... Но вот. в расцвете чести и славы он вместе с эн Гильемом Баусским, принцем Оранским[936], эн Фолькетом Марссльским. епископом Тулузским[937] и неким аббатом из Сито ходил в Рим[938], дабы вредить графу Тулузскому[939] и собрать крестовый поход. Вследствие же этого похода добрый наш граф Раймон Тулузский лишился всего имения своего, убит был граф Безье[940], племянник его, разорены графства Тулузское, Керси, Безье и Альбигойская округа[941], убит при Мюре с тысячею рыцарей своих король Педро Арагонский[942] и двадцать тысяч погибло жителей; все же это Пердигон помогал снарядить и устроить и песнь сложил, в каковой призывал к крестовому походу, каковую услыхав, становились многие крестоносцами[943], а когда победили французы и смерти предали короля Арагонского, платья ему жаловавшего и подарки, он Бога благодарил. И за все то лишился Пердигон чести, славы и имения своего[944], и все люди достойные, какие оставались в живых, презрение ему выказали и ни видеть его не желали, ни говорить с ним. Все же сеньоры те, что были его друзьями, на войне погибли – граф де Монфор[945] и эн Гильем Баусский, и прочие все, кто крестовый поход снаряжал; а граф Раймон все свои владения возвратил[946].

И вот, не смел Пердигон никуда показаться, а Дофин Овернский лишил его меж тем земли и ренты той[947], что прежде пожаловал. И тогда отправился он к Ламберту де Монтайлю, зятю эн Гильема Баусского и просил его, чтобы тот ему помог поступить в монастырь цистерцианского ордена под названием Сильвабела. И определил его тот монахом в монастырь, и там он умер.