Как только встреча представителей гильдий завершилась полным успехом, Враска убедилась в отсутствии слежки и отправилась повидать Баана – сообщить, что все прошло, как задумано.

К несчастью, Баан оказался не готов ее выслушать. Кого-либо другого – тоже. Враска нашла его в тайном доме, с широкой улыбкой на лице и еще более широкой улыбкой, алеющей поперек горла. И никаких следов борьбы… Только левая рука отсечена, но и ее, судя по ничтожно малому количеству крови вокруг запястья, отделили от тела посмертно.

Царица Голгари на минуту задумалась. Возможно, тело фальшивое, и это снова Баановы «планы внутри планов»?

Но нет, в глубине души она сразу же поняла: Довин Баан мертв. Убит кем-то, точно знавшим, где его отыскать. Убит кем-то, точно знавшим, что рассказ Враски о его гибели – ложь. Убит, не успев изложить Враске план упрочения ее власти над Роем Голгари целиком.

Между тем Враске по-прежнему хватало хлопот с Маткой Изони и девкаренами, а теперь к ним, вполне вероятно, прибавятся неприятности с прочими девятью гильдиями. Выходит, она солгала всем без исключения, включая и ложь умолчания в адрес Джейса… и все впустую?

С этими мыслями Враска окинула взглядом тело Довина Баана, чуть задержавшись на торжествующей предсмертной улыбке, исполненной издевательской, глумливой иронии. Теперь доказательств его убийства у Враски имелось сколько душа пожелает. Вот только они уже ни к чему. Наоборот: теперь ей нужно как можно скорее уничтожить тело, причем самой, чтобы никто не воспользовался им ей во вред. Ну что ж, избавление от трупов для Голгари, можно сказать, хлеб с маслом…

Шумно переведя дух, Враска взялась за нелегкое грязное дело.