Встав из-за высокого стола, Вангорич воздел руки.
— Мои господа и дамы из Адептус Терра! — провозгласил он.
Усилители разнесли его голос по забитому до отказа Великому Залу. Посетители занимали места на всех ярусах и стояли там, где были сняты кресла. Оглядев море выжидающих лиц, Дракан продолжил:
— Я счастлив сегодня обратиться к вам в качестве нового лорда-защитника Терры!
В чертоге загремели аплодисменты и радостные крики. Насладившись овациями, Вангорич опустил ладони, и толпа умолкла.
— Благодарю вас за поддержку. Уже давно Совет не имел удовольствия править с полным содействием всех сословий Империума. Сегодня перед вами предстанут новые Двенадцать Верховных. К сожалению, лорды Адептус Астра Телепатики и Астрономикона удалились от общественной жизни, поскольку даже их могучие разумы не полностью справились с псионическим натиском Зверя. В той войне мы понесли тяжелые потери, и список все еще пополняется.
— Прошу вас вместе с нами помянуть Юскину Тулл, которая с отвагой и верой собрала Народный крестовый поход. Ее действия выиграли для Терры немало драгоценных часов, и воины Последней Стены успели прибыть для удара по орочьей луне на орбите Тронного мира. Госпожа Тулл покончила с собой, поскольку считала себя неудачницей, но мы должны запомнить ее как доблестную героиню. Есть и другие изменения, друзья мои, что очевидно при взгляде на людей, собравшихся со мной за этим столом. Как легко заметить, здесь также не присутствует Вернор Зек, главный провост-маршал Адептус Арбитрес. Он отказался от поста в Совете ради того, чтобы лично участвовать в восстановлении Империума.
Вангорич нарочито помрачнел.
— Ланьсана и Верро больше нет, Я обоснованно инициировал проверку их деятельности, и Адептус Фидикус уже обнаружили серьезные нарушения в отчетах лорда-адмирала об управлении Имперским Космофлотом. На данный момент мы можем только предполагать, что Ланьсан поссорился со своим соучастником Авелем Верро, о бездействии которого перед лицом орочьей угрозы никогда не забудут, и в результате спора преступники убили друг друга.
Заявление Дракана встретили безмолвием.
— Итак, — продолжил он, — позвольте представить вам новый состав Двенадцати Верховных лордов Сенаторума Империалис. — Вангорич указал рукой вправо от себя, на крупного лысеющего мужчину, лицо которого пересекал яркий пурпурный шрам. — Оскар Ловис, новый командующий-милитант Астра Милитарум.
Лорд-защитник повернулся к женщине, сидевшей рядом с Оскаром:
— Ирисе Гельтор, ранее командующий линейным флотом сегментума Обскурус, ныне верховный лорд-адмирал. Далее, все мы знаем Гектора Розаринда, канцлера имперского имущества, навыки которого станут бесценным подспорьем в период реконструкции. Представителем Инквизиции остается госпожа Виенанд.
Вангорич улыбнулся ей. Маргерита ответила ему пристальным холодным взглядом, не скрывая того, как относится к представлению Дракана. Несомненно, она поинтересовалась бы, убеждают ли его речи хоть кого-то из зрителей. Что ж, некоторые верили, прочим было плевать. Виенанд разбиралась в людях хуже него — не понимала, что их не волнуют заговоры или истина. Чиновники тревожились только о своем положении, зная, что у них есть правитель, который позаботится об их безопасности, пока они ведут свои жалкие схватки за власть.
— Генерал-фабрикатор Кубик снова прибыл к нам из кузниц Марса. К счастью, возвратился и Тобрис Экхарт, магистр Администратума. — Вангорич поклонился ассасину, носившему лицо бюрократа. — Патернова домов Навис Нобилите осчастливил нас новым эмиссаром, Доврианом Офаром. Арбитратор Хаас, в знак признания ее заслуг при обороне Терры, войдет в Совет как заместитель Зека. Отныне к ней следует обращаться «госпожа поверенная главного провоста-маршала».
Дракан не полностью доверял Галатее, однако в народе ее любили. Звучали даже требования причислить Хаас к лику святых, и Вангорич мог этим воспользоваться.
В заключение он представил двух оставшихся лордов.
Экклезиарха Остула, вызванного с другого конца Галактики, настолько изумило повышение, что священник по-настоящему серьезно отнесся к своей роли. Также он не разбирался в терранской политике, поэтому им несложно было управлять.
Поскольку Дракан считал, что сохранять псайкеров среди Верховных Двенадцати слишком рискованно, Адептус Астра Телепатика и Астрономикон лишились кресел в Совете. Называя последнего лорда, Вангорич указал па живую гору из мускулов и брони, увенчанную высоким шлемом.
— Капитан-генерал Бейрут из Адептус Кустодес. Его августейшее братство впервые получило место в правительстве Терры, и совершенно справедливо! — категорично произнес Дракаи.
Зал отозвался громовыми аплодисментами, и Вангорич спрятал улыбку. Не так уж это и неприятно...
— Увы, но у нас много дел. Дамы и господа, я не стану утомлять вас сложнейшими задачами, выпавшими на долю Верховных Двенадцати. Вам нужно руководить собственными адепта и официо, нормальная работа которых неоценимо важна для восстановления Империума. Соответственно, мы попросим вас утвердить общие положения плана реконструкции, отвоевания и укрепления территорий, разработанного нами. — «Мною», имел в виду Дракан. — Отупляющую возню с мелочами мы возьмем на себя. В течение следующих восемнадцати месяцев Сенаторум не будет проводить заседания в полном составе, ставшие привычными за последнее время. Но, как только Империум оправится от урона, в Великом Зале снова зазвучит голос народовластия!
На сей раз публика отреагировала менее восторженно. Хотя большинство чиновников радостно хлопали, часть собрания молчала. Группы людей что-то обсуждали, указывая на высокий стол. Ростки мятежей... Пришло время показать им истинное могущество лорда-защитника.
Вангорич подал своим бойцам беззвучный сигнал.
— Мои господа и дамы! Перед тем как мы перейдем к важным прениям и голосованиям, я сообщу о еще одном изменении. Черные Люциферы, столь праведно служившие дому сему со времен Ереси, распущены.
Делегаты потрясенно застыли, но Дракан уверенно продолжал:
— Их славные годы остались в прошлом. Нет оправданий тому, что они не сумели сдержать вторжение эльдар, и вмешиваться пришлось воинам капитан-генерала Бейрута. Организации изживают себя, такова их природа, подчеркнул Вангорич. — Давайте же запомним Люциферов героями, какими они были, а не обессилевшими сторожами, какими они стали. Отныне за безопасность в доме сем и в Императорском Дворце отвечает Официо Ассасинорум! — прокричал он.
В ту же секунду на балконы вокруг зала вышли триста агентов — безликие убийцы в боевых масках и с невиданным оружием. Они произвели именно тот эффект, на который рассчитывал Дракан.
Все смотрели на ассасинов. Говорили немногие.
— Объявляю первое заседание нового Сенаторума Империалис открытым! — Вангорич смело посмотрел в недовольное лицо каменного Рогала Дорна. — Да отнесутся Император и Его примархи с благосклонностью ко всем нашим свершениям!
К счастью, в Церебриуме стояла тишина. Жизнь за многочисленными окнами палаты шла согласно порядку, заведенному еще при вознесении Императора. Но сегодня изменилось нечто принципиальное, и случилось это по замыслу Дракана. Вангоричу требовалось все обдумать, однако времени ему не дали.
За новым столом лорда-защитника сидел Зверь Круль, а перед ним лежала отрезанная голова Вернора Зека. Ассасин держал пальцы переплетенными над головой, и ладони закрывали большую часть его лица. Впрочем, Дракан заметил, что взгляд у Вайра недружелюбный.
— Круль! Ты чего это сидишь тут в темноте?
— Я принес череп Зека. Мое задание выполнено, великий магистр.
Вангорич тряхнул головой и поморщился:
— Зверь, ты отличный боец, но не умеешь скрывать свое мнение. Знаешь, именно из-за этой неотесанности тебя направили в школу ближнего боя храма Вененум. Я не могу даже вообразить, как ты незаметно добавляешь яд в блюда для пиршества, а ты?
Дракан медленно приближался к Вайру. Тот не вставал с кресла лорда-защитника, но следил за ним блестящими глазами.
— Я слушал твою речь, — сказал Эсад.
— Да? — отозвался Вангорич.
Подойдя к шкафчику для напитков, Дракан налил себе стаканчик бренди. Крошечные авгуры в перстнях проанализировали состав алкогольных паров. Устройства автоматически проверяли все, что ел или пил великий магистр, хотя он неизменно готовил себе сам.
— Как думаешь, кто-нибудь из них искренне поверил тебе? — спросил Вайр.
— Нет. Впрочем, это неважно.
— И в Совете теперь одни твои ставленники...
— Знаешь, Бейрута я бы так не назвал! Имей совесть, Круль! Я даже горжусь, что он согласился примкнуть к нам. Чтобы убедить капитан-генерала, я приложил колоссальные усилия. Когда-то в прошлом кустодии поклялись, что не будут нести никакой службы, кроме охраны бренных останков Императора, поэтому мне пришлось встретиться с Бейрутом пять раз и повторять «эльдары дошли до Врат Вечности», пока он не согласился занять кресло.
Вангорич поставил графин обратно в шкафчик.
— Выпить не хочешь? — поинтересовался он.
— Ассасины ходят по всему Дворцу. Каждый человек будет знать, что за ним следят.
— Они всегда были здесь, как мера предосторожности, просто сейчас вышли на свет.
— Но теперь людям известно про них, — возразил Зверь. — Это уже мера предосторожности иного рода: угроза.
— Значит, выпить ты не желаешь. Ладно. — Дракан опустился в просторное кресло. — Прекрати говорить так медленно — это знак того, что ты размышляешь, а сейчас я бы посоветовал не увлекаться таким занятием.
Эсад оглядел зал, постоянно держа великого магистра в поле зрения. Из Церебриума уже вынесли большую часть мебели, включая стол, за которым собирались Верховные Двенадцать.
— Хороший кабинет для управления империей. Скромный, не показной. И не подумаешь, что здесь работал деспот.
— Я человек нетребовательный, — брюзгливо заметил Вангорич. — Круль, я понимаю, зачем ты пришел.
— Ты мне не доверяешь.
— И правильно делаю, доказательством чему твое маленькое представление! — Дракан махнул стаканчиком в сторону Вайра. Успокоившись, он продолжил: — Я считал, что, если не задействовать тебя слишком активно, ты не успеешь ничего сообразить, и у нас нe будет разногласий. Очевидно, идея не сработала.
— По-твоему, у нас небольшая размолвка? Не считай меня глупцом, великий магистр. Утратив твое доверие, люди умирают. Откуда мне знать, что ты не убьешь меня?
— Все зависит от твоих дальнейших действий. — Вангорич отставил бренди. — Согласно избитому выражению, сейчас твой ход, Круль.
— В регицид здесь играешь ты, потому что уже убил нескольких королей. Но один остался — ты сам. — Эсад поднялся. — Мне нелегко поступать так. Ты почти заменил мне отца, которого я не знал. Тебе не надо было сомневаться во мне. Если бы ты все объяснил, я, возможно, принял бы твою сторону.
Зверь хрустнул костяшками пальцев, покрутил головой и принял боевую стойку.
— Нет, — тихо произнес Дракан.
Он тоже встал.
— Верно, не принял бы, — согласился Вайр. — Ты понимаешь меня лучше, чем кто-либо, но и я разбираюсь в тебе. Хуже всего сейчас то, что тебе самому понятно: ты действовал неправильно.
— А что бы сделал ты? — поинтересовался Вангорич.
— Провел бы реформы. Реорганизацию. Но не переворот.
— Да что ты знаешь о политике?
— Достаточно много.
— Круль...
— Я — Эсад Вайр! — прорычал ассасин.
Дракан покачал головой:
— Нет, тебя никогда так не звали. Ты — Зверь Круль и всегда будешь только им. Ты стал им, едва тебя привели в храм Вененум, а Эсад Вайр — мертвец, иллюзия. Если снять маску твоего притворства, все увидят только убийцу. Я весьма горжусь тобой, Круль. Ты лучший из моих людей.
Вангорич стащил длинное облачение. Оказалось, что на нем костюм в обтяжку того же фасона, который Дракан предпочитал в последние годы.
— Ряса просто смехотворная. Зря я не послушал Виенанд, а она ведь предупреждала.
Сложив одеяние, лорд-защитник повесил его на кресло.
— В смысле, облачение и выглядит по-дурацки, и я в нем смотрюсь совершенно не так, как задумывал. Но хуже всего то, что оно очень мешает драться.
Никто не мог определить возраст Вангорича. Порой он походил на человека средних лет, иногда — на старика, но двигался как молодой.
Перепрыгнув кресло в направлении Круля, великий магистр непонятно откуда выхватил пистолет с тонким стволом. Вайр уклонился от первых выстрелов. Иглы из замороженного яда раскололись о деревянную обшивку стен.
— Ты медленный, — сообщил Эсад, когда Дракан приземлился в другом конце помещения.
— Раньше я не знал себе равных среди ассасинов-вененум. Мне всегда хотелось проверить себя в схватке с тобой.
— Ты проиграешь, — сказал Круль, — и я убью тебя. Он бросился на Вангорича. Устройства, имплантированные и недра организма Вайра, ускорили его восприятие, и он снова увернулся от гипертоксичных зарядов из игольника великого магистра.
Дракан отбросил оружие. Изгибаясь всем телом, он отбил ладонями летевшие к нему кулаки Эсада и начал отходить. Зверь последовал за ним.
— Ты — один из лучших, — произнес Вангорич. — Самый лучший. Хватит безумствовать. Остановись и присоединись ко мне.
— Да, я лучший, и тебе меня не одолеть.
— Мне и не придется. — Дракан вновь ушел в сторону от немыслимо быстрых кулаков Круля. — Пелагический гамбит!
Вайр споткнулся и затряс головой. Великий магистр нанес ему сокрушительный удар в нервный узел у основания шеи, от которого Эсад задохнулся и, пошатываясь, отступил вбок.
— Обряд нажатия клавиши!
Взвыв от боли, Круль рухнул на пол с парализованными мышцами. Он застыл, опираясь на лоб, колено и отставленный кулак, словно изваяние, упавшее с постамента.
— Все, хватит, — сказал Вангорич. — Среди твоих имплантатов имеется предохранительная система. Ясное дело, я включил ее. В регициде важнее всего думать на несколько ходов вперед.
Дракан присел на корточки возле головы Вайра. Глаза ассасина, застывшие в открытом положении, обильно слезились. Он что-то придушенно выдавил сквозь намертво сжатые зубы.
— Избавляться от тебя невыгодно, — продолжил лорд-защитник. — Мне нравилось твое свободомыслие, и благодаря ему ты хорошо служил Вененуму, но есть один храм, где твои таланты не пропадут, а думать не потребуется. Сейчас ты немного поспишь. Даю слово, после твоего пробуждения мы больше ни о чем не будем спорить.