– Действительно знаешь? – спросил инспектор. – Или только догадываешься?

– Действительно, – ответил Эллери, точно удивленный простотой решения.

– Но откуда? – закричала Сэлли. – Что вам подсказало?

– Кто? – мрачно спросил Чарли. – Я хочу знать, кто это сделал!

– Я тоже, – подошел сержант Велли.

Инспектор Квин подозрительно посмотрел на сына.

– Опять какая-нибудь «ловушка», Эллери?

Эллери вздохнул и сел в кресло.

– Ситуация напомнила мне матушку Гусыню…

– Черт побери, – простонал сержант.

– Кто убил Роберта и Маклина? «"Я", – ответил Воробей», – пробормотал Эллери, ничуть не смущаясь, – Удивительно созвучно нашему случаю. Мне не известно, кто здесь Кок Робин, но известна личность Воробья[8]. Кроме того, Чарли, я не могу ответить – «кто», не объяснив сначала «как». Иначе не понять.

– Говорите что пожелаете, Эллери, – взмолилась Сэлли, – только говорите!

Эллери неторопливо закурил сигарету.

– Тэрлоу купил четырнадцать стволов. Четырнадцать единиц огнестрельного оружия, чтобы начать свою дуэльную карьеру. Четырнадцать… Сержант, а сколько вы нашли?

Велли вскочил на ноги.

– Кто, я? Двенадцать.

– Правильно. Два револьвера были использованы на дуэли с Бобом, один пистолет украла Старуха и впоследствии мы отыскали его. Всего двенадцать. Двенадцать из четырнадцати. Тэрлоу приобрел их в небольшом магазине «Корнуэлл и Ричи». Итак, два ствола отсутствовали.

Эллери поискал глазами пепельницу. Сэлли подала ее. Он улыбнулся девушке.

– Два револьвера исчезли, – продолжал он, – и только потом мы узнали, какие именно. Они оказались дубликатами двух других револьверов: кольта, как у Тэрлоу, и «смит-вессона», как у Боба. Это навело меня на любопытную мысль. – Эллери достал из кармана листок бумаги. – Каких систем было оставшееся оружие? Кольт, «смит-вессон», «харрингтон и ричардсон», «стейгер» (люгер), «айвер джонсон», «шмайссер», «стивенс», «чемпион», маузер, «стандарт», браунинг и «ортгес». – Эллери спрятал бумажку. – Я обратил внимание на то, что все они были различных марок. Причем не только марок, но и типов, и калибров. Однако тринадцатый и четырнадцатый револьверы – пропавшие – дублировали два первых по списку по всем показателям. Иными словами, среди четырнадцати стволов, купленных Тэрлоу в «Корнуэлл и Ричи», были две пары одинаковых. Зачем он приобрел два карманных кольта двадцать пятого калибра, чья полная длина всего четыре с половиной дюйма? Для чего потребовались два «смит-вессона» длиной в шесть с четвертью дюймов? Для дуэлей такое оружие не годится. В арсенале Тэрлоу были и более легкие, и более длинные, и более короткие стволы. Почему же именно эти?

– Совпадение? – спросила Сэлли.

– С одной стороны, не исключено, – согласился Эллери. – Но логика говорит против этого. Что же случилось? Предоставляя выбор оружия Бобу вечером перед дуэлью, Тэрлоу следовало дать ему либо пару кольтов, либо пару «смит-вессонов». Тогда бы все выглядело естественно. Нет, Тэрлоу предложил Роберту два различных револьвера. Совпадение? Едва ли. За таким поступком наверняка крылся определенный мотив.

– Но какой? – нахмурился инспектор.

– Понимаешь, отец, все зависело от того, что выберет Боб. Тогда Тэрлоу имел не один револьвер, а пару.

– Пару! – воскликнул Чарли. – Конечно! Поскольку Боб взял «смит-вессон», Тэрлоу оставил себе два одинаковых кольта!

– И случилось бы наоборот, выбери Роберт кольт, – кивнул Эллери. – Тэрлоу не мог проиграть, имея пару одинаковых револьверов. Вопрос в том, что он от этого выигрывал? Тогда я не понимал, а теперь понял.

– Одну минуту, Эллери, – раздраженно сказал инспектор. – Я не вижу тут смысла, ведь Тэрлоу мог купить дюжину одинаковых стволов.

– Для чего?

– Да просто так. Потому что в любом случае Тэрлоу не смог бы застрелить Боба. С той поры, как мы положили в его спальне кольт, заряженный холостым патроном, и до утра, когда ты вручил ему револьвер, Тэрлоу не дотрагивался до него. Ты сам говорил.

– Правда, маэстро, – подтвердил сержант Велли. – Он никак не мог попасть в спальню в течение ночи. Его постоянно стерегли мисс Брент и Чарли Пакстон.

– Мистер Эллери Квин – тоже, – добавил Чарли. – Потом мы вместе отправились в клуб «Бонго».

– И не только в этом дело, – прибавил инспектор Квин. – Ты же сам говорил, Эллери, что подменить патрон не могли только Чарли, мисс Брент и Тэрлоу.

– Таковы факты, маэстро, – изрек Велли. – Таковы факты.

Эллери печально улыбнулся.

– Как же свободно вы обращаетесь с фактами! Я согласен: Тэрлоу не перезаряжал кольт, который я оставил на комоде.

– Тогда о чем ты? – воскликнул Квин-старший.

– Только о том, – вздохнул Эллери, – что тем не менее Тэрлоу обдуманно убил своего брата Боба.

– Как? – вскочил Велли.

– Тэрлоу… – задохнулась от негодования Сэлли.

– Но, Эллери, – запротестовал Чарли, – ведь ты заявил…

– Что Тэрлоу не дотрагивался до холостого патрона? Да. Но неужели никто не понял, что двумя одинаковыми револьверами Тэрлоу не только подготовил себе колоссальное алиби, но и получил прекрасную возможность совершить убийство? Послушайте, – Эллери закурил сигарету. – Мы все согласились, что убийца перезарядил кольт. Мы уверены, что в противном случае Боб остался бы в живых. Но ведь патрон могли и не заменять. – Все удивленно уставились на Эллери. – Представьте, что холостой заряд оставили на месте, а на дуэли использовали другой кольт. Ну?

– Пожалуй, это убедительно, – улыбнулся инспектор Квин. – Тэрлоу не пользовался кольтом с комода. Он просто выстрелил из другого револьвера.

– Да, – кивнул Эллери. – Сегодня Гораций нашел на дереве пропавший кольт, а позже из него в меня выстрелили. Почему же нигде нет следов от пули? Единственное объяснение: револьвер был заряжен, холостым патроном. Помните, мы сами зарядили кольт Тэрлоу перед дуэлью? Вывод: оружие, из которого в меня стреляли, и есть тот револьвер, что предназначался для поединка Тэрлоу с Бобом. Патрон в нем не подменили. Просто, когда я утром вручил Тэрлоу кольт, он сунул его в карман, а потом на наших глазах достал другой. Таким образом, алиби ему было обеспечено.

Он мог подслушать наш разговор, тем более что мы знали только об одном кольте. У Него же был еще один. И почему бы теперь не убить Роберта? Тэрлоу воспользовался обстоятельствами. Все, что вы делали в тот вечер, Сэлли, задумано им. Я тоже помогал выполнению его плана. Мы сидели в библиотеке, развлекались в клубе «Бонго». Вернулись. Как своего секунданта он попросил меня принести револьвер. А сам вынул из кармана совершенно другой кольт.

– Кто бы мог Подумать? – простонал инспектор Квин. – Мы даже не подозревали о существовании второго ствола.

– Да, не подозревали. И Тэрлоу знал об этом. Он ничем не рисковал, а впоследствии вообще засунул неразряженный кольт на дерево.

– И потом, конечно, совершил второе убийство, – пробормотал инспектор. – Мы готовились к утренней дуэли, а он убил Мака ночью.

– Но зачем он прикончил близнецов? – спросил сержант Велли.

– Затем, что ненавидел их, – ответила Сэлли и заплакала.

– Успокойся, дорогая, – обнял ее Чарли, – или я прогоню тебя отсюда.

– Злоба, безумие… – Сэлли всхлипнула.

– Это еще не все, – сухо произнес Эллери. Сэлли коротко взглянула на него. – Не только безумие двигало Тэрлоу, поверьте мне. Больше – холодный расчет.

– В каком смысле? – удивился Пакстон.

– Да, что он выигрывал от смерти братьев? – эхом отозвался инспектор Квин.

– Что он выигрывал? – переспросил Эллери, – Многое. Кого более других устраивала их гибель? Тэрлоу, и только Тэрлоу. Что получилось бы, останься Боб и Мак в живых? После кончины Старухи они автоматически превращались в кандидатов на пост президента компании «Поттс шу». Подумайте. Из семи членов совета директоров за одного из близнецов подали бы больше голосов: его собственный, брата, Сэлли и мистера Андерхилла, итого – четыре. Оставалось трое. Как же Тэрлоу мог стать президентом?

– Верно, – кивнул Чарли.

– Тэрлоу решил не допустить этого. Помимо прочего, он еще подозревал, что после смерти матери близнецы и Сэлли примут фамилию отца – Брент, а значит, компания фактически потеряет свое имя. Когда же близнецов не стало, за Тэрлоу проголосовало трое, считая его самого, а против него было два человека – Сэлли и мистер Андерхилл.

– Правильно, – сказала Сэлли.

– О чем ты задумался, отец? – спросил Эллери. – О моем «Воробье»?

– Да, – просто ответил инспектор. – Существует еще одна маленькая деталь, о которой ты не упомянул.

– Какая?

– Доказательства, и доказательства такие, чтобы окружной прокурор Сэмпсон заявил: «Да, мы берем это дело для суда».

Наступило долгое молчание.

– Ты сам достанешь доказательства, отец, – наконец промолвил Эллери. – Чем сумею, я тебе помогу.

– Да, трудненько будет их раздобыть, – заметил сержант Велли.

– Тут я пас, сержант, – пожал плечами Эллери. – Обычно на такой стадии следствия я отправляюсь домой и сажусь за работу.

– Погоди, – вмешался Чарли. – По-моему, я сейчас сообщу кое-что, имеющее отношение к одному из убийств. Ну и дурак же я!

– Ты о чем, Чарли?

– Когда Эллери говорил о дубликатах оружия, я вспомнил, что не так давно – дату вы сами укажете – Тэрлоу захотел узнать имя моего портного.

– Твоего портного! – удивился Эллери. – Странно. И что дальше?

– Я сообщил, как того зовут. А потом Тэрлоу попросил меня отдать в починку его пиджак из твида. Вот вам и доказательство для прокурора.

– Твид?

– Понимаешь, я никогда не носил твидовых костюмов, и портной страшно удивился, когда я притащил ему пиджак из твида. Самое интересное, что позже он поинтересовался, зачем мне понадобился двойной карман…

– Двойной карман! – воскликнул инспектор.

– Да.

– Что происходит, Чарли? – пробормотала Сэлли.

– Двойные пистолеты, – буркнул сержант, – двойные карманы, двойные убийства.

– Если он был вшит преднамеренно, то лучшего и не требуется, – сказал инспектор. – Благодарю вас, Чарли.

– Да, это то, что нужно, – подтвердил Эллери.

– Надо побыстрее изъять пиджак, пока Тэрлоу не чует опасности. Иначе он просто сожжет его. И прокурор Сэмпсон никогда не получит никаких доказательств.

Неожиданно возле французской двери возникла темная фигура. Постояв там немного, она шагнула в кабинет.

Это был Тэрлоу Поттс.

С первого взгляда на его искаженное лицо, становилось ясно, что он подслушал весь приведенный разговор.

Всех поразила внезапность его появления. Перед собравшимися стоял Воробей, управляющий демонами. Прежде чем кто-то пришел в себя, он вцепился в Чарли Пакстона.

– Я убью тебя! Ты рассказал о кармане! – кричал он, сжимая горло Чарли.

Молодой юрист был настолько поражен, что совершенно не сопротивлялся.

– Убью! – продолжал надрываться Тэрлоу. – За карман! Я тебя прикончу.

– Остановите его! – воскликнула Сэлли. – Он действительно его убьет!

Двое Квинов и сержант Велли с трудом оторвали Тэрлоу от Чарли, на шее которого остались глубокие следы пальцев маньяка. Тэрлоу пытался вырваться, надсаживаясь изо всех сил:

– Я убью его! Как убил близнецов, так и Чарли у меня подохнет! – Глаза его горели диким огнем.

Однако внезапно он обмяк и, если бы его не держали, наверняка бы грохнулся на пол.

– Положите его на тахту, – сказал инспектор. – Сэлли, как там Чарли?

– Все в порядке, он приходит в себя.

Сержант Велли устроил Тэрлоу на тахте.

– Хитрый, как все Поттсы, – пробормотал инспектор. – Эллери, ты слышал, что он кричал? Ты оказался прав. Мы все будем свидетелями.

– Да, отец, этого вполне достаточно для прокурора.

– Увы, слишком поздно, – проговорил Велли.

В его голосе прозвучали столь необычные нотки, что все повернулись к сержанту. Вместо объяснения, тот молча рукой показал на тахту.

Тэрлоу Поттс лежал спокойно, с открытыми глазами, в которых ничего не отражалось, ровно ничего…

– Велли, вызовите психиатра, – печально вздохнул инспектор.

«Тэрлоу уже все равно, – думал Эллери, глядя на лежащего. – Теперь ему не грозят ни арест, ни суд присяжных, ни электрический стул…»