Они были разбужены около семи часов утра шумным вторжением Джемса Арнакля, лицо которого выглядело бледно. Огромный детина бросил подозрительный взгляд на Флосси и заявил сиплым голосом:

— Майк пришел сменить меня, и я оставил его там. Что мы теперь будем делать?

Питер встал, одуревший от усталости, как будто бы он совсем и не отдохнул. Он медленно потянулся, зевнул так, что чуть не свихнул себе челюсть, и, немного помедлив, ответил:

— Подожди меня несколько секунд, мы сейчас отправимся вместе с тобой.

Он прошел к умывальнику, пустил холодную воду и намочил себе лицо и голову ледяной водой. Окончательно проснувшись, он встряхнулся, ощупал повязку на лбу и старательно причесал свои сильно вьющиеся волосы. Затем он поправил галстук и застегнул воротничок сорочки. Приведя себя в порядок, он вернулся в кабинет, в котором Флосси и Джемс о чем-то оживленно спорили, хотя и тихими голосами.

Джемс уже обрел свое обычное хладнокровие и решительно проговорил:

— Я готов, шеф. Да ты никак ранен?

Не отвечая, Питер нагнулся, чтобы поднять с пола бутылку с вином, налил себе в стакан и залпом выпил.

Потом он протянул бутылку своему подчиненному, вытирая губы тыльной стороной ладони и пробормотав при этом:

— Вот, угощайся. В сущности, эта штука совсем неплохая.

Джемс без всяких церемоний взял бутылку и сделал несколько хороших глотков прямо из горлышка, что, без сомнения, доставило ему немало удовольствия. Его лицо красноречиво говорило об этом. Флосси поспешила побыстрее отобрать у него остатки своей собственности. Джемс подождал, пока Питер вышел из кабинета, чтобы сорвать поцелуй с губ красивой секретарши, и устремился вслед за своим начальником.

Они одновременно вышли из агентства на улицу, и Питер направился к старому «бьюику», заявив:

— Мы возьмем на этот раз твою старую тачку.

Удивленный, Джемс посмотрел вдоль улицы и, не обнаружив машины Питера, спросил:

— А что это ты сделал со своей машиной, патрон? Я видел, что сегодня ночью ты вернулся пешком.

Питер, открывая дверцу машины, как бы вскользь заметил:

— Я перевернулся на ней. Какой-то шутник провертел дырочку и выпустил из нее тормозную жидкость.

Джемс выругался сквозь зубы, сел за руль и спросил:

— А ты знаешь, кто этот дьявол?

Питер лукаво усмехнулся.

— Если бы я знал этого умника, я давно бы уже сказал ему пару ласковых...

Джемс включил мотор.

— Куда мы поедем?

— К миссис Мак-Линен.

После того как машина тронулась с места, Джемс решил уточнить:

— А что ты от нее хочешь? Ведь можно было бы просто позвонить ей по телефону.

Невозмутимый Питер Ларм сухо ответил:

— То, что я хочу ей сказать, нельзя сказать по телефону.

Джемс был вполне удовлетворен этим ответом, так как он привык во всем полагаться на своего патрона, и, не раздумывая, нажал на газ.

Была почти половина восьмого, и на улицах еще было совсем мало машин. Они быстро добрались до места назначения, и как детектив, хорошо знающий свое ремесло, Джемс остановил машину на довольно порядочном расстоянии от дома, в котором жила миссис Мак-Линен. Выйдя из машины и захлопнув дверцы, Питер удивился:

— Разве ты не запираешь машину на ключ?

Джемс пожал плечами.

— Скажешь тоже! Нужно быть действительно сумасшедшим, чтобы запирать подобное барахло.

Они отошли от машины и остальной путь проделали пешком. Подойдя к двери, Питер машинальным жестом нажал сразу на несколько кнопок, окружающих кнопку той квартиры, в которой жила миссис Мак-Линен. Прошло несколько секунд, и дверь отворилась. Они вошли в холл, и Питер скомандовал Джемсу:

— Ты поднимаешься по лестнице, а я — на лифте.

Джемс хотел запротестовать, но поразмыслив, послушался Питера. Они встретились на лестничной площадке и прошли по коридору до двери квартиры. Питер решительно позвонил в дверь. Прошло две минуты. Никакого ответа не последовало. Питер снова нажал на звонок, и все безрезультатно. С недоумевающим видом он повернулся к Джемсу и прошептал:

— Спустись поскорее вниз и посмотри, тут ли еще ночной портье. Спроси его, не видел ли он эту квартирантку входящей или уходящей из дома.

Джемс утвердительно кивнул головой и сразу же удалился. Чтобы как-нибудь скоротать время, Питер продолжал нажимать на кнопку звонка. Джемс скоро вернулся. Нахмурив брови, он сразу же заявил:

— Не стоит тебе трудиться, патрон, эта женщина уехала из дома час назад. Она попросила ночного портье помочь ей спустить ее чемодан и уехала куда-то на такси. Этот тип не слышал, какой адрес она назвала водителю.

Питер невольно коротко свистнул, на его лице появилась странная улыбка.

— У меня создается такое впечатление, что как раз сейчас-то и начинается движение, — сказал он. — Надо поскорее убираться отсюда, нам нельзя терять времени.

В тот момент, когда они выходили из дома, длинный черный лимузин, который они не сразу узнали, вдруг остановился перед домом. Из него вышел Хастен со своими сотрудниками и пролаял:

— Вы и здесь опять что-то фабрикуете?

Приветливо, с улыбкой, Питер ответил:

— Вы появились слишком поздно, Хастен. Птичка недавно улетела. Она уже успела удрать.

Полицейский вздрогнул, покраснел, потом, видимо, справившись со своим смущением, довольно спокойно спросил:

— Вы в этом уверены?

Джемс энергично закачал головой и заявил:

— Абсолютно уверены. Честно, сержант. Она укатила отсюда уже с полчаса назад. Ночной дежурный спускал ей чемодан.

Хастен весь скривился и выпустил целую серию отборных ругательств. Каким-то неопределенным тоном, в котором все же проскальзывало недоверие, он спросил:

— А вы почему хотели ее видеть?

С видом полнейшей откровенности Питер ответил:

— Это ведь она поручила мне провести подробное расследование этого дела, Хастен. Я только хотел уведомить ее о последних происшествиях.

Полицейский бросил на него косой взгляд и некоторое время оставался молчаливым. Потом он осторожно, с вопросительной интонацией в голосе, заметил:

— А вы знаете, что эта женщина не мать Грегори?

Питер подтолкнул локтем Джемса, чтобы тот был начеку, и принял страшно изумленный вид, воскликнув:

— Не может быть! Вы, вероятно, просто смеетесь надо мной, Хастен?

Полицейский с хитрым видом, который очень мало шел к нему, ответил, избегая взгляда Питера:

— Это вполне возможно... А что же вы теперь будете делать?

Питер поднял руки с жестом отчаяния и ответил:

— Я возвращусь в свою контору. Если вы узнаете что-нибудь новенькое, интересующее меня, я надеюсь, что вы будете настолько любезны, что известите меня об этом?

Хастен рассмеялся коротким смешком и уверил его:

— Вы можете рассчитывать на меня, старина.

Питер, с жаром поблагодарив его, пожал ему руку, прежде чем уйти. Он взял Джемса под руку и увлек его к «бьюику». Они сели в машину, отъехали и направились по дороге в сторону агентства, как будто и в самом деле собирались вернуться в контору. Когда они убедились, что Хастен их больше не может видеть, Питер скомандовал:

— Поедем к Майку, туда, к дому Дунса.

Джемс тотчас же изменил направление, потом спросил равнодушным тоном:

— Раз клиентка удрала, значит, надо бросать это дело?

Питер как-то нехорошо улыбнулся и ответил:

— Нет, мой дорогой. Сегодня ночью кто-то хотел получить мою кожу, и теперь уж это дело стало моим личным. Я в нем пойду до самого конца, даже если мне это будет стоить слишком много денег. Ты соображаешь?

Джемс прибавил газу и проворчал:

— Ты, конечно, можешь делать то, что считаешь необходимым, патрон.

Они приехали на улицу, где жил Стефан Дунс, и нашли Майка, дремавшего, прислонившись к двери. Он вздрогнул, когда они появились, и немедленно направился к ним навстречу.

— Я провернул хорошее дело! — как обычно, заявил он. — Я не двигался с места и могу тебе с полной ответственностью сказать, что этот тип не выходил...

Питер нетерпеливо прервал его.

— Если он не выходил, то все идет хорошо. Но ты можешь быть уверен, что он не возвращался?

Глаза Майка выражали полнейшее недоумение. Он широко раскрыл глаза и пробормотал:

— Нужно договориться, патрон! Что нужно выяснять? Там он или там его нет?

Питер осторожно ответил:

— Как я могу это знать?

Потом, повернувшись к Джемсу, он приказал:

— Оставайся здесь, я поднимусь наверх и позвоню к нему. Если вы мне понадобитесь, я приду за вами.

Питер перешел через улицу, подождал, пока ему откроют дверь, и поднялся на лифте. Затем очень тихо прошел по коридору и, подойдя на цыпочках к двери квартиры, приложил к ней ухо. С внутренней стороны не было ни малейшего шума. Он позвонил. Ответа не было. Он звонил несколько раз, примерно в течение пяти минут. Никакого результата. Квартира казалась пустой. Он быстро спустился и застал обоих своих помощников за горячим спором.

— Там по-прежнему никто не отвечает, — заявил Питер. — Не двигайтесь отсюда, я пойду позвоню по телефону.

Он дошел до аптеки, из которой уже звонил сегодня ночью в свое агентство. Зайдя в кабину, набрал номер телефона квартиры Дунса, но ему никто не ответил. Он повесил трубку и позвонил в бюро импресарио, но с таким же результатом. Выйдя из аптеки, Питер зашел в магазин, купил шоколад и сигареты и пошел к Джемсу с Майком, которые уже спокойно беседовали, стоя около машины. По дороге он принял решение и, подойдя к ним, сказал:

— Майк останется здесь, чтобы продолжать наблюдение. Если Дунс появится или выйдет из дома, необходимо сразу же наложить на него лапу и во что бы то ни стало привезти его в агентство, добровольно или силой, это не имеет значения. Джемс же отправится со мной,..

Оставив Майка на его наблюдательном посту, они сели в машину и, когда Джемс уже устроился за рулем, Питер распорядился:

— Парк-авеню, 312, и как можно скорее.

Джемс вел машину на такой скорости, как будто участвовал в ралли. Они быстро добрались до цели и остановились перед роскошным зданием. Вышли из машины и сразу же подошли к двери. Питер поискал дощечку с именем миссис Велч и нажал на кнопку. Ответа не последовало. Они начали уже терять терпение, когда дверь открылась. Пройдя через холл, поднялись на третий этаж и позвонили. Дверь им открыла симпатичная горничная с грустным лицом. Глаза у нее были красные, как будто она долго плакала. Питер ласково улыбнулся ей и осторожно спросил:

— Мы очень просим извинить нас за столь раннее посещение. Скажите, пожалуйста, может ли миссис Велч принять нас? Это по поводу мисс Мурки.

Молодая женщина широко распахнула дверь и испытующе посмотрела на Питера. Опустив глаза, она пробормотала глухим голосом:

— Миссис Велч не сможет больше принять вас, господа. Она только что умерла...

Питер подавил готовое вырваться проклятие. Ему стало уже надоедать то обстоятельство, что люди, которые были ему нужны, или исчезали, или умирали и как раз в самый неподходящий момент. Но все же ему удалось внешне сохранить спокойный вид, и он продолжал:

— Я очень огорчен, мисс. Я провожу расследование относительно наследства, которое очень интересовало мисс Мурки. Может быть, вы смогли бы дать мне некоторые сведения, которые я думал получить у вашей хозяйки?

Молодая женщина бросила на него заинтересованный взгляд и посторонилась, чтобы пропустить их.

— Заходите, господа, — сказала она. — Если я смогу быть вам полезной, я сделаю это с удовольствием.

Питер вошел в роскошный холл, а за ним следом и Джемс, который, не зная, что делать со своими длинными руками, засунул их в карманы пиджака. Горничная провела их в маленькую комнату, которая, вероятно, служила им бельевой, и освободила два стула для своих посетителей. Сама же она села на большой тюк с бельем и быстро одернула юбку, смущенная пристальным взглядом Джемса.

Ласковым тоном Питер начал свои расспросы:

— Ваша хозяйка болела уже давно?

Горничная тяжело вздохнула и ответила, покачав головой:

— Да, сэр. Более чем пять лет, она ведь была совершенно парализована. Сегодня ночью у нее был очень тяжелый приступ. Ее сердце было в скверном состоянии... Мы вызвали ее врача. Она умерла, когда врач находился возле нее, и ему все же не удалось ее спасти...

Питер сочувственно покачал головой и продолжал:

— Я предполагаю, что вы также неожиданно теряете свое место, мисс...

— Ани, — представилась она. — Да, конечно. Я буду теперь вынуждена искать себе другое место.

Взгляд Питера сделался еще благожелательнее. С большой теплотой в голосе он стал уверять ее:

— Я, вероятно, смогу помочь вам, и я это сделаю с удовольствием.

Глаза горничной стали влажными, и она пробормотала с признательностью:

— Вы очень добры, сэр.

Питер стал уже более уверенно задавать свои вопросы

— Вы сами-то хорошо знали мисс Мурки?

Горничная слегка покачала своей красивой головкой и ответила:

— Ну конечно, мисс Мурки была в распоряжении миссис Велч как компаньонка. Она находилась около нее приблизительно в течение одного года.

— Но вы сами общались с ней? — спросил Питер.

Молодая женщина отрицательно качнула головой.

— Нет, сэр. Сама мисс Мурки считала нас прислугой и классом ниже ее по положению. Мы с ней почти не разговаривали, а если и приходилось, то только о делах.

У Питера вытянулось лицо. Он продолжал, но уже с ироническим настроением:

— Это на самом деле очень неприятно. Я думал, что вы сможете рассказать мне о привычках мисс Мурки и о лицах, с которыми она обычно общалась.

У горничной вырвался огорченный вздох.

— Я действительно не могу вам ничего больше сказать, сэр. Мне очень жаль, поверьте...

Питер поинтересовался:

— А нет ли кого-нибудь в этом доме, кто смог бы дать мне нужные сведения?

— Нет, сэр. Здесь никто не любил мисс Мурки, и она вообще не любила говорить о себе...

Питер встал, Джемс поднялся следом за ним. Питер продолжал свою роль и проговорил, обращаясь к горничной:

— Тем не менее я вам все равно очень благодарен. Я обязательно займусь вами, как и обещал.

Они вернулись в вестибюль. В тот момент, когда горничная открывала им дверь, чьи-то шаги заставили их одновременно обернуться назад. На лице Питера отразилось живейшее удивление, и странный огонек зажегся в его глазах...

Доктор Энтони Батер, а это был именно он, тотчас же узнал Питера и, не выказывая каких-либо эмоций, протянул ему руку и поприветствовал его как старого знакомого:

— Как вы поживаете, мистер Ларм? Мне пришлось сейчас провести здесь несколько очень неприятных часов, — сказал он.

Они вместе вышли из квартиры. На лестнице Питер спросил безразличным тоном:

— Это вы, доктор, лечили миссис Велч?

Морща лоб, доктор Батер прямо посмотрел на Питера и совершенно просто ответил:

— Обычно нет. Но это была старая приятельница моей семьи, и меня вызывали к ней в моменты опасности, когда у нее бывали тяжелые сердечные приступы. Сегодня утром я пришел слишком поздно, ее сердце было совершенно изношено, я ничем не мог ей помочь.

Они остановились. Джемс немного отошел от них, а Питер спросил равнодушным тоном:

— А вы знали, что мисс Мурки была нанята вашей клиенткой как компаньонка?

Доктор Батер казался изумленным. Его глаза округлились за очками, и он ответил:

— Я даю вам слово, что не знал этого. Когда мисс Мурки находилась у меня на службе, я помню, что на некоторое время я посылал ее ухаживать за миссис Велч. Но после того как она покинула мою клинику, она, вероятно, воспользовалась этим обстоятельством, чтобы занять место компаньонки.

Наступила пауза. Он пристально смотрел на Питера. Детектив хранил молчание, и врач с живостью спросил:

— Так поэтому вы и пришли сюда?

— Да, — ответил Питер. — и вы должны понять мое удивление, когда я увидел вас здесь.

Хирург слегка улыбнулся и не без лукавства продолжал:

— Я надеюсь, что по этому случаю вы не внесете меня в графу подозреваемых?

Питер засмеялся.

— Кто знает, доктор? — ответил он сквозь смех.

Он протянул широко раскрытую ладонь врачу, который так же от души смеялся.

— Простите меня, я убегаю.

Он кристально посмотрел на доктора и присоединился к Джемсу, машинально назвав ему адрес одной ежедневной газеты. Джемс тут же тронулся с места.

Была половина десятого, когда Питер вышел из редакции газеты. Он вскочил в машину и скомандовал Джемсу:

— В агентство.

На лице Питера играла довольная улыбка. Он возлагал большие надежды на идею, пришедшую ему в голову. Редактор и владелец газеты, к которому он обратился, был его старым другом, всегда готовым услужить ему. Питер передал ему фотографию мисс Пантер и просил поместить ее на первой странице газеты в сопровождении текста, который тут же продиктовал ему.

Будучи совершенно уверенным в том, что существовало две мисс Пантер, Питер логично предполагал, что живая мисс Пантер должна была скрываться в каком-нибудь уголке Соединенных Штатов Америки. Газета, в которую он обратился, была очень распространена по всей территории Америки, и он надеялся, что эта особа обязательно увидит свой портрет на первой странице. Если она действительно была виновной, она, несомненно, захочет избежать опасности быть обнаруженной, раз объявлен ее розыск, и она, безусловно, захочет изменить свою внешность. Пластическая операция ей уже была знакома, и было разумно предположить, что она снова захочет воспользоваться такой же возможностью...

Они быстро проехали по 52-й улице, и Джемсу без труда удалось припарковать свою машину около дома номер 88, в котором размещалось агентство.

Они нашли Флосси занимающейся наведением красоты. Рядом с пишущей машинкой стояла пустая бутылка. Молодая женщина сразу же заявила:

— Звонила миссис Мак-Линен. Она сказала мне, что вынуждена была отсутствовать несколько дней, но что она распорядилась, чтобы нам был прислан чек сегодня утром. А также просила вас продолжать следствие до конца.

Питер никак не реагировал и не отвечал, прошел в свой кабинет, сел в кресло, снял телефонную трубку и набрал номер. Его сразу же соединили, и, когда на другом конце провода сняли трубку, он проговорил:

— Я хотел бы поговорить с доктором Ватером.

Он подождал несколько секунд и, услышав голос врача, сказал:

— Питер Ларм у телефона. Простите, доктор, что я вынужден снова побеспокоить вас. Я понял, почему мисс Пантер прибегала к вашим услугам. В номере участвовали две женщины, очень похожие друг на друга. Та, которая умерла, вне всякого сомнения, была убита своей партнершей по причине, которая от меня пока ускользает. Через несколько часов в прессе будет опубликована фотография мисс Пантер с соответствующим текстом и с просьбой ко всем помочь обнаружить ее. Я, конечно, рассчитывал также этим актом толкнуть ее на то, чтобы она обратилась к хирургу-косметологу, который бы изменил ей лицо. Теперь я попрошу вас помочь мне... Я хочу, чтобы вы предупредили всех своих собратьев по профессии, а их не так уж много, если к ним обратится с подобной просьбой молодая женщина, пусть они немедленно известят об этом вас...

Наступила короткая пауза. Доктор Батер кашлянул и ответил:

— То, о чем вы просите меня сейчас, немного несбыточно. Вы забываете, что мы все связаны по рукам и ногам профессиональными секретами...

Питер спокойно возразил:

— Я это прекрасно знаю, дорогой доктор. Но я оказал вам услугу со своей стороны тем, что хранил и храню молчание относительно той роли, которую вы играли во всей этой истории, и я подумал, что и вы также могли бы теперь помочь мне в моей работе...

Врач немного помолчал, как бы обдумывая предложение, потом ответил без всякого энтузиазма:

— Хорошо, я выполню то, о чем вы меня просите, мистер Ларм. Но я считаю бесполезным повторять вам, что я настаиваю на том, чтобы никто больше не знал об этом.

— Это уже договорено, доктор. Вы всегда можете рассчитывать на меня...

Питер повесил трубку, откинулся назад в своем кресле, достал из кармана плиточку шоколада, которую стал медленно развертывать...