Татьяна Дмитриевна Муравьева-Логинова родилась в Севастополе и была правнучкой родного брата Н. М. Карамзина. В эмиграцию она уехала в 1920 году из Крыма, во Франции окончила Химический институт и училась одновременно живописи в Русской академии, потом у Гончаровой с Ларионовым (о которых написала книгу), потом y французских профессоров. Занималась графикой, станковой живописью и росписью тканей, выставляла свои живописные работы в салоне Независимых и на выставках, а ткани – в домах моды.

В 1935 году на выставке русских книг она случайно познакомилась с нобелевским лауреатом И. А. Буниным, и 65-летний классик оставил ей телефончик, а потом стал приглашать ее то в кино, то в кафе. Вскоре молодая художница познакомилась и с Верой Николаевной Буниной, женой лауреата, а потом приехала в гости к Буниным в Грас. Дружеские отношения Татьяны с семьей Буниных продолжались четверть века, до самой смерти Веры Николаевны. Мне кажется, что и последнее в жизни письмо Веры Николаевны было адресовано Татьяне (на нем дата 4.04.61 года, а «Русские новости» сообщили, что Вера Николаевна умерла 3.04.61 – кто-нибудь да ошибся). В 1968 году Татьяна Муравьева-Логинова написала воспоминания о Буниных, сопроводив их своими рисунками, которые она передала в музей, в Россию. Еще интереснее собрание писем, которые Т. Муравьева издала в издательстве «ИМКА-ПРЕСС» в 1982 году – «Письма Буниных к художнице Т. Логиновой-Муравьевой».

Благодаря хлопотам Т. Д. Муравьевой на улочке, ведущей к бунинской вилле «Бельведер» в Грасе и на вилле «Жаннета», где Бунин жил в войну, были установлены мемориальные доски. Если б не доска на улочке Вье Ложис, мне бы никогда не найти «Бельведер» (никто в целом Грасе не слышал о русском лауреате Нобелевской премии, прожившем в городке полтора десятка лет и именно там узнавшем о том, что ему присуждена премия; зато многие тысячи французов слышали про Нину Берберову, которая была за что-то в обиде на Бунина)… Помню, как я добрался со своим спальным мешком до виллы «Бельведер», позвонил у калитки, долго рассказывал хозяйке виллы, кто был Бунин, а потом прилег в своем мешке на ночлег под забором, на травке. (Об этом есть в моей книге «Жена для странника».)

Татьяна Дмитриевна жила в одной из башен парижского «чайнатауна» неподалеку от моего парижского дома. Мы несколько раз договаривались с ней увидеться, но так и не увиделись. Теперь уж не увидимся…