Мокрый снег облепил «Домине Экс Венари», затемняя изображения с ауспиков титана. Еще больше видимость ограничивали вспышки света, сверкающие в буре при каждом лазерном ударе по Картега Телепатика. Вторая манипула, сочтя свою позицию бесполезной для обороны, спускалась с горы, чтобы атаковать врага. Легио Мортис наводнил стены, проходя сквозь проломы, оставленные восемью одержимыми титанами Легио Вульпа. Там были десятки машин, внушающих сильнейший страх всей Галактике. Эша ничего не могла поделать, кроме как убить побольше врагов, пока «Домине Экс Венари» не постигнет неминуемая гибель.

— Влево, девяносто градусов, — приказала Эша.

Корпус «Домине Экс Венари» развернулся, и передовая машина Мертвых Голов оказалась на линии огня. Пять ракет из их драгоценного запаса взорвались на пустотных щитах. Машина поспешно отступила, застигнутая врасплох появлением Второй манипулы.

— Догнать, — скомандовала Эша.

«Ос Рубрум» и «Прокул Виденс» немедленно пустились в погоню. «Курсор Ферро», «Стальная охотница», «Домине Экс Венари» и «Велокс Канис» продолжили спуск.

Третья линия укреплений уже не окружала гору полностью, а состояла из отдельных бастионов, соединенных дорогами, достаточно широкими для патрулирования титанами. Эша Ани Могана решила отыскать подходящее место, откуда было бы удобно обстреливать врагов. В войне меньшего масштаба ее решение могло бы определить результат сражения, но вокруг шпиля развернулась такая апокалиптическая битва, что от действий Второй манипулы мало что зависело. Снежная пелена бури светилась от пожаров на укреплениях тысячью метров ниже. Изображение ауспика рябило от сотен символов машин. Легио Мортис вышел в бой почти в полном составе.

«Даже если бы здесь присутствовал весь наш Легио, против них у нас все равно не было бы ни одного шанса».

Это заключение Эша оставила при себе.

В атаке на гору Хорус использовал не только боевые машины. С орбиты светящимися штрихами падали десантные капсулы. Тормозные двигатели они запускали всего в нескольких метрах от поверхности и останавливались почти мгновенно. Подобную перегрузку могли выдержать только усиленные тела Легионес Астартес. Сыны Хоруса вступали в бой. На крутом горном склоне у пеших воинов имелось преимущество перед колоссами. Они выбирали господствующие позиции и обстреливали богомашины из крупнокалиберного оружия. На первых порах это было лишь досадным раздражителем, но с приближением Легио Мортис, когда стали падать пустотные щиты, снаряды тяжелого пехотного вооружения начали доставлять немалые проблемы.

Боевой флот Хоруса тоже постоянно направлял вниз энергетические лучи. До сих пор они не трогали машины лоялистов, целясь исключительно в основание гигантского шпиля. Его пустотные щиты продержались около часа. Теперь каждый залп оставлял на поверхности башни расплавленный след.

Буря несла снежные заряды параллельно земле. Внезапно из полумрака на отроге горы показалось здание.

— Сюда, мы укроемся здесь, — приказала Эша.

Они разместились поблизости от сортировочного участка. Кастеллум был охвачен огнем, вместо крыши сиял столб пламени, и все окна сияли изнутри, словно освещались фонарями. Здание стояло у главной подъездной дороги, поднимающейся к основанию шпиля, где враги сконцентрировали свои усилия.

— Уменьшить мощность реакторов. Держать машины в полной готовности. Ждите моего сигнала.

Эша жалела, что нет возможности прикрыть машины хамелеолиновыми экранами. Эти приспособления были непрочными и сгорели бы при первом же ударе. Но для засады, для нанесения первого, решающего удара, прежде чем присутствие Имперских Охотников будет обнаружено, они оказались бы незаменимы. Маскировочные системы входили в оборудование Легио, но, как и многое другое, они закончились.

Придется уповать на то, что их прикроет шторм. Эша пыталась хотя бы что-то рассмотреть сквозь летящий снег. Ее ауспик был подавлен вражескими помехами, вокс работал только для связи внутри манипулы, а в линзы титана бил ветер. В поле зрения, как мысленное, так и физическое, попадали только скользящие комки тающего снега. Изображение с ауспика еще и дергалось, а временами пропадало вовсе. Машин вокруг было так много, что их не удавалось сосчитать. В графическом изображении их символы сливались в красную реку, как будто лава изменила направление и потекла вверх по горе.

В снежной пелене что-то двигалось, и Эша визуально проследила за объектом. Из бури появился силуэт «Полководца» и прерывистый свет орудийного огня. Титан поднимался наверх, стреляя на ходу по основанию шпиля. Он еще не заметил ее манипулу.

— Приготовиться, — воксировала Эша.

Они ждали. Две «Гончие» и два «Разбойника» вполне могли справиться с одним «Полководцем», но Эша хотела уберечь их от ответного огня.

«Полководец» продолжал подниматься и подошел уже на двести метров. В мозгу Эши зазвенели сигналы авгура титана: каждый запрос имел свою тональность, и все вместе они звучали диким хором. На первом плане этого слухового предостережения был запрос системы обнаружения «Полководца», но остальные тоже не умолкали, добавляя глубину симфонии машин.

— Приближаются еще враги. Пора. Ударить и отступить.

Четыре реактора взвыли, подавая энергию в орудия. Наполовину включенные пустотные щиты заработали на полную мощность. «Полководец» мгновенно их заметил и развернул корпус, намереваясь пустить в ход свое главное орудие.

Сигналы готовности поступили один за другим. Домине Экс Венари», затем «Стальная охотница» и обе «Гончие».

— Огонь, — скомандовала она.

«Велокс Канис» и «Курсор Ферро» первыми открыли огонь — их мегаболтеры сорвали пустотные щиты со спины титана. Он произвел ответный выстрел, и ослепительный лазерный луч продольным огнем прошелся по краю плато, где стояла манипула. «Курсор Ферро» получил удар, стоивший ему одного щита, но угол прицела был слишком неудобным для «Полководца», так что остальная часть энергии раздробила скалу и ушла вверх, не причинив вреда.

Последовали залпы «Разбойников». Их лазерные бластеры лишили «Полководца» последних щитов. И только после подтверждения авгуров о том, что враг беззащитен, Эша пустила в ход орудие «Вулкан», а Дюрана Фагл последовала ее примеру. Слишком поздно «Полководец» осознал угрозу и начал отступать вниз по склону. Выстрелы попали в цель, его грудная броня раскололась, и обнажила реакторный отсек.

Реактор взорвался. Колосс исчез в слепящей вспышке. На его месте на секунду образовалась сфера чистого пространства, но снег быстро заполнил ее снова.

Эша проигнорировала бормотание машинного голоса о гибели титана.

— Отступаем, — скомандовала она.

Вторая манипула, атакуя и наступая, устраивая засады, терзала врага. Они нашли в узком месте «Разбойника» и уничтожили его. Они блокировали дороги и вызывали оползни. Деятельность не прекращалась ни на минуту. Каждый час казался неделей.

С Беты Гармона II стало поступать подкрепление. Это был вынужденный и поспешный шаг. Десантные модули снижались, не имея точных посадочных векторов. Если они ускользали от внимания вражеского флота, то их поджидал массированный обстрел Легио Мортис. Приземление проходило ужасно: многие космолеты горели, посадочные когти скользили по скале, и транспорты скатывались по склонам. Корабли падали и разбивались, а выжившие воины сразу оказывались в гуще сражения. В попытке облегчить участь защитников шпиля погибло не меньше половины десанта. Открывшийся план магистра войны вызвал в имперских частях безумную панику.

Машины Легио Мортис все еще стремились вперед, карабкаясь на гору, словно муравьи. Там, где стены еще оставались, в атаку шли космодесантники Хоруса, и башенные орудия быстро умолкали. После подавления главных сил обороны основное внимание врагов обратилось в сторону титанов, и тогда машины стали быстро умирать.

Вторая манипула продолжала двигаться. «Стальную охотницу» подбили орудием со звездолета. Она остановилась, бо́льшая часть ее экипажа погибла. Дюрана Фагл покинула тяжело раненную машину, не надеясь ее спасти. «Велокс Канис» пала под залпом ракет, выпущенных звеном штурмовых кораблей неприятеля. Крики Соранти оборвались в пылающем титане за мгновение до взрыва. Со временем из небольшой группы в живых остались только колоссы Эши и Джехани Джехан. От Абхани Люс и Тозы Миндев не было никаких известий. Из охотников они превратились в добычу.

И они поступили так, как положено добыче: стали взбираться наверх, двигаясь со всей осторожностью и постоянно рискуя. В защите шпиля они больше ничем не могли помочь, так что, оставив гору, принялись искать убежища на соседних вершинах.

На обезумевшую машину Терента Харртека они наткнулись совершенно случайно, когда попали в лощину, вырезанную в горе ледником еще в те времена, когда климат на планете не подвергался воздействию человечества. Эша выбрала ее за крутой склон с одной стороны: легче защищаться и удобно обстреливать находящегося внизу врага. Она надеялась уничтожить еще несколько машин, пока не настанет конец.

Ее последняя битва началась раньше, чем она ожидала.

Харртека они заметили уже после того, как вошли в лощину, и к тому моменту отступать было поздно. Фантомный отклик ауспика выявил в снежной буре реальное препятствие, и вскоре титан вышел прямо на них. «Нунцио Долорес», увидев, какая перед ним добыча, перешел на бег.

— Окружаем, — скомандовала Эша, как только «Нунцио Долорес» показался в поле зрения.

Джехани Джехан тотчас прошла мимо, далеко обходя противника и обстреливая его из всех орудий. Вражеский титан лишился пустотных щитов, и снаряды попадали точно в цель, но «Полководец» продолжал идти слишком быстро и плавно для машины такого размера. «Домине Экс Венари» после трудного подъема не имела запаса энергии для «Вулкана», но яростно стреляла из лазерных бластеров. Заряды раскрошили камни вокруг ног «Нунцио Долорес», оставили несколько ожогов на его поножах, но особого ущерба не нанесли.

— Обходи его сзади! — закричала в вокс Эша, преодолевая грохот разрядов.

Но Джехани Джехан поспешила ко входу в лощину и исчезла в темноте снежной бури, окончательно предавая их дружбу.

Светящийся значок «Курсор Ферро» мигнул и погас.

Эша осталась с Харртеком один на один. Его машина смотрела на нее в упор и била ногой, как дикий зверь. От нее исходило ощущение извращенности, рождающее отвратительный животный страх, толкающий ее к бегству. Эша чувствовала его в своем экипаже. Они напряглись, готовые кинуться прочь. Если это произойдет, они все погибнут.

«Домине Экс Венари» тоже смотрела на «Нунцио Долорес». Остывающий в горном воздухе металл еле слышно потрескивал.

— Что мы будем делать, Эша? — спросила Йеха Йеха. — Джехани ушла. Мы остались одни. Он просто ждет.

— Она не бросит нас просто так, — воксировала Одани Джехан, отказываясь поверить в предательство сестры по отношению к ней и Джефенир.

— Но она это уже сделала! — крикнула Йеха.

— Он ждет, чтобы мы совершили первый шаг, — сказала Эша. — Хочет, чтобы я бежала.

— Может, так и поступим? — спросила со своего места Нефа Нен.

— Скажи это еще раз, и я сама тебя застрелю, — бросила ей Эша вполне искренне. — Охотник никогда не бежит от своей добычи. Омега-Шесть, обеспечь как можно больше энергии. Она потребуется мне вся, до последней капли.

— Бог-Машина в последний раз окажет нам свою милость, — ответил магос. — Я об этом позабочусь.

Эша сняла руку с пульта ручного управления и размяла затекшие пальцы.

— Йеха, дотянись до станции связи и обеспечь мне вещание. На всех частотах. Посмотрим, захочет ли он с нами разговаривать.

Модерат уставилась на нее.

— Делай, что сказано! — прикрикнула Эша.

Йеха Йеха повернулась к пульту ораториуса и нажала несколько кнопок.

— Готово, — доложила она. — Надеюсь, что это сработает.

Эша помедлила, прежде чем нажать кнопку вокс-передатчика, но, когда заговорила, ее голос звучал твердо.

— Харртек! Послушай меня! — сказала она в вокс-канал. — Нам нет необходимости сражаться. Мы оба можем жить. Вспомни, мы ведь были товарищами. Вспомни.

— И это все? — спросила Йеха Йеха.

— А что еще я должна сказать? Извиниться, что обманула его?

В динамике слышался треск помех. Это был отчаянный ход. Если бы Харртек полностью владел собой, это могло сработать, но он не владел.

В вопле «Нунцио Долорес» прозвучала звериная агрессия. Титан поднял голову к небу и взревел.

— Зубец шестеренки, во имя Марса, что они сделали с этой машиной? — воскликнула Йеха Йеха.

— Теперь подключи все орудия, — приказала Эша.

«Нунцио Долорес» бросился в атаку. Титан был так близко, что Эша все еще дожидалась готовности орудия, когда он врезался в «Домине Экс Венари». Его плечи ударили по целле, яростно встряхнув экипаж, а голова лязгнула по кожуху шеи. Одна из челюстных труб вырвалась из крепления, но «Нунцио Долорес» все напирал на «Разбойника», толкая вниз. Харртек неуклюже размахивал рукой, стараясь ухватить меньшего по размеру титана своим силовым когтем, но в результате только сорвал с левой руки «Домине Экс Венари» лазерный бластер. Вторая попытка разбила блистеры пустотных щитов, и они отключились, сверкнув напоследок фиолетовой вспышкой.

Под натиском более мощного и массивного врага «Разбойник» пятился. Если «Нунцио Долорес» удастся схватить «Домине Экс Венари», все будет кончено. Его надо было держать на расстоянии. Эша, зная, что не может победить Харртека в рукопашной схватке, отступила и развернулась, обратив инерцию «Нунцио Долорес» против него и заставив поспешно шагнуть вперед.

Огромный титан покачнулся и, чтобы не упасть, схватился силовым когтем за скалу. Харртек оказался прижатым к горе рядом с обрывом, уходящим вниз на четыреста метров. Перед ним простиралась продуваемая снегом темнота, сквозь которую виднелись вспышки взрывов продолжающегося сражения.

Пошатываясь, Эша отошла в сторону. В целле не умолкали тревожные сирены. Из поврежденной системы охлаждения в рубку врывался леденящий газ. Члены экипажа, лишенные единства БМУ, говорили все сразу, предрекая в своих рапортах неминуемую гибель.

Эша терпела ту странную боль, какую испытывают принцепсы в случае повреждения машины, и все предупреждения прошли мимо нее. Повсюду виднелись следы разрушения.

— Еще одного такого натиска мы не выдержим. Направить всю энергию к орудию «Вулкан»! — приказала она.

Внутри машины послышались щелчки переключения энергетических потоков на гигантскую лазерную установку. Гироскоп на правом бедре «Домине Экс Венари» был сбит, и Эша вместе с Одани Джехан изо всех сил старались удержать врага на прицеле. Фокусное расстояние орудия менялось при покачивании, так что машинным духам приходилось подстраивать диафрагму главной кристаллической структуры, чтобы сохранить наведение.

Сжав зубы, Эша выстрелила в тот момент, когда Харртек оттолкнулся от скалы. Там, где держался его силовой коготь, осыпался раздробленный камень.

— Мимо! — огорчилась Одани.

Луч «Вулкана» врезался в скалу в двадцати метрах справа от Харртека. Расплавленная масса потекла вниз. «Нунцио Долорес» стоял на краю пропасти и вопил, подняв голову к небу.

— Ради Омниссии, — выдохнула Эша. — Что ты с собой сделал, Харртек?

На этот раз он ответил.

— Эша, Эша, — заговорил Терент. Его голос хрипел от неудержимой ярости. — Взгляни на мою мощь. Я рад, что ты ее видишь. Как по-твоему, это судьба свела нас во второй раз? Теперь перед смертью ты познаешь величие Хаоса. Теперь ты поймешь, насколько слаб твой Легио, как вы заблуждаетесь в своей верности ложному Императору. Смотри, чего он нас лишал! Осознай свою ошибку, пока не погибла, моя милая.

Лазерные бластеры на корпусе титана опустились и нацелились на нее. Медленно поднялся ствол «Вулкана».

— Твои друзья тебя покинули. Я бы так не поступил. Ты могла бы стать одной из нас, и вместе мы подняли бы нашего сына к вершинам могущества. Но ты отвергла меня. Ты отказалась от него. Ты отдала его им, этим предсказателям по машинному маслу и недоумкам в науке. Как я тебя за это ненавидел.

— Выслушай меня! — крикнула Эша. — Я лгала тебе. Я не хотела, чтобы ты думал обо мне или о ребенке. Я хотела изгнать тебя из своей жизни. Не могла простить то, что твой Легио сделал с Бифексом.

Через свой ауспик Эша заметила, как дрогнул поток энергии в «Полководце». Харртек медлил.

— О чем ты говоришь?

Голос Терента все еще был сдавленным от ярости, но в нем появился оттенок речи того человека, которого она когда-то знала.

— Я говорю... — начала Эша.

— Она говорит о том, что у тебя нет сына, проклятый предатель. — В вокс ворвался голос Джехани Джехан. — У тебя родилась дочь, и она с честью служит Легио Солария, Императору и Марсу.

— Джехани! — закричала Джефенир.

— Где же она? — воскликнула Эша, до сих пор не видевшая сигнала разведчика в системе обнаружения титана.

— Ага, все верные дочурки Императора собрались. Отлично, я могу убить всех сразу.

Харртек повернулся в поисках Джехани, но слишком медленно, слишком поздно.

Сигнал титана Джехани ярко вспыхнул. Среди прочих показателей состояния машины Эша заметила, как реактор «Гончей» заработал на полную мощность.

— Она на малом ходу обошла Харртека с другой стороны! — догадалась Йеха Йеха. — И быстро приближается!

Земля завибрировала под стремительными шагами «Курсор Ферро», титан выскочил из снежных вихрей и устремился прямо на мятежного «Полководца». Харртек изменил прицел. Разрушительные лучи ударили в «Курсор Ферро», и лощина эхом отозвалась на хлопки перемещаемого воздуха. Тройной удар лазбластеров обрушил пустотные щиты титана, он покачнулся, но быстро выправился и на полном ходу понесся навстречу «Нунцио Долорес».

Инерция его удара отбросила «Полководца» назад. На мгновение они замерли на краю пропасти, освещенные отражавшимся в снежной пелене отблеском пожаров.

— Легио превыше всего, — произнесла Джехани Джехан.

Титаны в полной тишине рухнули вниз.

«Домине Экс Венари» качнулась вперед.

— Джехани! — крикнула Эша.

Вокруг оглушительно завывали тревожные сирены. Над разбитым пультом показались язычки пламени. Йеха Йеха, отключившись от манифольда, распыляла подавляющую огонь пену и звала на помощь остальных.

— Джехани Джехан, отзовись!

Ответа не было, как не было времени предаваться скорби. Над Бетой Гармона III пронесся грохот, возвещающий о конце мира.

Картега Телепатика падала.

«Домине Экс Венари» резко развернулась и посмотрела вверх. Бомбардировка мятежников отколола от Иглы Прорицателей огромный оплавленный фрагмент. По горным склонам заметалось эхо боевых горнов врагов, призывающих к немедленному отступлению.

Колоссу Эши отступать было некуда.

Храм астропатов покачнулся. Гигантские тросы, удерживающие башню, затрещали, пронзительно взвизгнули и лопнули. Взвились разорванные концы. Шпиль, словно подрубленное дерево, наклонился в сторону от ослабленного участка и стал падать.

— Уходим отсюда! Быстро! Сбросить щиты, отключить орудия. Всю мощность на двигательную систему!

Титан рывком сорвался с места. Башня, выдирая опоры, разрушала горную вершину. «Домине Экс Венари» углубилась в лощину под градом камней размером с «Лэндрейдер», но дорога перед ней представляла собой медленно текущую реку булыжников. Башня падала в сторону от них бесконечным низвергающимся с неба потоком скалобетона и пластбетона. Сооружение согнулось — неукротимая сила притяжения преодолела прочность человеческой постройки. Возрастающая тяжесть обрушилась на находившихся в храме, и сотни астропатов на пути к неминуемой гибели испустили психический вопль.

Разорванные тросы хлестали гору, словно рассекающие горло гарроты. Они падали так быстро, что раскалились докрасна, и их удары спровоцировали многочисленные оползни.

Эша резко отвернула титана от летящего троса. Йеха Йеха все еще была вне манифольда. Джефенир, пораженная смертью сестры, лежала без сознания. Бремя пилотирования титана полностью легло на плечи Эши. Она чувствовала, как эта тяжесть ломает ее. Головная боль накатывала гигантской волной, предвещая апоплексию или смерть.

«Домине Экс Венари» повернула прямо по склону горы. Машина скользила и спотыкалась, опиралась о выступы камня, чтобы замедлить сползание, и каждый удар ухудшал ее эффективность. Вес машины тянул вниз — вскоре титан стал скатываться быстрее, чем мог бежать. Осыпь раздробленных камней настигла его и поглотила почти до колен. «Разбойник» резко дернулся и упал.

Эша запустила протокол эвакуации. Пироболты вокруг шейного кольца сработали. Ракеты выстрелили, и голова «Домине Экс Венари» по дуге взлетела прочь от рухнувшего корпуса. Одани Джехан, Нефа Нен, Омега-6 и Фенина Бол остались в разрушающейся машине. Раскинув руки, наполовину засыпанный камнями корпус трижды перевернулся, потом заскользил и остановился.

А вот голова оказалась в более опасной ситуации. Двигательные ракеты имели небольшой запас топлива и были предназначены для того, чтобы унести экипаж в случае угрозы взрыва реактора, и только. Голова, запущенная со склона горы, полетела быстрее и дальше, чем предполагалось, снижаясь по траектории падающего пушечного ядра, что грозило полным уничтожением. Она ударилась о землю в четырехстах метрах ниже старта, подскочила, набирая скорость, и покатилась, неуправляемая, как любой валун. Мир Эши превратился в центрифугу, полную криков и боли. Ремни спасли ее от немедленной смерти, удержав в кресле и не позволив разбиться в лепешку о стены собственной целлы. Голова «Домине Экс Венари» с грохотом наскочила на камень, послуживший трамплином, снова высоко подпрыгнула, а потом с сокрушительной силой врезалась в землю и остановилась.

Эша провалилась в темноту.

Она поняла, что еще не умерла, потому что видела сон. Ей снился сам магистр войны. В свете мрачного дня, исполненный демонического величия, он осматривал поле боя. Вокруг стояли его ужасные приспешники — люди, когда-то бывшие мудрыми и благородными героями Империума. Они растеряли все человеческие черты и превратились в жестоких полководцев, лишенных даже следов доброты, горящих только одной страстью — к завоеваниям и власти.

Они что-то говорили, но звон в ушах мешал ей разобрать слова. Зато их жесты оказались достаточно красноречивыми, рисующими сцену триумфа для демонстрации своему повелителю. В доказательство своего превосходства они показывали ему карты и пикт-снимки. Хорус взмахом руки заставил их отступить. Они старались лишь оправдать свое дальнейшее существование, но он был магистром войны. Для оценки своей победы ему не требовалась их неуклюжая помощь.

Сквозь тучи пробивался необъяснимо жуткий свет. Варп прорвался через пелену реальности. Под его лучами Хорус посреди обширных разрушений казался на своем месте. Эша видела его будто со стороны, как если бы она смотрела на обгоревшую артиллерийскую платформу второй линии обороны откуда-то сверху. Но она была уверена, что при малейшем движении он ее заметит. Женщина задержала дыхание. Хотелось унять даже стук сердца. Ничто в мире не вселяло в нее такой ужас, как мысль взглянуть в его красные горящие глаза.

Он не смотрел на нее. Он повернулся к своим лейтенантам и поднял руку с когтями. Он начал говорить.

А потом произошло нечто странное. Во время речи его лицо сморщилось. Рука метнулась к боку. И сразу окрасилась кровью. В броне, где только что не было ни единой царапины, открылась рана. Плоть разошлась чудовищной улыбкой, и наружу выплеснулось сразу не меньше литра крови.

Магистр войны пал.

Мгновенный испуг охватил всех собравшихся. Пошло в ход оружие, кто-то открыл стрельбу. Меньше чем через полминуты всю группу скрыло сияние телепортации.

Сыны Хоруса унесли с поля боя своего истекающего кровью отца.

Снова темнота.

Ее разорвал яркий свет. Он бил прямо ей в глаза. Эша поморщилась и зажмурилась. Очень хотелось спать.

— Она жива, — послышался чей-то незнакомый голос.

— Мама! — окликнула ее дочь. — Мама! Ты меня слышишь?

Пилы заскрежетали по металлу. Тяжесть с ее груди улетучилась, оставив острую боль. Слепящий свет стал еще сильнее.

— Мама! Мама! Не покидай нас!

— Она тяжело ранена, — снова раздался другой голос.

— А остальные? — спросила Абхани Люс.

— Мертвы.

— Быстрее. У нас в лучшем случае всего несколько минут, а то враги явятся сюда. Несите ее в челнок.

Третий голос. Тоже незнакомый. Она чувствовала, что должна его узнать, но не узнавала. В ее мыслях образовалось множество провалов. И самым большим был тот, что оставила «Домине Экс Венари».

— Мы стараемся, принцепс.

— Старайтесь лучше!

Ее подняли с трона. Сломанные кости задели одна за другую. Она вскрикнула.

— Осторожнее!

— Надо спешить. Грузите ее на борт.

Ее вынесли наружу. Там их встретил гул работавших на холостом ходу плазменных двигателей. С равнин дул холодный ветер.

— Дождя нет, — прошептала Эша.

— Она разговаривает! — воскликнула Абхани Люс. — Мама! — Теплые пальцы легли на ее руку. — Что ты сказала?

Во время подъема в открытый отсек челнока голова Эши повернулась набок. Прежде чем закрылись двери, она увидела исковерканную целлу «Домине Экс Венари», лежавшую на небольшой скале, покрытой пластбетоном, и фрагмент сорванной крыши. Линзы авгура титана случайно остановились напротив обгоревшей артиллерийской платформы, стоявшей метрах в ста ниже.

Эша узнала ее. Сердце забилось быстрее. Она попыталась сесть. Ее рука на ощупь поискала руку дочери.

— Что? Что такое? — забеспокоилась Абхани Люс.

К ее шее прижалось холодное жало инъектора.

— Дочь моя! — Эша успела договорить, пока впрыснутые в кровь лекарства не унесли ее прочь из мира бодрствующих. — Терра спасена! Хорус пал!