– Эй! – позвала Мэри.

Грофилд, склонившись над крышей, занимался ремонтом. Он посмотрел вниз.

– В чем дело? Он проснулся?

– Да, и хочет поговорить с тобой.

– Как раз тогда, когда я начал работу, – проворчал Грофилд и покачал головой. – Хорошо, я иду.

Прошло два дня с той ночи, когда он подобрал Дана, истекающего кровью от четырех ножевых ран. Он уложил его на походную кровать в комнате для мужчин. Мэри хотела вызвать санитарную машину, чтобы отвезти Дана в больницу, но Грофилд, зная, что это никого бы не устроило, уверил ее, что в состоянии сам вылечить Дана. Мэри отправилась за справочником по оказанию первой медицинской помощи, и далее они во всем следовали его рекомендациям. По всей видимости, они преуспели в этом.

Грофилд закончил работу, повесил молоток на гвоздь и спустился по лестнице.

Дан, страшно бледный, был в сознании.

– У тебя замечательная жена, – сказал он.

Мэри довольно улыбнулась.

– А ты крепко держишься за жизнь, – ответил Грофилд.

– Как ты нашел меня?

– Ты стучал в дверь. Ты что, не помнишь этого?

Дан нахмурился.

– Ты смеешься надо мной?

– Вовсе нет. Ты прополз по лестнице и стал стучать головой в дверь, пока я тебе не открыл. Ты ничего не помнишь?

– Последнее, что я помню, это Миер с ножом в руке.

– Где, к дьяволу, он взял его?

– В машине. Ведь это его машина, и нож был спрятан под приборным щитком.

Грофилд сел на стул возле кровати.

– Расскажи обо всем, что произошло. С самого начала.

– Я последовал твоему совету, и вот, видишь, что получилось, – сказал Дан.

– Ты его отпустил?

– Я недооценил этого мерзавца. В очередной раз. Я отвез его в то место, где он рассказывал свою историю, и там освободил.

– Большое спасибо! Ты не мог отвезти его подальше?

– Я очень торопился, – пояснил Дан. – Я только и думал, как побыстрее избавиться от него.

– Ты не должен был делать этого так близко от меня.

– Ты прав, об этом я не подумал. Но ведь он не приходил сюда?

– Тебе повезло, ведь он мог довести до конца свое дело. Но расскажи мне, что же все-таки произошло?

– Я вытащил его из багажника, снял с него наручники, а он ударил меня ногой по голове. Я упал, и он нанес еще один удар, но уже камнем. Я оставался неподвижным несколько секунд, может быть минуту, и в тот момент, когда я начал подниматься, он вернулся от машины, и в руках у него был нож. И он воспользовался им. Я решил, что он меня убил.

– И это все?

– Да. Когда я снова открыл глаза, то увидел твою жену. Мне очень хотелось узнать, как я здесь очутился.

– Я тоже хотел бы знать, что тебя никто не видел, – сказал Грофилд.

Дан поднес дрожащую руку к губам и вытер их. Он был еще очень слаб, разговор совершенно истощил его, и он начал задыхаться.

– Я могу остаться? – спросил он. – Я знаю, что ты думаешь… – Он не закончил фразу.

Грофилд покачал головой.

– У нас нет выбора. Конечно, ты останешься.

– Только несколько дней, пока я не окрепну.

Конечно, это займет больше, чем несколько дней, но Грофилд ничего не сказал.

– Когда я тебя раздевал, – заметил он, вставая, – то твой бумажник показался мне довольно-таки тяжелым. Было бы неплохо, если бы ты оплачивал свое содержание.

– Конечно, – согласился Дан. – Бери сколько хочешь.

– Ровно столько, сколько будет истрачено на тебя. В другое время я бы этого не сделал, но сейчас мы очень стеснены в средствах.

– Вы любите суп по-итальянски? – спросила Мэри. – Из… консервов.

– Да.

– Поспите пока немного, – продолжала она, – а я приготовлю его вам. Пошли, Аллан, дай ему отдохнуть.

Они вышли и закрыли дверь.

– Неприятная история, – сказал Грофилд.

– Ничего. Мы скажем, что это мой кузен, который приехал нас повидать, что он простудился в дороге, а теперь вынужден некоторое время лежать в кровати.

Грофилд улыбнулся.