Из-под двери номера 914 пробивалась полоска света. Кармади негромко постучал и, ожидая ответа, оглянулся по сторонам и принялся водить обтянутыми перчаткой пальцами по стене. Ждать пришлось долго. Наконец послышался усталый голос, приглушенный деревянной панелью:

– Да? В чем дело?

– Это Кармади, ангел. Мне нужно с вами увидеться. Чисто деловой разговор.

Щелкнул замок, и дверь открылась. Он смотрел на бледное, утомленное лицо и потемневшие глаза, скорее стальные, чем фиолетово-синие. Под глазами залегли тени, как будто в кожу втирали тушь для ресниц. Маленькая сильная ладонь девушки, лежавшая на торце двери, заметно подрагивала.

– А, это вы, – слабым голосом произнесла она. – Ну конечно. Да… Послушайте, мне необходимо принять душ. Я вся пропиталась запахами полиции.

– Через четверть часа?

Тон Кармади был небрежным, но глаза пристально всматривались в ее лицо.

Она медленно пожала плечами, затем кивнула. Дверь неожиданно захлопнулась перед самым носом Кармади. Он вернулся к себе в номер, снял пальто и шляпу, плеснул немного виски в стакан и пошел в ванную, чтобы добавить холодной воды из маленького крана над умывальником.

Мелкими глотками потягивая напиток, он смотрел в окно на широкий темный бульвар. Время от времени по нему проезжала машина – два луча белого света, словно подвешенные в воздухе, существующие сами по себе.

Допив, Кармади сбросил одежду и отправился под душ. Затем переоделся в чистое, долил виски в большую фляжку, сунул ее во внутренний карман пиджака, достал из чемодана короткоствольный автоматический пистолет, с минуту разглядывал его и убрал назад. Выкурил сигарету.

Взяв сухую шляпу и надев твидовое пальто, он снова подошел к номеру 914.

Дверь была приоткрыта. Негромко постучав, Кармади скользнул внутрь, закрыл за собой дверь, прошел в гостиную и пристально посмотрел на Джин Адриан.

Девушка сидела на диване – явно посвежевшая, в просторной пижаме синего цвета и китайском халате. Прядь влажных волос спускалась на висок. Ее лицо с мелкими правильными чертами напоминало камею – такую чистоту усталость придает только очень молодым.

– Выпьете? – спросил Кармади.

– Наверное. – Она растерянно взмахнула рукой.

Он взял стаканы, смешал виски с ледяной водой и отнес к дивану.

– Они упрятали Тарго за решетку?

Девушка едва заметно кивнула, не отрывая взгляда от стакана.

– Он опять вырвался и размазал двух копов по стенке. Они его надолго запомнят.

– Он еще не знает полиции. Утром налетят газетчики. Могу предложить несколько броских заголовков. Например: «Известный боксер оказался быстрее убийцы» или «Дюк Тарго расстроил планы наемного убийцы».

– Я устала. – Девушка отпила из стакана. – И у меня гудят ноги. Лучше поговорим о том, зачем вам все это.

– Хорошо. – Кармади раскрыл портсигар, поднес девушке и, наблюдая, как ее пальцы обхватывают сигарету, добавил: – Когда закурите, расскажите, почему вы его застрелили.

Джин Адриан зажала сигарету губами, наклонилась к спичке, затянулась и откинула голову назад. В ее глаза медленно возвращался цвет, крепко сжатые губы изогнулись в улыбке. Она ничего не ответила.

Кармади с минуту наблюдал за ней, вертя в руках стакан, затем опустил взгляд.

– Это был ваш пистолет – тот самый, который я подобрал здесь днем. Тарго утверждал, что выхватил его из кармана брюк, только более медленного движения и придумать трудно. Тем не менее он якобы выстрелил дважды, причем очень метко, и убил человека, которому даже не нужно было доставать ствол из наплечной кобуры. Полная чушь. Но вы – притом что сумочка с пистолетом лежала у вас на коленях и вы знали бандита в лицо – вполне могли это сделать. Он смотрел на Тарго, а не на вас.

– Я слышала, вы частный сыщик, – глухо сказала девушка. – И сын известного политика. Полицейские говорили. Похоже, они побаиваются вас – ваших связей. Кто натравил вас на меня?

– Копы меня не боятся, ангел. Они говорили так для того, чтобы оценить вашу реакцию, выяснить, замешан ли я тут и все такое прочее. Они не понимают, в чем дело.

– По-моему, им достаточно ясно все объяснили.

– Полицейский никогда не верит тому, что само плывет ему в руки. – Кармади покачал головой. – Им слишком часто приходится иметь дело со сфабрикованными историями. Думаю, Макчесни догадался, что стреляли вы. А теперь он точно знает, был ли носовой платок Тарго в одном кармане с пистолетом.

Непослушными пальцами девушка бросила в пепельницу длинный окурок. Ветер пошевелил занавеску на окне, и над пепельницей взвились хлопья пепла.

– Ладно. Я его застрелила. Думаете, я колебалась после того, что случилось сегодня днем?

– Наверное, я выражаюсь недостаточно ясно. – Кармади потер мочку уха. – Что-то происходит, причем очень скверное. Полагаете, бандит собирался убить Тарго?

– Конечно – в противном случае я не стала бы стрелять в человека.

– А может, он просто хотел вас напугать, ангел. Как и в прошлый раз. Ведь ночной клуб – самое неподходящее место для убийства.

– С пистолетом сорок пятого калибра не шутят. – Голос Джин Адриан звучал резко. – Он сумел бы скрыться. Разумеется, он собирался кого-то убить. Но я не думала, что Дюк возьмет вину на себя. Он просто выхватил у меня пистолет и разыграл этот спектакль. Зачем? Все равно правда выплывет наружу.

Закрыв глаза, она рассеянно тыкала в пепельницу еще не погасшей сигаретой.

– Это все, что вы хотели знать? – прошептала она после недолгой паузы.

Не поворачивая головы, Кармади скосил глаза, чтобы видеть изящно очерченную скулу и сильную шею девушки.

– В деле замешан Шенвейр. Паренек, с которым я был у Сирано, проследил за ним – до самой берлоги. Шенвейр стрелял в него. Парень умер. Он мертв, ангел, – мальчишка, который работал здесь, в отеле. Тони, старший посыльный. Полиция еще об этом не знает.

В наступившей тишине громко хлопнули двери лифта, сквозь шум дождя с бульвара донесся автомобильный сигнал. Девушка внезапно обмякла и повалилась на бок, прямо на колени Кармади. Она повернулась и лежала почти на спине, а ее веки мелко дрожали. На белой коже проступили тоненькие синие вены.

Кармади медленно сомкнул руки вокруг девушки и приподнял. Когда их лица сблизились, он поцеловал ее в уголок рта.

Она открыла глаза и заморгала; взгляд ее стал рассеянным. Кармади поцеловал ее еще раз, уже крепче, и усадил прямо.

– Это ведь не спектакль, да? – тихо спросил он.

Она вскочила и резко обернулась. Голос ее был низким, напряженным и сердитым:

– В вас есть что-то ужасное! Сатанинское. Вы заявляетесь ко мне, рассказываете об убитом человеке… а потом целуете. Безумие какое-то.

– В любом мужчине, внезапно влюбившемся в чужую женщину, есть что-то ужасное, – глухо сказал Кармади.

– Я не его женщина! – сердито возразила Джин. – Он мне даже не нравится – и вы тоже.

Кармади пожал плечами. Они обменялись холодными, враждебными взглядами. Затем девушка стиснула зубы и в ярости закричала:

– Убирайтесь отсюда! Я больше не хочу с вами разговаривать. Вы мне надоели. Оставьте меня в покое!

– Почему бы и нет?

Кармади встал, взял шляпу и пальто.

Девушка всхлипнула, стремительными шагами пересекла комнату и замерла у окна, спиной к Кармади.

Кармади посмотрел на ее спину, подошел вплотную и стал разглядывать мягкие завитки волос на ее шее.

– Почему, черт возьми, вы отвергаете мою помощь? Я знаю – тут что-то не так. Я не причиню вам зла.

– Убирайтесь! – Она продолжала смотреть на занавеску. – Мне не нужна ваша помощь. Уходите и не возвращайтесь. Я больше не хочу вас видеть – никогда.

– Все-таки вам нужна помощь. Хотите вы этого или нет. Тот человек на фотографии в рамке… Кажется, я его знаю. И не думаю, что он мертв.

Джин Адриан обернулась. Ее лицо теперь было белым как бумага. Она пристально смотрела ему в глаза, часто и тяжело дыша. Казалось, прошла вечность.

– Я влипла. Влипла. И вы тут ничем не поможете.

Кармади медленно провел кончиками пальцев по щеке девушки, коснулся напряженного подбородка. Его карие глаза блестели, губы растянулись в улыбке. Улыбка была хитрой, даже коварной.

– Я ошибся, ангел. Я его совсем не знаю. Спокойной ночи.

Он прошел через всю комнату и маленькую прихожую, открыл входную дверь. Девушка схватила занавеску и зарылась в нее лицом.

Кармади остановился на пороге, глядя на двух вооруженных мужчин.

Они стояли вплотную к двери, словно собирались постучать. Один грузный, темноволосый и мрачный. Его напарник был альбиносом с живыми красными глазками, узкой головой, белыми как снег волосами, выбивавшимися из-под намокшей шляпы, острыми зубами и крысиным оскалом.

Кармади попытался закрыть за собой дверь.

– Придержи-ка ее, землячок, – сказал альбинос. – Я имею в виду дверь. Мы хотим войти.

Второй мужчина шагнул вперед и левой рукой тщательно обыскал Кармади.

– Пушки нет, только шикарная фляжка под мышкой, – сообщил он и отступил назад.

– Без глупостей, землячок. Девка нам тоже нужна. – Альбинос взмахнул пистолетом.

– Можешь убрать оружие, Критц, – равнодушно проговорил Кармади. – Я знаю, кто ты, и знаю твоего босса. С удовольствием с ним побеседую, если он хочет меня видеть.

В сопровождении двух бандитов он вернулся в комнату.

Джин Адриан не пошевелилась. Она стояла у окна, прижимая к лицу занавеску и закрыв глаза, как будто не слышала голоса за дверью.

Услышав шаги, девушка открыла глаза, медленно повернулась и, скользнув взглядом по Кармади, посмотрела на двух бандитов. Альбинос вышел на середину, молча окинул взглядом комнату, потом заглянул в спальню и ванную. Открыв и закрыв двери, он мягкой кошачьей походкой вернулся в гостиную, расстегнул пальто и сдвинул шляпу на затылок.

– Одевайся, сестренка. Немного прокатимся под дождем. Ты не против?

Теперь Джин Адриан пристально смотрела на Кармади. Он пожал плечами и улыбнулся:

– Ничего не поделаешь. – Кармади развел руками. – Придется подчиниться.

На ее лице отразилось презрение.

– Вы… Вы… – свистящим шепотом она пробормотала что-то неразборчивое и на негнущихся ногах прошла в спальню.

Альбинос сунул сигарету между тонких губ и хихикнул, издав булькающий звук, словно рот у него был полон слюны.

– Похоже, ты ей не нравишься, землячок.

Кармади нахмурился, медленно подошел к столу, прислонился к нему и опустил взгляд в пол.

– Она думает, что я ее сдал, – глухо произнес он.

– Может, так оно и есть, землячок, – насмешливо протянул альбинос.

– Лучше присматривай за ней. Она умеет обращаться с пушкой.

Он принялся барабанить пальцами по крышке стола у себя за спиной, а затем незаметно опрокинул рамку с фотографиями набок и задвинул под пресс-папье.