Вскоре первые лучи утреннего солнца осветили небо. Свет просочился и в дупло, где всё ещё крепко спал Навин. Тиана на берегу строила крошечный плот. Сейчас её волновала лишь одна мысль – как вернуться домой и попытаться всё исправить?

– Проснись и пой, спящий красавец! – громко прокричала она. – Мы должны вернуться в Новый Орлеан и исправить то, во что ты нас втянул.

Сонный Навин спрыгнул с дерева и сел на плот. Затем он отломил небольшой прутик и соорудил самодельную гавайскую гитару.

– Музыка в честь гребца, – лениво сказал он Тиане, наблюдая за её работой.

– Мне бы не помешала небольшая помощь, – сказала Тиана.

– Я могу играть погромче, – предложил Навин, чуть сильнее бренча на гавайской гитаре.

Но прежде чем Тиана смогла заставить Навина умолкнуть и начать грести, она заметила огромного аллигатора. Он появился на поверхности воды.

Обе лягушки замерли в ужасе. Однако к их удивлению этот аллигатор не был заинтересован в том, чтобы съесть их. Его привлекала музыка Навина.

– Я знаю эту песню! – взволнованно воскликнул аллигатор.

Аллигатора звали Луи. Он запустил лапу в воду и достал оттуда трубу, которую называл Жизель.

Закрыв пасть, он поднёс инструмент к губам и начал наигрывать весёлую мелодию.

– Круто, братец! – закричал Навин, взяв свою гавайскую гитару. – О да!

– А-а-а-а! – радостно закричал Луи и схватил Навина. Попутно он случайно сбросил Тиану с её маленького плотика. – Где же ты был всю мою жизнь?

– Где ты научился так играть? – спросил принц.

Тиана мрачно посмотрела на них обоих и снова забралась на плот.

– Реки Луизианы – лучшая джазовая школа в мире! – ответил Луи. – Все великие музыканты играют на пароходах. О, я бы всё отдал, чтобы очутиться там и сыграть с большими парнями.

– А что мешает? – спросил Навин.

– Я один раз уже пытался, – печально сказал Луи. – Всё закончилось не очень хорошо.

И он рассказал, как однажды поднялся на борт речного судна, чтобы присоединиться к группе музыкантов. Однако, как только пассажиры увидели, что это настоящий аллигатор, а не переодетый человек, они прогнали его с лодки. Луи никогда больше не пытался играть с людьми, но он продолжал практиковаться на болотах в одиночестве.

Тиана шагнула вперёд и потащила Навина прочь:

– Мне было очень приятно познакомиться с тобой, Луи. И спасибо тебе большое за то, что ты не съел нас, но нам пора ехать.

Она повела Навина обратно к плоту.

– Но куда же вы? – расстроенно спросил Луи.

– Мы возвращаемся в Новый Орлеан. Нам нужно найти кого-нибудь, кто мог бы разрушить чары, – сказала ему Тиана.

Луи растерянно огляделся по сторонам:

– Какие чары?

Навин закатил свои большие лягушачьи глаза:

– Держись, мой чешуйчатый друг, – мы – не лягушки. Мы – люди.

– Ты это серьёзно? – спросил Луи.

– Я – Навин, принц Мальдонии, – ответил он аллигатору с поклоном. – А это Тиана, официантка. – Затем, понизив голос, он предупредил Луи: – Не целуйся с ней.

Луи кивнул.

– Минуточку, – возмущённо произнесла Тиана. – Этого болвана колдун вуду превратил в лягушку, а теперь...

– Вуду? – испуганно спросил Луи. – Вроде нашей Мамы Оди?

– Мамы Кто-ди? – переспросил Навин.

– Мама Оди, – ответил Луи, не веря, что на всём белом свете есть хоть один человек, который не знает, кто она такая.