А это наряду с «культурной столицей» заменитель новейший — да, «криминальная столица», такие дела.

Выражение из широкого употребления, кажется, вышло (возможно, временно), а когда-то претендовало на активное замещение имени города. Так на федеральных телеканалах и в московской (по большей части — в московской) печати именовали Петербург во вторую половину губернаторства Владимира Яковлева (конец девяностых — начало нулевых). Благодаря истинно столичным пиарщикам, работавшим против Яковлева, выражение «криминальная столица» превратилось в устойчивый оборот и в качестве раскрученного бренда было предъявлено несанкционированному губернатору как черная метка: не ходи на второй срок, не будь выскочкой. Помню билборд соперника Яковлева с обещанием что-то исправить в «криминальной столице» — образец пиара двойного назначения.

Сейчас известно, что криминальная обстановка в Петербурге была тогда не хуже, чем в других российских городах. Это, например, утверждает знаток вопроса Андрей Константинов, автор книги «Бандитский Петербург», гендиректор Агентства журналистских расследований. Происхождение бренда «криминальная столица» он напрямую связывает с той антигубернаторской кампанией.

Хотя райским местом Петербург девяностых я бы не стал называть. В парадизе Петра Великого не очень было спокойно — как и везде, впрочем.

Мне и моим родным повезло. Не покалечили, на тот свет не отправили. Ну, ограбили квартиру однажды — унесли заработок жены за лето (кстати, гидом работала — по Санкт-Петербургу). И тому подобное по мелочам.

Вспоминаю случай. Иду по набережной Фонтанки, средь бела дня. На другой стороне вровень со мной машина останавливается, двое выскакивают и в мою сторону что-то кричат. У меня даже мысли нет, что это ко мне, — дальше иду. Потом оглянулся — они уже Горсткин мост перебегают, деревянный; остановился, смотрю. Они на эту сторону перебежали, повернули и сюда бегут — ко мне, вижу. И вдруг останавливаются шагах в двадцати от меня — поняли, что обознались. К счастью, я не сразу увидел, чтó у одного в руке было, а то бы дернуться мог, и тогда бы для меня получилось нехорошо. Стою и на них гляжу. Наверное, это первое, что их смутило: стоит и не убегает. В общем, резко повернулись и обратно быстрым шагом от греха подальше. А я дальше — по набережной, к дому, — медленно так, постигая, что могли меня грохнуть сейчас по ошибке.

Ну да, слово «бандит» было тогда популярным.

Яковлев сумел выиграть выборы и на второй срок пошел, но слава криминальной столицы омрачала губернаторство вплоть до вынужденной отставки. Его забрали, что называется, в Москву. На новую должность — «в почетную ссылку». Замечательно, что с появлением нового губернатора, Москвой санкционированного, Петербург как по волшебству перестал быть «криминальной столицей» и скачкообразно сделался «культурной столицей», каковой остается до наших дней, но память о прежнем бренде не увядает.