон поступил в медицинский колледж. Там он делал поразительные успехи и даже получил степень по психологии. Принципы Милтона Эриксона до сих пор используются в психотерапевтических практиках.
Эриксон предположил, что если человеку послать замаскированное сообщение в виде рассказа, в котором собрать понятия, решающие его проблему, то это поможет мягко воздействовать на пациента. Причем это воздействие будет подсознательным. Итак, постепенно он пришел к выводу, что язык гипноза также не может быть любым. По мнению профессора, он должен быть мягким, бережным, но в то же время поэтичным и образным. Гипнотические техники Милтона Эриксона предполагают одновременное воздействие на сознание и подсознание.
Ученый часто вводил своих пациентов в транс. Гипноз Милтона Эриксона как один из методов воздействия на пациента стал популярен среди ученых из разных стран. До сих пор эту методику применяют в психиатрии.
Но интересы Эриксона не ограничивались возможностями гипноза. Его интересовала педагогика, коммуникации, психология. Известный английский антрополог Грегори Бейтсон приглашал его быть консультантом. Он снял фильм Trance and Dance in Bali и хотел, чтобы Эриксон дал оценку его работе. Бейтсон познакомил Эриксона с другими известными психиатрами. О работе Милтона была написана книга «Необычная терапия». Ее автором стал Джей Хейли, который был учеником Эриксона и впоследствии основал Институт семейной терапии в Вашингтоне. Эта книга принесла Милтону популярность.
Еще одной интересной техникой воздействия на человека является «Тройная спираль» Милтона Эриксона. Это техника гипноза, которая позволяет ввести человека в транс без его согласия. Сейчас она широко применяется в нейролингвистическом программировании. Для того чтобы воспользоваться этим методом, надо рассказать историю, состоящую из пяти частей. Самая главная – третья часть. В ней содержится внушение, которое должно остаться в подсознании человека. Нужно начать с первой истории, затем перейти ко второй, не закончив первой, а затем начать рассказывать третью историю, которую уже довести до конца. Потом сразу закончить вторую часть и напоследок завершить первую. Не важно, от чьего имени и о чем будут истории. Главное – вложить в третью часть тот посыл, который вы хотите донести до человека. Интересно, что в состоянии транса человек не запоминает содержания третьей истории. Также важно не использовать во фразах-внушениях отрицание.
Последствия полиомиелита дали знать о себе, когда Милтону Эриксону исполнилось 50 лет. Он начал снова испытывать боль и слабость в мышцах. Какое-то время Эриксон был снова парализован. Вновь применив методику, испытанную в юности, он смог частично вернуться к обычной жизни.
Умы взрослых закрыты. Они думают, что видят все. Но они не видят. У них запрограммированный взгляд на вещи.
Никогда не принимайте оскорбления.
Неожиданное всегда помогает. Вот и вы, читатель, никогда не поступайте так, как от вас ожидают. ‹…› Так всегда – когда вы делаете что-то неожиданное, оно меняет образ мыслей человека.
Если вы хотите стать творческой личностью или мыслить творчески, то вам нужно практиковать то, что называется «дивергентным мышлением» в противовес «конвергентному мышлению», которое с возрастом овладевает людьми все больше и больше, делая их поведение все более стереотипным. При конвергентном мышлении ряд историй или тем сводятся к одной. При дивергентном мышлении одна идея разветвляется по множеству направлений, как ветвь дерева. Для стимуляции воображения и усиления творческой способности оказалась полезной книга Рида Дайтсмана «Разбудите вашу мысль». В ней приведены 365 упражнений для ума типа: «Назовите семь способов не пролить кофе во время езды на машине».
Всегда ставьте себе реально выполнимую цель в ближайшем будущем.
Ничего по-настоящему не заканчивается, пока мы живы.
Итак, мечтайте. И каждый раз, когда вы мечтаете, у вас есть и право, и привилегия пережить свою мечту заново.
Нам создает проблемы не то, чего мы не знаем. Нам создает проблемы то, что оказывается не таким, каким мы его знаем… То, что мы знаем, но не знаем о том, что мы это знаем, создает нам еще большие проблемы.
Принцип, сформулированный Парацельсом еще в XV веке: «Кем человек себя представляет, тем он и будет, и он есть то, что он представляет».
Когда я намерен узнать что-либо, я бы хотел, чтобы это знание не было искажено несовершенным знанием кого-то другого.
Каждый раз, когда я демонстрирую что-либо перед профессиональной аудиторией, я говорю: «Сейчас вы ничего не видите, ничего не слышите, ничего не думаете. Вот три последовательных шага». Люди обычно заявляют: «Эриксон делает что-то мистическое и таинственное». Гораздо проще думать обо мне, что я делаю нечто особенное, чем научиться действительно наблюдать и реально мыслить.
Вы не были полностью внимательными по той простой причине, что, разговаривая с вами, я то входил в транс, то выходил из него. Я научился входить в транс произвольно и могу обсуждать что-либо с вами, наблюдая в то же время, как плед поднимается до вот такой высоты (Эриксон показывает)… Я могу входить в транс и выходить из него так, что ни вы, ни кто-либо другой не заметит этого.
Вы смотрите, но вы не слушаете.
Итак, ходите вокруг с ничего не выражающим лицом; ваш рот закрыт, а глаза и уши открыты. Вы не торопитесь высказывать свою оценку до тех пор, пока у вас не будет явных доказательств, подтверждающих ваши умозаключения.
Понимание того, что является нормальным или обычным, необходимо для обретения понимания ненормального и необычного.
Вам необходимо наблюдать обычное человеческое поведение и быть готовым использовать его.
Я знаю, что вы смогли бы сделать это, потому что все другие люди делали это!
Если вы научитесь наблюдать, вы сможете научиться осознавать происходящие изменения почти мгновенно.
А теперь я хочу подчеркнуть еще одну вещь. Ради Бога, посмотрите же внимательно на своего пациента! Увидьте его.
Я буду читать ваши мысли по лицам, и если кто-либо из вас испытывает неприязнь ко мне, я замечу это.
Как я выяснил за 50 лет своей жизни, каждый человек отличается от другого. И я всегда встречаю нового человека как неповторимую личность, подчеркивая его (или ее) индивидуальные качества.
Каждый приходящий к вам пациент представляет собой совершенно иную личность, иное отношение к миру, основанное на своем собственном опыте.
Я думаю, что любой психотерапевтический подход, базирующийся лишь на теоретических предпосылках, ошибочен, поскольку каждая личность отличается от другой.
Главная радость жизни – свобода.
Если вы говорите кому-то, что он должен сделать что-то, вы обязательно столкнетесь с ответом «нет».
Если вы связаны какими-то обязанностями, вам это обычно не нравится.
Если вы неуверенны в отношении самого себя, вы не можете быть уверенным и в чем-либо другом.
Если вы не уверены в чем-то, то стараетесь просто избегать этого.