– У него ничего не болит, док. Я его вдоль и поперек осмотрел. Везде щупал, и он ни разу не дернулся. Не понимаю, почему он так ходит. Может, заноза какая в лапе застряла, а я не вижу?

Когда Джейк начал заметно хромать, мистер Хадсон сделал именно то, что сделал бы на его месте любой заботливый хозяин: попытался найти, где болит. В любой среднестатистической маленькой ветклинике такие истории происходят каждый день. Иногда даже по несколько раз на дню.

Я опустился на колени, поздоровался с Джейком – дружелюбным метисом колли, Лабрадора и овчарки, – и дал ему его любимое лакомство – печеночный влажный корм. Джейк завилял хвостом и попытался лизнуть меня в нос, но я уклонился и приступил к осмотру. Вообще-то я не боюсь собачьих поцелуев, но Джейк славится слабостью к поеданию экскрементов. Я стал пальпировать и сгибать его лапы одну за другой, начав с тех, что выглядели здоровыми, и закончив правой задней, на которую он хромал. (Кстати, заметив хромоту у собаки, все владельцы почему-то думают, будто дело в занозе, и чаще всего ошибаются. Вот если ваш пес постоянно грызет свою лапу – это и правда заноза.)

– Говорю же, док, я уже так делал, и не нашел, что у него болит.

Джейк и в моих руках вел себя совершенно спокойно, однако я заметил небольшой «люфт» в коленном суставе, так называемый «синдром выдвижного ящика», когда большую берцовую кость можно чуть сместить вперед относительно бедренной – как будто приоткрываешь ящик стола. А это означало, что у Джейка разрыв краниальной крестообразной связки – того, что у людей называется передним крестообразным сухожилием. Но разве это не больно? Больно. Почему же тогда Джейк, не дрогнув, сносил осмотр? Потому что он был стоик.

Не так уж много собак и кошек реагируют на боль как люди: «Ой, а вот тут больно, доктор!» Есть, конечно, и такие, но большинство делятся на стоиков и кассандр. Стоики вроде Джейка не подают виду, что испытывают боль. Отчасти это объясняется тем, что в природе больное животное часто становится жертвой. Это особенно верно для тех зверей, что служат пищей хищникам (например, кролики обладают потрясающей способностью терпеть боль), но также верно и для социальных хищников, таких как собаки, которые боятся потерять статус в стае. Хотя, конечно, все очень зависит от породы и характера конкретного животного.

Ну ладно, если стоики притворяются, что им не больно, то как ведут себя кассандры? Ну, в самых неприятных случаях кассандры начинают вопить, стоит сделать хотя бы крошечный шажок в их сторону. Если же они все же разрешают себя осмотреть, то дают понять, что им ужасно больно (то есть опять-таки вопят), когда врач еще только подбирается к проблемному месту. У такого пациента удается разве что определить, к чему ближе расположена проблема – к голове или к хвосту. Но толку от подобной диагностики мало.

Очень грубо обобщая, можно сказать, что собаки, как правило, стоики, а кошки – кассандры, однако нередко бывает и наоборот.

И что же делать бедному ветеринару, если его пациенты не только отказываются говорить по-человечески, но еще и ведут себя как стоики или Кассандры? Как вы видели в истории с Джейком, у нас есть особые приемы врачебного осмотра, позволяющие определить, где что опухло, сместилось, порвалось, а иногда и правда болит. В некоторых случаях требуется рентген. Но даже после всех обследований иногда приходится делать научно обоснованные догадки. Слава богу, что существует наука!