Эти мѣсяцы… Когда я ихъ вспоминаю, трепетъ охватываетъ мое тѣло, и туманъ застилаетъ мои глаза, и все вокругъ кажется ничтожнымъ. И нѣтъ словъ, чтобы выразить минувшее счастье.

Новый міръ сталъ мнѣ близокъ и, казалось, вполнѣ понятенъ. Прошлыя пораженія не смущали меня, юность и вѣра возвратились ко мнѣ, и, я думалъ, никогда не уйдутъ больше. У меня былъ надежный и сильный союзникъ, слабости не было мѣста, будущее принадлежало мнѣ.

Къ прошлому мысль моя возвращалась рѣдко, и больше всего къ тому, что касалось Нэтти и нашей любви.

— Зачѣмъ вы скрывали отъ меня свой полъ? — спросилъ я ее вскорѣ послѣ того вечера.

— Сначала это произошло само собою, случайно. Но потомъ я поддерживала ваше заблужденіе вполнѣ сознательно, и даже умышленно измѣнила въ своемъ костюмѣ все то, что могло навести васъ на истину. Меня пугала трудность и сложность вашей задачи, я боялась усложнить ее еще больше, особенно когда замѣтила ваше безсознательное влеченіе ко мнѣ. Я и сама не вполнѣ понимала себя… до вашей болѣзни.

— Значитъ, это она рѣшила дѣло… Какъ я благодаренъ моимъ милымъ галлюцинаціямъ!

— Да, когда я услышала о вашей болѣзни, это было какъ громовой ударъ. Если бы мнѣ не удалось вполнѣ вылечить васъ, я бы, можетъ быть, умерла.

Послѣ нѣсколькихъ секундъ молчанія она прибавила:

— А знаете, въ числѣ вашихъ друзей есть еще одна женщина, о которой вы этого не подозрѣвали, и она также очень любитъ васъ… конечно не такъ, какъ я…

— Энно! — сейчасъ же догадался я.

— Ну, конечно. И она также обманывала васъ нарочно, по моему совѣту.

— Ахъ, сколько обмана и коварства въ вашемъ мірѣ! — воскликнулъ я съ шутливымъ паѳосомъ. Только, пожалуйста, пусть Мэнни останется мужчиной, потому что если бы мнѣ случилось полюбить его, это было-бы ужасно.

— Да, это страшно, — задумчиво подтвердила Нэтти, и я не понялъ ея странной серьезности.

Дни проходили за днями, и я радостно овладѣвалъ прекраснымъ новымъ міромъ.