Дракон и царский сын

Жил-был царь с тремя сыновьями. Однажды старший сын пошел на охоту. Вдруг из кустарника выскочил заяц и побежал к мельнице. Царевич за ним. Заяц обернулся драконом и проглотил царевича.

Дома дивились, что так долго не возвращается царевич. Пошел второй сын на охоту. Лишь только вышел он из города, как из кустарника выбежал заяц и побежал к мельнице, царевич за ним. У мельницы заяц превратился в дракона и проглотил царевича.

Когда и второй царевич не возвратился, весь двор облекся в траур.

Третий тоже пошел на охоту в надежде, что найдет братьев.

И ему повстречался заяц. Бегал туда, сюда и заманивал царевича к мельнице. Но царевич за ним не пошел.

"Эка невидаль, заяц! — подумал он. — Похожу по лесу, поищу дичи покрупнее. На обратном пути придет очередь зайцу".

Долго ходил царевич по лесу, но никакой дичи не попадалось ему. Повернул к мельнице. Тут повстречал он старушку.

— Будь здорова, бабушка! — приветствовал царевич старушку»

— Дай тебе Бог того же, сынок.

— Не видала ли ты, бабушка, зайца?

— Не заяц это, родной мой, а лютый дракон, — отвечала старушка. — Уж немало людей загубил он.

Царевич опечалился.

— Что же теперь делать? Стало быть, и моих братьев загубило это чудовище.

— Загубило, загубило. Но ведь ты этому не поможешь. Иди-ка лучше домой, пока и с тобой не случилось того же.

Но царевич не хотел сдаваться,

— Слушай, бабушка, —- сказал он. — Думается мне, что и ты была рада избавиться от этого чудовища.

— Еще бы не рада, сынок. И я немало пострадала от него. Да ведь ничего не поделаешь.

— Вот что, бабушка. Постарайся выпытать у дракона, в чем его сила и сообщи мне.

Царевич ушел, а старуха осталась за мельницей.

Когда явился дракон, она начала выспрашивать его:

— Где ж это ты, миленький, был? Как далеко ни ходишь, никогда мне не скажешь.

— Далеко ходил я, бабушка, твоя правда.

И начала его старушка выпытывать, куда он ходил и в чем его сила. Кабы знала, она где его сила, то без устали целовала бы это место.

— Вон в этом очаге моя сила, — отвечал дракон, засмеявшись.

Старуха начала обнимать и целовать очаг, а дракон продолжал смеяться.

— Глупая! Не здесь моя сила. Моя сила вон в том дереве около дома.

Старуха принялась целовать и обнимать дерево, а дракон продолжал смеяться.

— Полно, глупая, не здесь моя сила.

— А где же она? — простодушно спросила старушка.

— Далеко отсюда моя сила. Тебе туда не дойти. В некоем царстве, у самой столицы, есть озеро, в том озере дракон, в том драконе — кабан, в том кабане — голубь. В нем-то и есть моя сила.

— Коли это так далеко, то я ни обнять, ни поцеловать не могу твою силу.

На следующий день, когда дракон ушел, пришел царевич, и старуха рассказала ему то, что слышала от дракона.

Царевич пошел домой и переоделся: надел пастушеский балахон, взял в руки палку и пошел по белу свету, от деревни до деревни, от города до города, пока не пришел в то царство, где под столицею было озеро, а в озере дракон.

Тут он начал спрашивать, не надо ли кому пастуха. Ему сказали, что царь ищет пастуха. Он и пошел к царю.

— Ты хочешь овец пасти? — спросил его царь.

— Точно так, ясная твоя милость.

Тогда царь начал наставлять его:

— Вокруг озера прекрасное пастбище, только надо держать ухо востро. Как приведешь ты овец на пастбище, они тотчас же кругом озера разбегутся. Вот тут-то и погибель пастуху. Ни один овчар назад не вернулся. И потому, я тебе, сын мой, советую: не распускай овец, а держи их в куче.

Поблагодарив царя, царевич-пастух собрал овец, взял двух большущих собак, еще сокола да рожок, и повел стадо к озеру.

Пригнав овец на пастбище, он позволил им разбежаться вокруг озера; сокола посадил на дерево, собак и рожок уложил под деревом; сам же, сняв обувь и отогнув штаны, вошел в озеро и стал звать дракона.

— Эй, вылезай, — крикнул он. — Давай-ка поборемся, кто сильнее.

— Иду, иду! — был ответ, и огромный, чудовищный дракон вылез из озера. Начали бороться и боролись до полудня.

— Отпусти меня, царевич, — взмолился дракон, вылез из озера. Начали бороться и боролись до полудня.

— Отпусти меня, царевич, — взмолился дракон, обессилев от зноя. — Дай мне только омочить в озере мою воспаленную голову, и я тебя подброшу под облака.

— Молчи, дракон, не болтай вздору. Если бы царская дочь запечатлела на моем челе поцелуй, я подбросил бы тебя еще выше.

Дракон нырнул в озеро, а царевич умылся, оправился и с соколом на плече погнал овец домой, наигрывая на рожке веселые песенки. Весь город сбежался смотреть, как на диво, на пастуха, который с озера возвращался жив и здоров.

На другой день царевич опять погнал овец на пастбище, а царь послал потихоньку двух всадников посмотреть, что он будет делать.

Всадники въехали на холм, откуда им все отлично было видно.

Царевич по-вчерашнему посадил сокола, уложил собак, а сам разулся, отогнул штаны и, войдя в воду, стал звать дракона.

— Эи, вылезай! Поборемся-ка, кто сильнее.

— Ладно, ладно, царевич, выйду.

Дракон вышел, снова началась борьба, которая длилась до полудни.

Обессилевши, дракон стал просить:

— Позволь мне, царевич, омочить голову. Освежусь и подброшу тебя до облаков.

— Молчи, не болтай вздору. Если б царская дочь запечатлела поцелуй на моем челе, я еще не так бы подбросил тебя,

Дракон нырнул, а царевич, оправившись, погнал овец домой, весело наигрывая. Опять весь город сбежался смотреть на чудодея, который вернулся невредимым, тогда как прежние пастухи все погибали.

Всадники вернулись еще раньше и сообщили царю, что видели и слышали.

Царь позвал дочь и рассказал ей, как было дело, прибавил:

— Завтра пойдешь с овчаром и сделаешь так, как он желает.

Царевна начала горько плакать.

— Единственная дочь у тебя, и ты посылаешь меня на верную смерть, — рыдала она.

— Не бойсь, моя доченька, — уговаривал ее отец. — Ты ведь знаешь, что ни один овчар с озера не вернулся, а этот — по два дня с драконом борется, и ничего ему не делается. Возложи упование на Бога и помоги этому молодцу избавить нас от дракона, загубившего столько жизней.

Рано, до восхода солнца, встал овчар. Встала и царская дочь. И оба со стадом пошли к озеру. Пастух был особенно весел, а девушка плакала.

— Не плачь, сестрица, сделай только так, как я говорю, и все будет благополучно.

Шли они шли, да шли. Овчар играл на рожке, а царевна, не переставая, плакала. Порой царевич бросал играть и снова уговаривал свою спутницу:

— Не плачь, красавица, не бойся.

Пришли к озеру. Пристроив собак и сокола, царевич вошел в воду:

— Эй, вылезай, давай бороться!

Дракон вылез и началась борьба. Утомившись, дракон стал просить царевича позволить ему освежиться.

— Освежусь и до облаков доброшу тебя, — повторил он свою похвальбу.

— Молчи, не болтай глупостей. Кабы царская дочь...

— Не успел он договорить, как царская дочь выбежала из-за деревьев и поцеловала его в лоб.

В ту же минуту царевич подхватил дракона и так подбросил его, что тот скрылся в облаках. Когда же упал на землю, то рассеялся на куски. Из утробы его выскочил дикий кабан и бросился бежать, но по знаку царевича собаки кинулись за ним и растерзали его. Из кабана вылетел голубь, а царевич пустил сокола. Сокол настиг голубя и принес своему господину.

— Говори мне, где мои братья, — приказал царевич.

— Я все тебе скажу, только не губи меня, — отвечал голубь. — Близ столицы твоего отца есть мельница. Там растут три тростинки. Срежь эти тростинки, и под корнями их откроется дверь в обширное подземелье. В этом подземелье такое множество старых и малых, богатых и бедных, стариков и юношей, жен и девиц, что можешь населить ими целое царство.

Узнав, что ему было нужно, царевич свернул голубю шею, и, оправившись, заиграл в рожок и погнал стадо домой. Царевна шла возле него, еще не опомнившись от страха.

Царь же провел весь день на холме, откуда смотрели всадники, и все видел. Возвратившись домой, он позвал к себе молодого героя и, объявив его, назвал сыном.

Свадьбу праздновали целую неделю. Все радовались и прославляли героя. Когда же узнали, кто он, то общей радости не было пределов.

Когда царевич собрался домой, дал ему царь большую свиту. Дойдя до мельницы, царевич оставил свиту в стороне, а сам вошел во двор, срезал тростинки и ударил ими по корням. В ту же минуту открылась железная дверь, Царевич вошел в подземелье и увидал множество народа. Он всем им предложил выйти и отправиться, куда пожелают, а сам стал у дверей.

Когда все мимо него, один за одним, проходили, он увидел своих братьев. Они горячо обнялись и поцеловались. Затем все стали благодарить царевича за освобождение.

Отпустив всех, кто куда желал, царевич с братьями и молодой женой возвратился и стал жить да поживать, да добра наживать.