Некоторое время Боб и Чарли ехали молча. Ослепительное желтое солнце клонилось к закату. Тени от деревьев стали длиннее. С гор подул прохладный ветер.

– Чарли, – спросил Боб. – Что вы думаете об этой стране?

– Об этой пустыне?

Иден кивнул.

– Счастлив видеть ее. Хотя все время тоскую по другой земле.

– Понимаю. Здесь не похоже на Гавайи?

– Гавайи похожи на жемчуг Филимора, рассыпанный на поверхности океана. Там влажный воздух, солнце, дождь. А здесь совсем другая картина. Воздух сухой, как прошлогодняя газета.

– Говорят, что можно полюбить и пустыню.

– Пустыня, конечно, производит впечатление, но я предпочитаю другую местность.

– Я тоже, – засмеялся Иден. – Здесь многого не хватает. Маленького ресторана на О’Фаррел-стрит, нескольких добрых приятелей, бутылки минеральной воды на столе. Привычной дружеской обстановки.

– Естественно, что вы чувствуете это, – согласился Чан. – Молодость в вашем сердце словно песня. И мы с вами надеемся скоро покинуть ранчо Маддена.

– Как вы думаете, что теперь надо делать?

– Ждать и наблюдать. Я думаю, молодость не способна на это. Лично от меня много не требуется. Приготовить хорошую пищу.

– Но, Чарли, я тоже могу ждать и наблюдать.

– Хороший спорт для вас. Перед нами стоит интересная проблема. Очень странная ситуация. Надо все разузнать. Возможно, кто-то убит. Ключей много. Я должен маневрировать, как в автомобиле на главной улице. Я спрашиваю себя, смогу ли я разгадать эту тайну?

– Конечно.

– Однако большинство фактов далеки от меня, как снежные вершины гор. В одну из ночей на ранчо Маддена кто-то был убит. Кто убит – неизвестно. Кто заинтересован в этом убийстве – Неизвестно. Почему убит – неизвестно. Вот на эти простые вопросы надо ответить.

– Но как это сделать? – беспомощно спросил Иден.

– Ночной крик попугая. Грубое устранение птицы. След пули, прикрытый картиной. Исчезнувший со стены пистолет. Будет великой честью для нас, если мы раскроем это дело.

– Однако мне совершенно неясна роль Маддена, – сказал Боб. – Что ему известно? Может быть, только этот проныра Торн замешан во всем?

– Важные вопросы, – согласился Чан. – Возможно, в свое время мы ответим на них. Пока же лучше не считать Маддена другом. Надеюсь, вы ничего не рассказали ему о Сан-Франциско. Я имею в виду Шаки Фила Майкдорфа и его странное поведение.

– Нет, не рассказал. Теперь я не удивлен, что Майкдорф появился в Эльдорадо.

– Что ж, ожерелье в безопасности. Я слышал в редакции, что для вас будет честью следовать моим советам.

– Конечно.

– Тогда подождем, применим хоо мали мали. Это хорошо. Маддену ничего не говорите. Если сказать ему о Майкдорфе, он попросит переслать ожерелье в Нью-Йорк. Что тогда? Вы уедете, я уеду, он уедет. Тайна ранчо Маддена останется неразгаданной.

Они проехали мимо рекламы Дейт-Сити.

– Вы правы, – согласился Иден. – Кстати, – прибавил он, – не считаете ли вы, что происшествие случилось в среду ночью?

– Вам хочется думать, что это произошло в среду ночью? Почему?

Боб вкратце передал Чану рассказ Паулы Вендел о той ночи, о волнении Торна, вышедшего на ее стук, о бородатом золотоискателе, которого видела девушка. Чан с интересом выслушал его рассказ.

– Хорошо, что вы сообщили мне это, – сказал Чан. – Здесь хороший ключ для нас. Он может оказаться самым важным. И этот бородатый, «крыса пустыни». Молодая женщина много ездит по этой стране?

– Да.

– Она может сохранить тайну?

– Если вы разрешите ей сказать, то она сохранит секрет.

– Не доверяйте ей. А то нам придется пожалеть, если мы будем многим говорить об этом. Однако попросите ее обратить внимание на бородатого. Может быть, она случайно увидит его. Кто знает? Он может оказаться недостающим звеном в цепи.

Они подъехали к ранчо.

– Теперь, – продолжал Чан, – сделайте невинный вид, когда будете говорить с отцом по телефону, вы поймете, что он в курсе дел. Я послал ему телеграмму.

– Вы? – удивился Боб, – Я тоже послал.

– Тогда все в порядке. Между прочим, я позволил себе напомнить ему, чтобы он прислушался к голосу, когда будет разговаривать с Мадденом.

– Хорошая идея. Кажется, теперь все.

Ворота были открыты, и Чарли проехал прямо во двор.

– Теперь с неохотой я должен идти готовить обед, – сказал Чан. – Помните: ждать и наблюдать. А когда мы встретимся, надо соблюдать величайшую осторожность. Никто не должен знать обо мне. До свидания. Желаю удачи.

В гостиной в камине уже горел огонь. Мадден сидел за широким столом и подписывал письма. Он взглянул на вошедшего Боба.

– Хелло, – сказал он. – Как провели время?

– Неплохо, – ответил Боб. – Надеюсь, вы тоже?

– Нет, – ответил Мадден. – Даже здесь я не могу освободиться от дел. За три дня набралось много почты. А вот и Мартин, – произнес он, глядя на появившегося Торна. – Полагаю, вы успеете отвезти письма на почту до обеда. А вот здесь телеграммы. Их тоже надо отправить. Возьмите маленькую машину. Она лучше подходит для этих дорог.

Торн собрал письма и начал быстро раскладывать их по конвертам. Мадден встал и подошел к камину.

– А Ким привез вас обратно? – спросил он.

– Да.

– Он хорошо водит машину?

– Отлично.

– Необычный парень этот А Ким.

– Я бы не сказал, – осторожно заметил Иден. – Он говорил, что развозил овощи в Лос-Анджелесе.

– Молчал в дороге?

Иден кивнул.

– Молчал, как адвокат из Нортхемптона в Массачусетсе.

Мадден засмеялся.

– Кстати, – сказал он, когда Торн ушел, – ваш отец еще не звонил.

– Нет? Ну, значит, он еще не вернулся. Если хотите, я попытаюсь дозвониться к нему вечером.

– Очень прошу вас сделать это, – сказал Мадден. – Не хочу показаться негостеприимным, мой мальчик, но я тороплюсь уехать отсюда. Некоторые дела в сегодняшней почте… вы понимаете?

– Конечно. Я сделаю все, чтобы помочь вам.

– Да, это во многом зависит от вас, – заметил Мадден, и Боб почувствовал себя виноватым. Известный миллионер, оказывается, тоже человек. Он грустно смотрел на Идена. – Дело не терпит. Это у вас все впереди, вы так молоды. Завидую вам.

Он вышел, оставив Бобу лос-анджелесскую газету, которую получал в Эльдорадо. Пока Боб читал ее, маленькая фигурка А Кима неслышно передвигалась по комнате.

Час спустя они снова испытывали поварской талант китайца. Блюда были совсем не похожи на те, что Боб ел в ресторанах, но превосходно приготовлены.

Когда А Ким принес кофе, Мадден обратился к нему:

– Зажгите огонь в патио, А Ким, мы немного посидим там.

Китаец отправился выполнять приказание. Боб заметил, что Мадден выжидающе смотрит на него. Он улыбнулся и встал.

– Пожалуй, отец уже должен вернуться. Позвоню-ка я ему.

– Позвольте мне сделать это, – возразил Мадден. – Только скажите номер телефона.

Боб сообщил номер, и Мадден стал заказывать разговор.

– Кстати, – сказал Мадден, положив трубку, – прошлой ночью вы говорили, будто что-то случилось и ваш отец обеспокоен этим. Может быть, вы расскажете мне, в чем дело?

Боб стал торопливо размышлять.

– Ну, возможно, это просто домыслы детектива.

– Детектива? Какого детектива?

– Отец связан с несколькими частными детективными агентствами. Работник одного из них предупредил отца, что в городе появился известный преступник, который проявляет нездоровый интepec к нашему магазину. Конечно, это может ничего не значить…

– Известный преступник? Кто же?

Боб Иден никогда не был искусным лжецом и смутился.

– Я… я не знаю!., не помню его имени. Английское имя. Вроде Ливерпуль Кид или что-то в этом роде, – неуверенно заключил он.

Мадден пожал плечами.

– Ну, если это так, то могу понять вашу точку зрения. Моя дочь, Торн и я – сами достаточно осторожны. Однако я тоже склонен считать это домыслом детектива.

– Возможно, – согласился Боб.

– Выйдем отсюда, – предложил миллионер. Он провел Боба через стеклянную дверь в патио. Камин освещал каменный пол патио и плетеные кресла.

– Садитесь, берите сигары. Впрочем, вы, кажется, предпочитаете сигареты, не так ли?

Он вытянул ноги, удобно откинулся на спинку кресла и посмотрел на ясное звездное небо.

– Мне нравится здесь. Не очень весело, но тихо и спокойно. Вы обратили внимание, какие здесь звезды?

Иден с удивлением взглянул на него.

– Конечно. Но я никак не ожидал, что вы обратите на них внимание.

Торн принес радиоприемник и поставил его на стол.

– Поймайте Денвер, Торн, – сказал Мадден.

– Попробую, шеф.

Он начал настраивать приемник. Звуки музыки и речи нарушили тишину.

– По радио я здесь слушаю исключительно Денвер, – сказал Мадден. – Через горы издалека летит ко мне мелодия. Может быть, сейчас моя девочка танцует где-нибудь.

Из репродуктора послышалась джазовая музыка.

– Оставьте так, – сказал Мадден Торну. – Это оркестр Броун Палас из Денвера. Бедное дитя, наверное, ждет от меня подарка. Я обещал прислать его два дня назад. Торн! – крикнул он.

– Да, шеф, – отозвался Торн.

– Напомните мне утром, чтобы я отправил Эвелине телеграмму.

– Хорошо, шеф.

Торн ушел.

– Хорошо играют. В наше время было проще, мистер Иден. Я жил на ферме. Зимой по утрам ходил на лыжах в школу. Это дало мне здоровье и силу.

Некоторое время они молча слушали музыку. Незадолго до сна Мадден поднялся. Вошел Торн и выключил приемник.

– Эх, сейчас бы сыграть в бридж. Жаль, что нас только трое. А как насчет покера, мой мальчик? – спросил Мадден.

– Это было бы неплохо, – ответил Боб. – Правда, боюсь, что для меня вы слишком сильные противники.

– О, это ничего. Мы будем сдерживаться.

Вернувшись в гостиную, они закрыли двери и через несколько минут втроем сидели за ярко освещенным столом.

– Вальты, – объявил Мадден. – Четверть лимита, а?

– Ну… – нерешительно пробормотал Боб.

У него были причины для неуверенности. Еще в колледже он играл в покер, потом – с репортерами. Но все это было детской забавой по сравнению с сегодняшней игрой. Мадден, оказалось, способен не только любоваться звездами. Он был отличным игроком и играл не только в карты. Свидетельством тому его посещение Сорок четвертой улицы.

– Тузы! – воскликнул он. – Три туза. А что у вас, Иден?

– Паралич, – ответил Боб. – Мне остается поставить погашенную марку против…

Неожиданный стук в дверь прервал их игру. Стук был громкий и властный. У Боба ёкнуло сердце. Здесь, в пустыне, темной ночью, вдали от людей, этот стук не предвещал ничего хорошего.

– Кто бы это мог быть? – нахмурился Мадден.

Полиция, с надеждой предположил Боб. С ордером на арест. Нет, подумал он, это было бы слишком удачно.

Торн замешкался, и Мадден сам пошел к двери и открыл ее. Со своего места Иден ясно увидел темное ночное небо пустыни, а в дверях мужчину, которого он уже встречал в порту Сан-Франциско и сегодня возле отеля «На краю пустыни». Сам Шаки Фил Майкдорф, но уже без темных очков.

– Добрый вечер, – сказал Майкдорф. Его голос звучал пронзительно и холодно. – Это ранчо Маддена, я полагаю?

– Я Мадден. Чем могу служить?

– Я пришел повидать своего старого друга, вашего секретаря Мартина Торна.

Торн встал из-за стола.

– О, хелло, – без особого энтузиазма сказал он.

– Вы помните меня, не так ли? – спросил мужчина. – Мак-Каллем. Генри Мак-Каллем. Мы встретились с вами год назад за обедом в Нью-Йорке.

– Да, конечно, – ответил Торн. – Входите. Это мистер Мадден.

– Большая честь для меня, – сказал Шаки Фил.

– А это мистер Иден из Сан-Франциско.

Иден встал лицом к лицу с Майкдорфом. Глаза этого человека без очков казались дикими и жесткими, как трава в пустыне. Он долго и внимательно смотрел на юношу. Интересно, думал Иден, допускает ли он, что его слежка за мной была замечена? Если так, то нервы у него превосходные.

– Рад познакомиться с вами, мистер Иден, – сказал он.

– Я тоже, мистер Мак-Каллем, – ответил Боб.

Майкдорф снова повернулся к Маддену.

– Надеюсь, не помешал вам? – спросил он с легкой усмешкой. – Я остановился здесь у доктора Уайткомб. У меня бронхит, и он очень беспокоит меня. К тому же еще дьявольское одиночество. Узнав, что по соседству находится мистер Торн, я поспешил сюда.

– Рад видеть вас, – сказал Мадден, но его тон явно не соответствовал словам.

– Простите, что прервал вашу игру, – продолжал Майкдорф. – Покер, а?

– Снимайте пальто и садитесь, – резко сказал Мадден. – Мартин, сдайте джентльмену карты.

– Я снова ожил, – сказал гость. – Ну, как дела, старина Торн?

Торн в своей обычной манере ответил, что все хорошо.

Теперь они уселись вчетвером, и если раньше Боб опасался за свое будущее, то теперь совсем потерял надежду. Играть с таким партнером, как Шаки Фил, – ну что еще хуже можно пожелать?

– Четыре карты, – сквозь зубы сказал Майкдорф.

Если раньше была острая борьба, то теперь она превратилась в смертельную схватку. Новый гость определенно обладал талантом игрока. Да что там талантом. Это был гений. Он держал карты возле груди, а лицо его было подобно маске, высеченной из камня. Мадден играл очень осторожно. Борьба происходила между ними двумя. А Торн и Иден нерешительно поглядывали на битву гигантов.

Неожиданно вошел А Ким с дровами. И если его поразила эта картина, то вида он не подал. Мадден приказал принести виски с содовой. Когда А Ким расставлял на столе стаканы, Иден обратил внимание, что живот детектива находился всего в тридцати сантиметрах от длинной руки Майкдорфа. Если бы тот только знал…

Но Майкдорф думал о другом.

– Покупаю одну карту, – сказал он.

Звук телефонного звонка, казалось, заполнил всю комнату. Боб вздрогнул. Он забыл… После долгого ожидания наконец-то он поговорит с отцом, а рядом сидит Шаки Фил Майкдорф! Он заметил, что Мадден смотрит на него, и встал.

– Это, видимо, мне, – сказал он, положил карты на стол и подошел к телефону.

– Хелло, хелло! Это ты, папа?

– Тузы, – объявил Майкдорф. – Все мое?

Мадден, не глядя на противника, сложил руки.

– Да, папа, это Боб. Я прибыл ночью и на несколько дней остановился у мистера Маддена. Я только хочу, чтобы ты знал, где я. Да, это все. Я могу утром позвонить тебе. Хорошая игра? Слишком плохо. До свидания!

Мадден с побагровевшим лицом вскочил на ноги.

– Подождите минутку! – воскликнул он.

– Я только хотел сообщить папе, где я нахожусь, – сказал Боб, усаживаясь обратно в кресло. – Чей ход?

Мадден что-то пробормотал, и игра продолжалась. Боб в душе посмеивался. Отсрочка – это совсем не плохо.

Третий кон пошел быстрее.

– Еще один кон, и я кончаю, – заявил Боб.

– Мы все кончаем, – сказал раздраженно Мадден.

– Давайте тогда кончать без ограничений, – предложил Майкдорф.

Неожиданно игра столкнула Майкдорфа с Бобом. Надеясь на удачу, Боб собрал четыре девятки. Возможно, он забыл, с кем играет. Положив карты на стол, он увидел злую улыбку Майкдорфа.

– Четыре дамы, – объявил тот, широким жестом бросая карты. – Мне всегда везет с дамами. Надеюсь, джентльмены, вы расплатитесь со мной?

Они расплатились.

– Очень приятный вечер, – сказал Майкдорф, надевая пальто. Судя по всему, у него было хорошее настроение. – Ну, теперь я пойду.

– Спокойной ночи! – рявкнул Мадден.

Торн взял со стола фонарь.

– Я провожу вас до ворот, – заявил он.

Лунная ночь и… фонарь, отметил Боб.

– Доброй ночи, джентльмены, большое спасибо! – Майкдорф улыбнулся и вышел.

Мадден схватил сигару и откусил конец ее.

– Ну?! – закричал он.

– Ну? – холодно повторил Боб.

– О чем вы договорились с отцом?

Боб улыбнулся.

– А чего вы ожидали? Делового разговора в присутствии этой птицы?

– Нет, но вам не нужно было так поспешно бросать трубку. Я мог бы поговорить с ним из другой комнаты. Теперь вы можете снова позвонить отцу.

– Ничего подобного, – возразил Иден. – Он уже в постели, и я не стану беспокоить его до утра.

Мадден побагровел.

– Я настаиваю на этом. А мои приказы обычно выполняются.

– Вот как? Ну, а этот не будет выполнен.

Мадден изумленно посмотрел на него.

– Вы молодой… э…

– Знаю, – ответил Иден. – Но это не моя вина. Если вы считаете нужным вести деловые разговоры в присутствии всяких незнакомцев, пожалуйста. Это ваше дело.

– Кто считает нужным?! – воскликнул Мадден. – Я не звал сюда этого дурака. Где только Торн подцепил его? Вы знаете, что у таких людей, как я, секретарей всегда осаждают разные проходимцы. И Торн, как последний идиот, позволяет это!

Вошел секретарь и положил фонарь на место. Мадден недовольно посмотрел на него.

– Ваш приятель определенно странный тип.

Торн пожал плечами.

– Я знаю. Простите, шеф, но я ничем не могу помочь. Вы видели, какой он.

– Ваша вина в том, что вы заводите подобные знакомства. Кто он такой?

– Маклер или что-то в этом роде. Даю вам слово, шеф, я никогда не старался поддерживать с ним знакомство. Вы же знаете, каковы эти люди.

– Завтра утром повидайте его и скажите, что я занят и не хочу никого видеть. Скажите ему, что, если он явится еще раз, я вышвырну его вон.

– Хорошо. Утром я пойду к доктору и дипломатично все улажу. s

– Никакой дипломатии! – рявкнул Мадден. – Какая может быть дипломатия, если я не хочу его больше видеть?

– Ну, джентльмены, я пошел спать, – объявил Иден.

– Спокойной ночи, – сказал Мадден, и Боб вышел.

В своей комнате он нашел А Кима, разжигавшего камин. Боб тщательно закрыл за собой дверь.

– Ну, Чарли, я сейчас играл в покер.

– Это мной уже замечено, – улыбнулся Чарли.

– Шаки Фил ободрал нас.

– Вам надо быть осторожнее.

– Вы правы, – улыбнулся Боб. – Надеюсь, вы видели, как Торн провожал нашего общего друга.

– Заметил, но луна светила так ярко, что я не мог близко подобраться к ним.

– Ну, в одном-то я уверен, что Мадден никогда раньше не видел Майкдорфа. Или же он прекрасный актер, вроде Эдвина Бута.

– Однако Торн…

– О, Торн хорошо его знает. Но он не в восторге от встречи. Знаете, мне кажется, что Шаки Фил имеет какую-то власть над ним.

– Возможно, – согласился Чан. – Особенно в свете моего последнего открытия.

– Вы нашли что-то новое, Чарли?

– Вечером, когда Торн уехал в город, я услышал храп Маддена и успел обыскать комнату секретаря.

– Да… продолжайте… быстрее, нам могут помешать.

– Под кучей одежды я нашел пропавший пистолет Вилли Харта.

– Хорошая работа! Ну, Торн – ну, проклятая крыса…

– Несомненно. Два патрона отсутствуют, запомните это.

– Запомню.

– Теперь постарайтесь выспаться и встать со свежими силами. Неизвестно, что ждет нас завтра.

Маленький детектив помолчал.

– Две пули исчезли. Одна из них в стене и скрыта картиной.

– А другая?

– Другая, я полагаю, попала в цель. Только где эта цель? Подождем и понаблюдаем. Может быть, обнаружим. Спокойной ночи и приятных сновидений.