Глава 6 Оценка последствий

Проходя стадии признания, мы словно протираем зеркало и постепенно все лучше видим в нем себя. (В книге «Нелюбимая дочь» эти стадии названы открытием и осмыслением.) Каждый человек ограничен рамками самовосприятия, и, хотя физические и личностные границы проницаемы, наше понимание реальности всегда основывается на индивидуальных особенностях и устоявшихся представлениях, а также на общих для всех людей сдерживающих факторах. Причина в том, как работает наш мозг. Нам хочется думать, что он действует как своего рода видеокамера, однако это не так: отсюда печально знаменитое «Врет, как очевидец». Наши органы восприятия в любой момент времени, особенно в периоды стресса, атакует слишком много раздражителей, поэтому мозг выхватывает и выбирает лишь некоторые из них и собирает мысленную картину произошедшего. Обратили внимание на слово «собирает»? Любое воспоминание похоже не столько на фотографию, сколько на коллаж, созданный мозгом. И это относится ко всем нашим воспоминаниям.

Кроме того, наши попытки сосредоточиться на определенном переживании парадоксальным образом ограничивают то, что мы видим. Это явление называется «слепотой невнимания». В своей статье и книге «Невидимая горилла»⁸ Даниэл Саймонс и Кристофер Шабри показали, насколько ограничены наши возможности восприятия, когда мы сосредоточены. Экспериментаторы предлагали участникам исследования посмотреть видеозапись баскетбольного матча и сосчитать количество передач или отскоков мяча; через несколько секунд видео среди игроков появлялся человек в костюме гориллы. Больше половины испытуемых не заметили гориллу, поскольку сконцентрировались на подсчетах. Вероятно, вы думаете, что уж точно увидели бы гориллу, но другие эксперименты продемонстрировали тот же результат.

Однако это не значит, что из-за особенностей работы мозга мы никогда не сможем увидеть в истинном свете себя или свои переживания. Для этого надо лишь протереть зеркало, и в нем отразится то, как повлиял на нас опыт детства. Возможно, вы считаете, что ваша личность предопределена с рождения и вы действуете и реагируете определенным образом, потому что вы — это вы. На деле все несколько сложнее. С первых дней и до конца третьего года жизни мозг ребенка полностью открыт для влияния жизненного опыта. Мы не рождаемся «чистой страницей» — ряд наших черт заложен в нас генетически, но тем не менее, согласно данным науки, механизм влияния играет огромную роль.

В этой главе рассматриваются вопросы, которые могут возникнуть у вас на этапах исправления своей жизни и исцеления. Часть этой информации содержится в книге «Нелюбимая дочь», но прелесть формата вопросов и ответов в том, что он позволяет мне преподнести ее в несколько ином виде и сделать более конкретной и актуальной с точки зрения того, что вам интересно именно сейчас.

46

Что такое ненадежный стиль привязанности? Как он влияет на меня?

Давайте начнем с определения понятия и будем в дальнейшем отталкиваться от него. Теория привязанности, предложенная Джоном Боулби и развитая Мэри Эйнсуорт, Мэри Мэйн и другими учеными, за последние 60 лет была подтверждена огромным и разнообразным массивом исследований. В настоящее время ученые выделяют три разновидности ненадежной привязанности, возникающей у ребенка в ответ на отношение к нему его основного попечителя. (Все они противопоставляются надежной привязанности.) Людям с ненадежным стилем привязанности трудно контролировать свои эмоции и успокаиваться в моменты стресса, но их поведение и представления о том, как строятся отношения между людьми, разнятся. Эти неосознанные представления о мире, взаимоотношениях и людях формируют их поведенческие схемы и реакцию на других людей. Читая описание разновидностей ненадежной привязанности, принимайте во внимание, как вы реагируете в большинстве случаев.

Тревожная привязанность

Для представительниц этого типа характерно низкое мнение о себе, но высокое о других. В действительности они нуждаются в тесных связях с людьми и стремятся к ним, но их тревожность и склонность слишком остро на все реагировать и все усложнять мешают им. Тревожность определяет большинство их действий: они постоянно сомневаются в себе, болезненно чувствительны к признакам отторжения или нелояльности и склонны к беспокойству и зацикливанию. Неспособность справиться с эмоциями — главное препятствие на их пути, хотя сами они вряд ли это понимают. Скорее всего, эти женщины считают, что просто такими родились. Но это не так. Их такими сделали.

Тревожно-избегающая привязанность

Как и в предыдущем случае, женщина с таким типом привязанности не властна над своими эмоциями — это не она управляет ими, а они ею. В данном случае движущей силой является страх, прежде всего страх, что ей причинят боль, бросят или отвергнут. Женщина также низкого мнения о себе и высокого о других, но легко пугается и убегает при первом признаке проблем в отношениях, которых обычно не приходится долго ждать. Она хочет отношений, но в силу своего детского опыта боится эмоциональной боли, которую считает неизбежной платой за близость. В результате женщина вечно находится «на низком старте».

Избегающе-отвергающая привязанность

Такая нелюбимая дочь заметно отличается от представительниц двух предыдущих типов, потому что имеет высокое мнение о себе и низкое о других. У нее наибольшие шансы иметь выраженные нарциссические черты, тогда как двум другим обычно не хватает здорового самоуважения. Крейг Малкин в своей книге «Переосмысливая нарциссизм» называет это свойство «эхоизмом». (Больше об этом читайте в ответе на вопрос № 50.) Избегающе-отвергающая личность остается над схваткой, и если и состоит в отношениях, то исключительно на своих условиях, сохраняя полный контроль. Большинство ее связей неустойчивы, сама она воспринимает себя изолированно от других людей.

Помните, что вам надо ориентироваться на описание, которому вы соответствуете в большинстве случаев. Как видно, каждый из этих стилей привязанности по-своему проявляется в реальной жизни, предопределяя чрезвычайно характерное поведение и результаты отношений. При этом, конечно, роль играет и стиль привязанности человека, с которым вы находитесь в близких отношениях. Например, тревожно-избегающая личность, связавшаяся с избегающе-отвергающей, может испытывать страх, свойственный тревожному типу ненадежной привязанности.

47

Можно ли изменить свой стиль привязанности?

Безусловно! В результате возникает то, что называют «приобретенная надежная привязанность». Знайте, что, по мнению некоторых специалистов, стиль привязанности определяется способностью контролировать отрицательные эмоции или управлять ими. Люди с ненадежной привязанностью испытывают с этим серьезные проблемы и приспосабливаются путем использования дезадаптивных механизмов, например отгораживаются эмоциональной стеной или отрицают собственные чувства (избегающий тип) либо отдаются во власть бурных эмоций (тревожный тип). Им также не хватает эмоционального интеллекта, включающего способность идентифицировать свои эмоции, отличать одну от другой, достаточно верно определять эмоции других людей и использовать эмоции для обоснования и направления своих мыслей. Эти навыки можно выработать и развить, работая с опытным психотерапевтом, а также путем самопомощи. Но, поскольку стиль привязанности носит неосознанный характер, сначала нужно осознать, почему и как вы действуете и реагируете.

Как изменить свой стиль привязанности? В отношениях — так же, как вы его когда-то приобрели. Это возможно во взаимодействии с любым человеком, рядом с которым вы чувствуете себя в безопасности и которому доверяете, — психотерапевтом, наставником, супругом или возлюбленным, близким другом или подругой. Повторюсь, именно опыт тесных взаимоотношений бросает вызов вашим глубинным неосознанным установкам и позволяет адаптироваться. Но можно пойти и другим путем, опираясь на «острова безопасности» — людей, которые хорошо относились к вам в детстве.

Для обретения надежной привязанности ключевую роль играет «обеспечивающая безопасность база» — человек, на которого вы можете положиться, вследствие чего оказываетесь способны к личностному росту, изучению мира и преодолению трудностей, как показало исследование Брук Фини и Роксаны Траш. В их работе описываются три разновидности «обеспечивающей безопасность базы»: (1) некто, поддерживающий исследование новых задач и всегда готовый поддержать и прийти на помощь; (2) некто, не препятствующий исследованию; (3) некто, поддерживающий исследование и вдохновляющий к нему.

Начав извлекать на свет свои неосознанные представления об отношениях и людях, вы сможете заняться изменением этих представлений. Прекрасная новость: их можно заменить новыми сценариями. Насколько это круто? (Барабанная дробь в честь нашего замечательного мозга!) Все, что было вами усвоено и закодировано в мозге, может быть переписано, после того как вы это осознали. Предположим, ваш основной стиль привязанности — тревожный. Вы крайне чувствительны даже к малейшему намеку на критику, реактивность и привычка держать оборону мешают вам в профессиональной и личной жизни. Теперь вы осознаете, что ваша болезненная чувствительность во многом вызвана тем, что происходило с вами в детстве: в родительской семье к вам постоянно придирались, а мать имела привычку внушать вам чувство неполноценности. Став взрослой, вы понимаете, что ваш внутренний радар постоянно настроен на причины ваших эмоциональных реакций, никак не связанные с сегодняшним днем, и начинаете вырабатывать стратегии избавления от этих автоматических откликов и замены их более здоровыми реакциями. Частью процесса исцеления становится обнаружение «обеспечивающей безопасность базы» в вашей жизни — людей, с которых вы можете брать пример.

48

Может ли эмоциональное или вербальное насилие, перенесенное в детстве, вызвать ПТСР?

Имейте в виду, что поставить диагноз «посттравматическое стрессовое расстройство» может только врач-психиатр, это не то, что можно диагностировать у себя самостоятельно. Обычно ПТСР связывается с физической или сексуальной травмой, но некоторые специалисты, например Мартин Тайчер, предположили, что эмоциональное насилие также может вызвать ПТСР, особенно в детстве. Диагностические критерии Национального центра по изучению ПТСР включают воздействие на личность следующих факторов: смерть, угроза смерти, серьезное телесное повреждение или его угроза, сексуальное насилие или его угроза — в случаях, когда личность непосредственно подверглась воздействию указанного фактора, или стала свидетелем причинения травмы, или узнала, что травмирован родственник или близкий друг, или подверглась косвенному воздействию, обычно в ходе выполнения профессиональных обязанностей (имеются в виду сотрудники служб оперативного реагирования, врачи).

За дальнейшими разъяснениями я обратилась к Джозефу Бурго, психотерапевту с более чем 30-летним стажем, автору книг «Стыд» (Shame) и «Осторожно, нарцисс!»⁹. Он ответил: «Любой опыт, превосходящий ваши возможности восприятия, переполняющий эмоциями, которые вы в какой-то момент не в состоянии вынести, может вызвать ПТСР. Так что я отвечу: "Да". Маленькие дети, подвергающиеся регулярному эмоциональному насилию со стороны родителей, почти всегда получают травму, и у них быстро развиваются симптомы ПТСР. Эти симптомы могут стать устойчивыми и сохраниться на всю жизнь. Скорее всего, они окажут определяющее воздействие на личность взрослого человека и всю его дальнейшую судьбу».

Доктор Бурго объяснил, что расхожее представление о ПТСР довольно заметно отличается от медицинского определения: «Посттравматическое стрессовое расстройство — это намного больше, чем плохие воспоминания, преследующие вас, печаль или боль от того, что происходило с вами в детстве. Симптомы ПТСР обычно включают повторное переживание одного или более травмирующих событий, избегание всего, что может спровоцировать подобные воспоминания, и повышенную возбудимость, в том числе нарушения сна, проблемы с вниманием, сверхбдительность и раздражительность. Чтобы избавиться от ПТСР, обычно требуется профессиональная помощь. Лечение строится вокруг методов когнитивной поведенческой терапии, которые учат вас управлять тревожностью и вырабатывать более здоровые формы реакции на стресс и травмирующие воспоминания».

49

Почему я все время боюсь, что значимые для меня люди отвергнут или бросят меня?

Такой страх имеет название — чувствительность к отвержению. Это одно из последствий пережитого в детстве, часть «наследства» многих нелюбимых дочерей, получивших в раннем детстве сокрушительный удар, когда они были отвергнуты матерью, тем самым человеком, который, казалось бы, должен был любить и поддерживать их. Уверяю вас, все люди боятся быть отвергнутыми, отвержение разбивает любое сердце, и никто не может сдержать слез, когда им пренебрегают. Однако люди с надежной привязанностью — выросшие в любви или, по крайней мере, получившие достаточно любви в детстве, не верят, что отвержение неминуемо и может произойти в любой момент. Они склонны ожидать, что другие будут им рады, что их примут. Это помогает быстрее восстанавливаться после ударов — утраты дружбы, распада брака, увольнения и т.п., и воспринимать произошедшее как некую аномалию. Иначе обстоит дело с нелюбимой дочерью, чувствительной к отвержению. К сожалению, ее реакция заметно отличается от того, как реагирует человек с надежным стилем привязанности.

Люди, имеющие тревожную привязанность, всегда настороже, всегда в поисках признаков того, что любимые или близкие люди готовы бросить или отвергнуть их. Это заставляет их обращать внимание на незначительные детали и зацикливаться на них («Почему он не позвонил мне в одиннадцать, как обещал?»); усматривать особый смысл в ситуациях, в которых его могло и не быть («Она никогда не отвечает на мои мейлы, наверное злится на меня»); а также неоправданно бурно реагировать на воспринятые сигналы, к тому же неверно их интерпретируя («Когда я заметила на улице свою сослуживицу и помахала ей, она мне не ответила, значит, она терпеть меня не может»). Подсознательно они убеждены, что будут отвергнуты (потому что ни на что не годны, не заслуживают любви и т.п.), и их поведение часто отражает именно эту убежденность, а не реальную ситуацию. Такой женщине не приходит в голову, что у приятеля или мужа могли возникнуть срочные дела, помешавшие позвонить в одиннадцать, что подруга просто подумала, что это письмо не требует ответа, а коллега вообще ее не заметила. Нет, в силу изначальных убеждений все происходящее интерпретируется в свете отвержения.

К сожалению, отношения с чувствительным к отвержению человеком выматывают и выводят из себя. Неудивительно, что эта особенность повышает вероятность того, что возлюбленный или подруга отвернутся от вас. Не каждый готов поддерживать отношения, которые вечно приходится выяснять, круглосуточно убеждать партнера в своей преданности и носиться с ним как курица с яйцом. Многие предпочтут вырваться из этого порочного круга, что лишь укрепит убеждения нелюбимой дочери.

Однако от усвоенного поведения можно отучиться, и первый шаг — осознать свою чувствительность к отвержению и покончить с ней раз и навсегда.

Найдите свои триггеры

Чувствительность к отвержению существует на бессознательном уровне, и, чтобы она не могла больше проявляться и разрушать вашу жизнь, ее нужно осознать. Если чувствуете, что у вас запускается эмоциональная реакция на какие-то слова или действия (или отсутствие ожидаемых вами слов и действий), остановитесь, посмотрите, послушайте. Заставьте себя взять эмоциональную паузу и объективно взглянуть на то, что вызывает вашу реакцию. Вы считываете сигналы? Неверно их интерпретируете? Проецируете? Будьте строги к себе.

Переоцените ситуацию и пересмотрите свое отношение к ней

Когнитивная переоценка позволяет воспринять ситуацию как менее угрожающую, не столь важную, какой она кажется в буре эмоций. Этот когнитивный процесс помогает управлять эмоциями в моменты стресса. Допустим, вы спорите со значимым для вас человеком, все ваши эмоциональные колокола бьют в набат, вы защищаетесь, испытываете тревогу, страх и, возможно, гнев одновременно. Когнитивная переоценка позволяет снизить накал страстей («Он не уйдет навсегда сию секунду; он просто расстроен») и сосредоточиться на ситуационных стимулах («Судя по языку его тела, он не собирается сказать, что между нами все кончено, он не избегает моего взгляда»), что поможет яснее увидеть ситуацию.

Проанализируйте свои представления о себе и других

Вы убеждены, что личность и черты характера неизменны? Или верите, что и те и другие пластичны и со временем могут быть изменены? Вопрос не праздный, потому что ваш ответ, как следует из работы Кэрол Дуэк, влияет на ваше поведение, степень чувствительности к отвержению и способность восстанавливаться после ударов судьбы, особенно если вас отвергли. Люди, убежденные, что личность пластична и может со временем меняться, способны дольше заниматься решением трудных задач, легче оправляются после неудач и быстрее приходят в себя, если их отвергли. Те же, кто верит, что личность неизменна, намного сильнее страдают от отвержения, потому что считают, что разрыв раскрывает горькую правду о них. Первые способны увидеть в разрыве новый опыт, заключающий в себе возможность личностного роста. Вторые страдают дольше и сильнее и склонны вычеркивать потерпевшие крах отношения из своей жизни, потому что, если о произошедшем станет известно, это может подтолкнуть и других людей к тому, чтобы отвергнуть их, поскольку привлечет внимание к имеющимся у них неискоренимым недостаткам.

50

Почему я никогда не достигаю своих целей? Почему всегда добиваюсь меньше, чем могла бы?

Потому что проще приукрашивать токсичное детство и считать его нормой — это позволяет сказать себе «что было, то прошло» и поздравить себя с тем, что вы это пережили, — чем оспорить его «нормальность». Из-за этого мы часто не видим, как прошлое проникает в настоящее. Множество исследований объясняет, почему некоторым людям относительно легко ставить перед собой цели и достигать их, а другие вечно оказываются в тупике. Наша неспособность процветать, быть счастливыми, а также успешно двигаться к поставленным целям уходит корнями в детство. Но большая часть соответствующих поведенческих схем или даже все они существуют на бессознательном уровне, и поэтому, не запустив процесс излечения от детских переживаний, мы можем неосознанно быть главным препятствием на своем же пути. Мы подсознательно саботируем собственные усилия, не понимая этого.

Вот несколько вариантов того, как вы можете мешать самой себе, из-за чего вам сложно ставить цели или достигать их.

Вами движет страх неудачи

Психологи Эндрю Эллиот и Тодд Трэш предложили теорию личности, основанную на том, нацелен ли человек на сближение или избегание. Чтобы объяснить ее, давайте прибегнем к метафоре восхождения на гору, хотя тут подразумевается любой жизненный вызов, с которым вы можете столкнуться. Когда вы смотрите на склон горы, какая первая мысль у вас возникает? Вы сразу начинаете думать, как на него взобраться, сосредотачиваетесь на необходимой подготовке и навыках? Вы предвидите возможные препятствия и продумываете альтернативные планы, тем не менее испытывая эмоциональный подъем при мысли о покорении вершины? Если да, то вы ориентированы на сближение. Напротив, если одна мысль о восхождении вызывает у вас страх и уверенность в том, что вы потерпите неудачу, то вы ориентированы на избегание.

Нередко дочери очень критичных или требовательных матерей бегут от трудностей, потому что привыкли к тому, что за неудачу приходится платить. Исследования показывают, что некоторые родители передают страх неудачи своим детям. А дочь выраженно нарциссичной матери может бояться стыда и превращения в козла отпущения вследствие своего провала, даже если знает, что успех сулит ей внимание матери и другие бонусы. Если низко ставить планку, можно избежать провала, и многие нелюбимые дочери хронически не реализуют свой потенциал. Судя по примерам из жизни, середины, похоже, не существует — только успешность или ее противоположность.

Подумайте, какой стимул является для вас преобладающим — сближение или избегание — и почему. Продуктивен ли ваш подход? Честный ответ на этот вопрос поможет продвинуться вперед.

Вы постоянно сомневаетесь в себе

Если все детство вам рассказывали о ваших недостатках, то нет ничего удивительного в том, что, выйдя во взрослую жизнь, вы все время сомневаетесь: может быть, мать была права насчет вас? И никакие достижения не могут избавить вас от этих сомнений. Из-за них вы можете иметь склонность зацикливаться — мысленно ходить по кругу, обдумывая одно и то же, что мешает принимать важные решения и делать выбор, а также достигать поставленных целей. Кроме того, высока вероятность, что вам свойственен так называемый синдром самозванца — неотвязное чувство, что вы фальшивка и вас вот-вот разоблачат, любые ваши достижения не следствие усилий и талантов, а всего лишь случайность. (Больше об этом читайте в ответе на вопрос № 57.) Это также может вылиться в самобичевание, о чем мы поговорим далее.

Сомнения в себе совсем не то же самое, что критическая и беспристрастная оценка своего прогресса в достижении цели; первые очень личностны и сосредоточены на ваших недостатках, а вторая носит аналитический и объективный характер. Научитесь различать дурную привычку и полезный самоанализ. Записывайте свои цели, разбивайте их на шаги, ставьте сроки и оценивайте прогресс, как будто наблюдая за ним со стороны.

Сомнения в себе — результат ненадежной привязанности; найдите способы сладить со своими тревогами. В этой книге и в «Нелюбимой дочери» есть упражнения, которые помогут вам.

Вы вечно себя критикуете

Когда в вашей жизни не все ладится или вы ошибаетесь, вините ли вы в этом себя и свои недостатки и слабости или стараетесь смотреть на произошедшее шире? Самобичевание — это привычка объяснять неудачи или неверные шаги своими предполагаемыми несовершенствами, например: «Неудивительно, что он порвал со мной. Кто вообще захочет жить с такой?» Или: «Естественно, я не получила работу. Кому придет в голову нанимать меня, если можно взять привлекательного и расторопного человека вместо неповоротливой клуши?» Чрезмерная самокритичность также связана с синдромом самозванца, поскольку люди, склонные к чрезмерной самокритичности, не только обвиняют себя во всех своих неудачах, но и не могут воздать себе должное за упорный труд.

Опять-таки, если вы ругаете себя за сделанные или несделанные шаги, за ошибки и промахи или неверный подход, это не самобичевание. Останавливайте себя, если скатываетесь в жесткую самокритику, и осознайте, что это просто старая привычка, от которой нет никакой пользы.

Вы не доверяете собственному восприятию

Многим нелюбимым дочерям внушается, что они неправильно поняли сказанное, не способны понять шутку, «слишком чувствительны» или «вечно все драматизируют». Если в родительском доме любили делать подобные замечания, скорее всего, вы успели в это поверить. Привычка сомневаться в себе, в том, что вы верно воспринимаете происходящее, заставляет отказываться от попыток попробовать себя в новом деле или расширить горизонты. Перепроверьте свои ощущения, спросив себя, достижима ли поставленная цель, имеются ли у вас необходимые навыки и адекватны ли ваши планы. Если ответ на любой из этих вопросов отрицательный, остановитесь и либо переформулируйте цель, сделав ее реалистичной, либо найдите другие способы ее достижения.

Опять-таки поймите, откуда взялась эта старая установка.

Вы не используете свои чувства для управления своими мыслями

Эффективная постановка и достижение целей отчасти зависят от эмоциональной и интеллектуальной выносливости в ситуациях, когда дела идут не так, как предполагалось, или вы терпите очевидный провал. Люди, наделенные эмоциональным интеллектом, способны использовать эмоции, чтобы усовершенствовать свое мышление и стратегии, особенно в моменты стресса. Это усвоенное поведение, которому и вы можете научиться, если постараетесь. Но конечно, нужно сначала научиться управлять своими чувствами, чтобы они, в свою очередь, управляли вашими мыслями. Эта тема будет рассмотрена далее.

Вы не контролируете свои эмоции

Люди, добивающиеся поставленных целей, не только хорошо владеют самомотивацией и планированием, но и управляют своими чувствами, сталкиваясь с препятствиями, трудностями или провалами. Нелюбимые дочери, когда что-то не ладится, склонны «слетать с катушек», потому что неудача подтверждает их худшие мысли на свой счет и их легко захлестывают неконтролируемые эмоции. Научитесь успокаиваться в такие моменты, чтобы ваш рациональный ум не блокировался негативом, — это залог успеха. Например, можете использовать визуализацию, если чувствуете, что вас начинают переполнять эмоции. Высокорезультативные люди демонстрируют выносливость в трудные времена, они способны перегруппироваться, придумать план Б и возобновить попытки. Вы также можете научиться этому, когда начнете лучше управлять эмоциями.

Вы эхоистка

Это понятие, предложенное и исследованное Крейгом Малкиным в книге «Переосмысливая нарциссизм», привносит новый аспект в рассматриваемый нами вопрос, особенно если ваш родитель (или оба) имел выраженные нарциссические черты. Доктор Малкин напоминает нам, что нарциссизм имеет спектр проявлений: представьте себе линию, идущую слева направо, — причем середина спектра соответствует здоровому самоуважению. Всем нам знаком нарцисс с правого конца спектра — зацикленный на себе, претенциозный, неспособный к эмпатии, рассматривающий других лишь как средство самовозвеличивания, но многие не знают о существовании эхоиста, находящегося на противоположном конце спектра. У этого человека отсутствует даже тень здорового самоуважения, он из тех, на кого смотрят, но не замечают.

Не каждая нелюбимая дочь становится эхоисткой. Ее поведенческие схемы складываются в ответ на обращение с ней матери, и некоторые паттерны материнского поведения чаще приводят к формированию эхоистической личности. Матери с выраженными нарциссическими чертами — внушающие детям, что они обязаны оставаться на мамочкиной орбите, делать то, что она требует, а то хуже будет, и всегда помнить, что угождать другим важнее, чем озвучивать собственные потребности и желания, — создают идеальную среду для воспитания эхоиста. Их дочери усваивают: чтобы понравиться матери, не открывай рта. Дочери воинственных или контролирующих матерей также запоминают, что откровенность выходит боком, и некоторые отстраняются от собственных чувств и мыслей, лишь бы их не трогали. Они приучаются к тому, что самое безопасное — не привлекать к себе внимания, и это подсознательное убеждение следует за ними во взрослую жизнь. Контролирующие матери с авторитарным стилем воспитания, многие из которых считают, что ребенка нужно жестко критиковать или обесценивать его достижения, иначе он «задерет нос», станет эгоцентричным, загордится или начнет «слишком много о себе понимать», также формируют эхоистов. Наконец, если стыдить ребенка за то, что он «слишком нежный», плачет или проявляет свои чувства, то есть надевать узду на его эмоции, то эхоизм становится для него способом самозащиты. Знание о полном спектре нарциссизма позволяет под новым углом взглянуть на проблемы нелюбимых дочерей в достижении и постановке целей.

Человек, не раскрывающий свой потенциал, обычно понимает, что ему не хватает самоуважения, уверенности в себе и что его приучили избегать неудач, но, если рассматривать проблему в свете эхоизма, то добавляется еще один нюанс. По мнению доктора Малкина, эхоист не хочет, чтобы его заметили, ему намного комфортнее в тени, где он чувствует себя в безопасности, — и нет лучшего способа для этого, чем оставаться неудачником.

Перечитайте приведенный выше список, определите свои неосознанные установки и разделайтесь с ними по очереди. Заново выстроенное и восстановленное самоуважение в сочетании с измененными поведенческими схемами станут надежным фундаментом для вашего будущего.

51

Что мне делать с проблемой доверия?

Признать ее и постараться понять, где коренятся ваши страхи — в прошлом или настоящем. Нет ничего удивительного, особенно в свете теории привязанности, что вам трудно верить людям, если ваша мать, человек, который, по мнению общества, должен был заслуживать максимального доверия с вашей стороны, ожиданий не оправдал. Исследования показывают, что больше всего проблем с доверием имеют люди с тревожной привязанностью и, более того, они демонстрируют наиболее дезадаптивную реакцию. Группа ученых под руководством Линдси Родригес и Энджелы Дибелло опросила студентов, среди которых 85% составляли женщины, и выявила гнетущую закономерность: люди с тревожной привязанностью чаще оказываются недоверчивыми и ревнивыми и действуют соответствующе — подслушивают или следят за партнерами, которых подозревают в неверности, и фактически применяют психологическое насилие. Если ваша реакция на эти результаты «Какой ужас!» — это нормально. Недоверчивость, как и чувствительность к отвержению, часто становится самосбывающимся пророчеством. Шпионя за партнером и проверяя его на «верность» (читая текстовые сообщения, электронные письма, следя за его доходами и расходами и применяя прочие методы слежки, словно позаимствованные из телесериалов), скорее получишь не желаемое подтверждение верности, а прямо противоположный результат. Если люди с надежной привязанностью доверяют партнерам и расставляют приоритеты в отношениях, то женщина с тревожным типом привязанности всегда действует рефлекторно, по-видимому в попытке защитить себя.

Признать, что ваши проблемы с доверием могут быть связаны с прошлым опытом, и оценить степень своей гиперреактивности — важная составляющая процесса исцеления. Научившись успокаиваться в моменты, когда вас охватывает паника, вы обезвредите старые поведенческие схемы. В спокойном, уравновешенном состоянии сядьте и задайте себе несколько важных вопросов:

• Мой партнер или подруга дали мне повод для недоверия?

• Что произойдет, если я озвучу свои страхи или сомнения, задав ему (ей) прямой вопрос?

• Могу ли я остановить нарастающий вал мыслей и чувств, найдя их первоисточник?

• Могу ли я точно определить, чего именно боюсь, что питает мое недоверие или ревность?

• В какой мере моя реакция обусловлена настоящим? А прошлым?

• Скольким людям, знакомым мне по взрослой жизни, действительно не стоило доверять? Сколько среди них заслуживали доверия? Не просматривается ли за моей реакцией скрытая тенденция?

52

Насколько широко распространен газлайтинг?

Я не владею статистикой на этот счет, но, судя по рассказам, многие нелюбимые дочери сталкивались в детстве с газлайтингом. Случилось это и со мной, и я ужасно мучилась, не понимая, кто из нас сходит с ума. Понятие «газлайтинг» обязано своим появлением популярной пьесе 1930-х гг.¹⁰, по которой в 1944 г. был снят фильм с Ингрид Бергман в главной роли. Под газлайтингом понимается манипулирование человеком, настолько эффективное, что жертва начинает сомневаться в своем восприятии реальности. Чаще всего этот прием используется в контексте отношений между взрослыми, но в действительности, если мать не любит ребенка — независимо от того, является ли она отвергающей, недоступной, ненадежной, воинственной или эгоцентричной, — газлайтинг часто становится элементом и детско-родительских отношений. Это насилие особого типа, оставляющее след в психике.

Отношения родителя и ребенка совершенно не равноправны. Вся власть находится в руках взрослого, и хотя от этой мысли становится не по себе, но где есть власть, там есть и возможность злоупотреблять ею. Мать не только контролирует маленький мир, в котором живет ребенок (она устанавливает правила и распорядок, от нее зависит, будет ли этот мир стабильным или хаотичным, радующим или пугающим), но и, по замечанию Деборы Таннен, диктует способ интерпретации жизненного опыта и событий в этом мире. Это дает широкий простор для газлайтинга, особенно в силу того, что именно мать учит ребенка пониманию мира.

Есть горькая ирония в том, что тот самый человек, который обязан помочь вам постичь реальность — овладеть нужными навыками, научиться контролировать эмоции, увериться в собственной ценности и состоятельности, — может в действительности подрывать основы вашего «я» и мировосприятия. Однако именно этим и занимается нелюбящая мать. Манипулировать взрослым очень непросто, а вот ребенком, к сожалению, так же легко, как с горки скатиться. Не требуется особых усилий, чтобы заставить недолюбленного и неуверенного в себе ребенка сомневаться в собственной реальности. Представьте себе большого и маленького (высокий, громогласный родитель и маленький, едва шепчущий ребенок) участников следующих событий:

• Дочь несет в столовую тарелку с едой и роняет ее; тарелка разбивается, все рассыпается по полу. Дочь отмечает, что тарелка скользкая, в этом причина случившегося. Мать говорит иное: «Ты сделала это специально. Почему ты вечно стараешься меня разозлить?»

• Старший брат тиранит младшую сестру, та плачет и просит мать вмешаться. Мать отвечает: «Как только ты перестанешь его раздражать, он перестанет драться».

• Дочь идет по улице с матерью, она счастлива, как вдруг слышит: «Хватит скакать! Разве нельзя идти нормально? Из-за твоих прыжков у меня каблуки подворачиваются на камнях, ты портишь мне обувь. Тебе обязательно все портить?» (Это фраза из моего собственного детства, перевод с голландского.)

• Дочери сказано, что, если она будет играть тихо, не мешая мамочке работать, та сводит ее поесть мороженого. Ребенок полдня играет, затем спрашивает мать, когда они пойдут за мороженым. Ответ: «Я не обещала тебе никакого мороженого». Кода дочь возражает, мать просто приказывает: «Прекрати выдумывать. Никто не любит врушек».

Спросите себя, использовался ли газлайтинг вашей матерью, отцом или другим человеком для того, чтобы манипулировать вами.

Поскольку цель газлайтинга — контроль, некоторые матери могут тем более активно прибегать к нему, когда дочери начинают возражать, оспаривать их видение событий и верить собственному восприятию. Это, безусловно, происходило в моем случае, хотя работало все хуже по мере того, как я становилась старше, а в мои взрослые годы превратилось у матери в раздражающую привычку, которую приходилось терпеть. Когда я ловила ее на вранье, особенно если у меня был свидетель, она отрицала, что говорила это, или заявляла, что ее неправильно поняли.

Не подлежит никакому сомнению: газлайтинг — это эмоциональное и вербальное насилие. Как и другие формы вербальной агрессии, он влияет на развитие мозга и психику ребенка. Кстати говоря, взрослые нелюбимые дочери распознают газлайтинг и, как бы это ни выматывало, перестают реагировать на него так, словно сказанное — правда. Газлайтинг и травля козла отпущения часто идут рука об руку, особенно если в схеме отношений присутствуют братья и сестры. Повторюсь: помните, что это не что иное, как манипуляция. Не позволяйте другим управлять собой; это одно из преимуществ положения взрослого по сравнению с ребенком.

53

Если меня вырастила нарциссичная мать, обречена ли я всю жизнь страдать от тревожности и депрессии?

Я обратилась к доктору Джозефу Бурго, чтобы узнать его мнение по этому вопросу, и вот вам хорошая новость: «Не обязательно. Все зависит от того, как развиваются другие эмоциональные ресурсы ребенка. Любящий, настроенный на ребенка отец может в какой-то степени компенсировать недостатки матери. Однако воспитание нарциссичной матерью часто заканчивается для человека депрессией, возникающей из-за отсутствия любви и ощущения, что ты ее не заслуживаешь. Человек, растущий в убеждении, что получить любовь (или то, что за нее сходит), можно, только если соответствовать ожиданиям, боится, что она не продлится долго. Такой человек испытывает по поводу своих отношений тревогу и неуверенность».

Доктор Бурго советует обратиться к тому, что другие специалисты называют «островами безопасности», — к людям, опираясь на которых можно выстроить надежную привязанность уже во взрослом возрасте. Самое главное, что никто не обречен навсегда оставаться заложником своего детства. Я спросила у доктора Бурго, как можно справиться с тревожностью и депрессией, и он ответил: «Мы не можем изменить того, что случилось с нами в прошлом, но всегда можем создать на месте старых новые, счастливые воспоминания. Для этого нужно выстроить более здоровые отношения. Поняв, что мы неосознанно выбираем друзей и партнеров, относящихся к нам так же, как относилась в детстве нарциссичная мать, и осознав свои поведенческие схемы, возможно оправданные в прошлом, но мешающие в настоящем, мы можем начать вести себя иначе. Нам под силу сделать выбор в пользу общения с людьми, действительно способными к эмпатии, и они будут обращаться с нами так, что мы начнем лучше относиться к самим себе. Ощущая заботу и уважение со стороны значимых для нас людей, мы можем далеко продвинуться на пути исцеления от тревоги и депрессии, доставшихся нам в наследие от прошлого».

54

Почему я так злюсь из-за того, что это случилось со мной? Можно ли справиться с этим гневом?

Мои читательницы часто спрашивают меня о гневе. Это объяснимо, ведь гнев может сыграть положительную роль, когда дочь начинает видеть и понимать, как повлияло на нее детство, но со временем он становится очередной проблемой. Я прекрасно помню это по собственному опыту. С 20 до 30 лет я была крайне обозленной молодой женщиной, всегда в обороне, всегда готовой к саркастическому ответу. Задним числом я понимаю, что на людях мне было проще быть злой, чем показать свой страх и неуверенность. В то время я не связывала гнев со своим детским опытом, но теперь ясно вижу, откуда он происходил.

Гнев нелюбимой дочери проявляется тогда, когда она начинает понимать, как отношение со стороны матери и опыт жизни в родительской семье повлияли на нее. Когда осознание наконец приходит к ней и возникает потребность спастись, защитить себя от нападок матери, первой реакцией часто становится гнев, и в такой момент это даже хорошо. Он помогает понять, как и почему она занималась отрицанием, и дает силы действовать и искать решение. Часто гнев помогает избавиться от привычки избегать конфронтации. Это положительные моменты, а теперь перейдем к отрицательным.

Людям от природы свойственно гневаться. Эта эмоция необходима для самозащиты, ее также называют реакцией на стресс либо реакцией «бей или беги». Любой человек знает, как гнев ощущается на уровне тела (в данном случае «в глазах потемнело» не просто образное выражение), и каждая из нас переживала моменты, когда от гнева кровь приливала к лицу, а сердце начинало бешено колотиться. Эти ощущения — внешнее проявление процесса, протекающего в мозге, который временно лишает нас способности мыслить. Это показало исследование Сары Гарфинкель и Эммы Зораб с соавторами. Ученые решили выяснить, как гнев влияет на определенные мыслительные процессы, в данном случае — различение реальных и псевдослов. В ходе экспериментов на участников подсознательно воздействовали словами «гнев» либо «расслабление» и с помощью измерения давления и МРТ оценивали, как это повлияло на их способность различать слова. Оказалось, что праймер гнева не только повышал кровяное давление, но и изменял активность самого мозга; кроме того, он замедлял реакцию на лексические сигналы и затруднял принятие семантических решений — относительно высокоуровневого когнитивного процесса. Так что если вы хотите выяснить отношения — а нелюбимой дочери необходимо сделать это, — гнев плохой помощник.

К сожалению, гнев снижает не только наши когнитивные способности, он вредит и на эмоциональном уровне. Проблема гнева в том, что он связывает нас с людьми, на которых мы сердимся. Нередко дочери говорят, как им хочется ударить в ответ, скормить матери порцию ее собственного «лекарства» и даже отомстить тем или иным образом. Одна нелюбимая дочь призналась: «Я правда хотела, чтобы ей было так же больно, как и мне, и какое-то время это чувство было всепоглощающим. Я думала о ней постоянно — больше, чем за все 20 лет моей взрослой жизни. Казалось, кто-то откупорил бутылку со всем этим бурлящим ядовитым зельем, в которую я была заключена. Наконец мой муж указал мне на это и посоветовал обратиться к психотерапевту. Слава богу, что он это сделал! Гнев пожирал меня заживо. Это было так же деструктивно, как и воздействие моей матери, хотя и разрушало душу иным способом». К сожалению, в этом случае гнев заменяет прежний способ добиться от матери любви новым и приковывает к ней мыслями, загоняя в ту же ловушку, что и танец отрицания. Злость на тех, кто не защитил вас от матери, — на отца, других родственников или близких друзей семьи, а также на братьев и сестер, возможно тиранивших и унижавших вас по примеру матери, — тоже может удерживать в порочном круге. Неотступный гнев просто приковывает к другой карусели, с другими лошадками и музыкой.

Но еще разрушительнее может быть гнев нелюбимой дочери на то, что она долгие годы, а то и десятилетия мирилась с ситуацией, боясь сделать хуже. Она может обзывать себя за это последними словами, предаваясь той самой самокритике, которую усвоила в детстве, когда ее постоянно высмеивали, унижали или даже оскорбляли. Такую борьбу с собой пришлось выдержать Аманде: «Меня убивает то, что я не могу вернуть годы назад, те годы, которые я могла посвятить работе над собой, тому, чтобы быть счастливее. Моя мать умерла 10 лет назад, и только теперь, в 64 года, я наконец вижу, как все было на самом деле. Как я могла быть такой слепой? Как позволила отрицанию завладеть мной?»

Отвечаю Аманде: многие нелюбимые дочери могут подтвердить, что это гораздо проще — все отрицать и тешить себя безосновательной надеждой на лучшее. Время, разумеется, не вернешь, и все, что у вас есть, это сейчас. И если вы казните себя, вам нельзя это так оставлять. Помните, что, если вы стали на путь исцеления, ничего странного и неожиданного в том, чтобы начать злиться на себя, нет. Но то, что это было вполне ожидаемо, не делает ситуацию легче.

Многие наши представления о том, как справляться с гневом, в действительности ложны. Принято считать, что «выпустить пар», иначе говоря, сбросить напряжение — заняться какой-то двигательной активностью (пробежаться, побить подушку и т.д.), — это хороший способ избавиться от гнева. Знаете ли вы, что на самом деле это не работает? Доказательством тому служит исследование Брэда Бушмена, проведенное еще 17 лет назад — культурные мифы очень живучи. Бушмен проверил представления о гневе и сублимации влечения в серии экспериментов. Во введении к своей работе он прослеживает идею сублимации влечения вплоть до ее фрейдистских корней (Фрейд был убежден в том, что подавление является источником многих наших психологических расстройств), а затем перечисляет исследования, не подтвердившие, что «выпускание пара» может ослабить гнев. Сам Бушмен провел серию экспериментов с более чем 600 участниками, чтобы либо подтвердить, либо опровергнуть это предположение. Вызвать гнев у участников эксперимента должна была весьма критическая рецензия на их статью, написанная сверстником. Затем их разделили на группы и одним предложили колотить по боксерской груше и думать о рассердившем их человеке (группа «пережевывающих обиду»), а другим — сосредоточиться на мысли о том, что битье груши улучшает их физическую форму (группа «отвлекающихся от обиды»). Имелась также контрольная группа, которой предлагалось ничего не делать — просто остыть. После выполнения задания с боксерской грушей участникам давали возможность напугать громким звуком людей, вызвавших их гнев. Что же оказалось? Представители группы «пережевывающих обиду» не только все еще злились, но и оказались самыми агрессивными; на втором месте были испытуемые, просто колотившие грушу. А кто оказался самым спокойным? Те, кто просто остывал.

Итак, всегда ли полезно выпустить пар? Весьма вероятно, что это лишь сделает вас еще злее, пока вы не остынете и не плюнете на случившееся. Согласна, проще сказать, чем сделать это, особенно если речь идет о вашей матери и о детстве и особенно если вы склонны зацикливаться на своих мыслях. Гнев действительно играет свою роль в исцелении в контексте горевания по матери, которую вы заслуживали. Мои представления о горевании почерпнуты из работы Элизабет Кюблер-Росс, но не из самой известной, а из книги, написанной в соавторстве с Дэвидом Кесслером, она называется «О горе и переживании горя» (On Grief and Grieving). Я обнаружила, что рекомендации из этой книги вполне применимы к процессу исцеления от последствий несчастливого детства, каким он мне видится. Они уже знакомы читателям «Нелюбимой дочери»: Кюблер-Росс и Кесслер выделяют пять стадий переживания утраты — отрицание, гнев, торг, депрессия и принятие, хотя стадии не обязательно следуют в этом порядке. Кроме того, некоторые люди «пропускают» отдельные стадии, а иногда сами стадии могут сливаться друг с другом и переходить одна в другую. Об этом важно помнить, поскольку ваш гнев может то проявляться, то исчезать; усиливаясь, вырываться на поверхность, а затем уходить вглубь по мере прохождения фаз горя и оплакивания.

Что значит горевать по матери, которую вы заслуживали? Именно то, что следует из этого описания, — горевать по неполученным вами в детские и взрослые годы любви и поддержке, по матери, эмоционально настроенной на вас, видящей и слышащей вас. Это значит сожалеть обо всех упущенных возможностях — об общей радости и общих переживаниях, о полных любви прикосновениях, а еще — вспоминать, прибегая к «холодной обработке», обо всем, что причиняло вам боль и унижение. Горевание позволяет не только почувствовать сострадание к ребенку и девушке, которыми вы когда-то были, — о, эта тоска и неутоленная потребность в любви! — и к себе нынешней, но и понять, что гнев — пусть эта эмоция и лежит на поверхности — не единственное, что вы чувствуете. В процессе горевания вы можете разобраться в своих чувствах и эмоциях, увидеть, что под самой поверхностью лежит ощущение потери, под ним скрывается калечащий вас стыд, затем парализующий страх, что никто никогда по-настоящему не полюбит вас, а глубже всего — бездонный колодец мучительной боли. Оплакивая материнскую любовь, которую вы заслуживали, но не получили, и позволив себе скорбеть, вы столкнетесь лицом к лицу со всеми своими переживаниями, включая те, от которых привыкли отгораживаться, которые отрицали, сделав это частью своей защиты в детстве. Лучше всего, если вы сделаете все это в кабинете психотерапевта. Больше о горевании читайте в книге «Нелюбимая дочь».

55

Почему мне так стыдно? Можно ли как-то справиться со стыдом?

Стыд вызывается тем, что вы нелюбимы («Со мной что-то не так, я дефектная или просто ничего не стою, поэтому меня не любят»), верите тому, что говорят вам и о вас в родительской семье («Мать твердит, что я тупая и ленивая, а ведь она меня знает»), испытываете давление мифа о материнстве («Всех детей матери любят, значит, я сама виновата в том, что нелюбима») и чувствуете себя изгоем («Я единственная нелюбимая дочь на свете, и если меня не любит родная мать, то кто полюбит?»). Чувство стыда, как осознанное, так и неосознанное, может сильно влиять на вашу жизнь, мысли и поведение.

Тем не менее в своей книге «Стыд: Освободитесь, найдите радость и обретите подлинное самоуважение» (Shame: Free Yourself, Find Joy, and Build True Self-Esteem) Джозеф Бурго утверждает, что, отрицая или скрывая стыд, мы упускаем возможность развить свое истинное «я». Этот вопрос я переадресовала доктору Бурго, чтобы получить ответ непосредственно от специалиста. Вот что он сказал: «Мы приходим в мир с ожиданием, что мать будет любить нас, и, если наша любовь к ней не находит взаимности, это неизбежно наполняет нас огромным стыдом, в основе которого лежит ощущение своего внутреннего порока, недостатка или уродства. Сомневаюсь, что можно когда-нибудь полностью избавиться от этого стыда, но вполне реально ослабить его и то влияние, которое он оказывает на нашу жизнь, став человеком, которым мы гордимся, — достигая своих целей, даже скромных, и соответствуя ожиданиям относительно человека, каким мы хотим быть. Если мы налаживаем связи с людьми, которые пользуются нашей симпатией и уважением и ценят нас такими, какие мы есть, наше чувство собственного достоинства обретает более надежный фундамент и помогает победить глубокое чувство стыда».

Я спросила доктора Бурго, насколько устойчив стыд, и он ответил в умеренно-позитивном ключе: «Уходящее корнями в детство чувство стыда не означает, что мы не способны дорасти до положительного самоощущения и сформировать здоровые отношения с людьми. По мере нашего развития в этом направлении стыд становится менее навязчивым, менее определяющим для нашей жизни. Это все меньшая часть нашей личности. Если воспользоваться аналогией с физическим состоянием, представьте, что в юности вы занимались спортом и травмировали ногу. Нога зажила, и чаще всего вы о ней не вспоминаете. Однако время от времени, особенно при большой нагрузке, вы чувствуете боль в поврежденном колене. Вы можете заниматься бегом или лыжами, но знаете, что должны помнить о травме, потому что, если перетрудиться, она проявится. Вы можете усугубить травму, если будете вести себя так, будто с вами никогда ничего не случалось. Так же я представляю себе остаточный стыд, вызванный тем, что вас не любили в детстве. Вы знаете, что он есть, и большую часть времени это никак на вас не влияет, но его нельзя игнорировать полностью, особенно в моменты стресса и сильных переживаний».

56

Может ли мать или отец-нарцисс когда-нибудь измениться?

Неудивительно, что этот вопрос задают очень часто, ведь слово «нарцисс» начало жить собственной жизнью. Погуглите его, и вы получите ошеломляющее количество результатов — более 55 млн, а плюс к этому существует так называемое нарциссическое расстройство личности в определении клиники Мэйо, и это нарушение характеризуется как «редкое»: утверждается, что в Соединенных Штатах этот диагноз ежегодно ставят 200 000 людей. Поскольку в интернете под НРЛ и нарциссизмом часто понимается одно и то же, важно разобраться с этими понятиями, для чего мы обратимся к Крейгу Малкину, автору книги «Переосмысливая нарциссизм», психотерапевту и преподавателю Гарвардской медицинской школы. Доктор Малкин призывает нас прежде всего отделить НРЛ от того, что он называет «личностным ярлыком», и, хотя интернет полон мемов и статей, призывающих бежать как от огня от человека с выраженными нарциссическими чертами, он убежден, что такие люди могут измениться, хотя это нелегко и результат не гарантирован.

Доктор отмечает, что «нарцисс» — это личностный ярлык, не слишком отличающийся от более дружелюбных ярлыков, таких как «интроверт» или «экстраверт». Он напоминает: «Когда ярлыки становятся диагнозом, например "патологический нарцисс" или "нарциссическое расстройство личности", эти радикальные описания предполагают нечто гораздо более серьезное, чем склонность или стиль поведения; они подразумевают постоянство проявления и комплекс устойчивых, долгосрочных характеристик. Я на этом не останавливаюсь. Я считаю, что наша личность — это не только то, "кто мы такие", но и паттерн взаимодействия. То есть личность, будь то патологическая или нет, в той же мере связана с тем, как (и с кем) мы взаимодействуем, в какой обусловлена наследственностью и врожденным темпераментом. Именно паттерн взаимодействия отличает людей с НРЛ или выраженными нарциссическими чертами».

Тем из вас, кто не знаком с книгой доктора Малкина, в которой рассматривается широкий спектр проявлений нарциссизма (от отсутствия здоровой нарциссичности, «эхоизма», через нормальное самоуважение к состоянию, о котором мы сейчас говорим), я настоятельно рекомендую ее прочесть. При этом и НРЛ, и нарциссизм как особенности личности доктор Малкин, наряду с другими теоретиками и практиками, считает реакцией на ситуацию в родительской семье. Обратите внимание: его объяснение похоже на описание избегающего типа ненадежной привязанности, приведенное в этой книге и в «Нелюбимой дочери». «НРЛ или выраженные нарциссические черты формируются средой, в которой уязвимость воспринимается как источник опасности, представляя собой в худшем случае серьезный недостаток, а в лучшем — трудноустранимое препятствие к тому, чтобы стать достойным человеком. Это объясняет корреляцию между нарциссизмом и стилями ненадежной привязанности, при которых боязнь зависимости от кого бы то ни было провоцирует постоянное стремление контролировать отношения или совершенно избегать близости. Если вы посвящаете себя управлению взаимодействиями с людьми или удержанию их на дистанции, оказаться уязвимой намного сложнее. Какими бы ни представали такие люди для внешнего мира — невероятно уверенными в себе или полностью владеющими ситуацией, они научились игнорировать, подавлять, отрицать, проецировать и опровергать свою уязвимость (во всяком случае, пытаться делать это) в попытках определить и переопределить "кто они есть" в своих взаимодействиях».

Возможно, вы уже знаете, что под нашей публичной личностью скрывается обороняющееся и испуганное «я», но в данном случае принципиально то, каким образом это «я» согласуется с возможностью изменения. Доктор Малкин четко разъясняет, почему это очень трудно, но, может быть — обратите внимание на это добавленное мною «может быть», — не невозможно. Вот что имеет в виду доктор Малкин: «Измениться — допустить возвращение уязвимости — означает открыться тем самым чувствам, которых эти люди научились избегать любой ценой. Это не значит, что люди с НРЛ или выраженными нарциссическими чертами не могут измениться; это значит, что во многих случаях подобная попытка угрожает их восприятию своей личности. Их неудачные отношения часто становятся, в их представлении, доказательством того, что нарциссизм — самый безопасный способ существования. Иными словами, нарциссы не могут быть нарциссами в вакууме. Им нужна подходящая аудитория, чтобы чувствовать себя, например, звездой, поэтому они часто поддерживают отношения с людьми, которых привлекает шоу, а не личность. Со временем, когда их идеальный фасад начинает осыпаться, постоянный страх того, что люди обнаружат их недостатки, становится ужасающей реальностью. Те, кто прежде охотно любовался ими, теряют к ним интерес, когда шоу заканчивается, и это лишь убеждает нарцисса, что нужно скрывать свои недостатки и ставить более эффектные шоу. И даже встретив человека, способного быть кем-то большим, чем просто восторженным почитателем, — дающего надежду на более искреннюю и постоянную любовь, — нарцисс все равно живет с парализующим страхом, что по какой-то причине его сочтут недостойным. Этот страх часто остается неосознанным, и почти всегда средством справиться с ним становятся бравада и обвинения, но это огромный, физически ощутимый страх. К сожалению, гнев нарциссов на то, что их ошибки и промахи были замечены, заставляет любящих людей отдалиться от них, а крах очередных отношений побуждает страдающих нарциссизмом с удвоенными усилиями избегать уязвимости. Короче говоря, он толкает их к еще большему нарциссизму. Печальная ирония нарциссического состояния в том, что в стремлении защитить себя нарциссы неизбежно вызывают то самое отторжение и избегание, которого больше всего боятся».

Это описание представляется поразительно верным во многих отношениях, хотя мне, безусловно, не хватает эмпатии доктора Малкина, человеческой и врачебной. Признаюсь, когда я читаю это, то испытываю не сочувствие, а разочарование и даже желание бежать или искать хорошего адвоката. Итак, вновь обратимся к доктору Малкину и его совету, который я считаю добрым, мудрым и верным, а также, в самой глубине своего сердца, осуществимым: «Таким образом, чтобы достичь успеха во взаимодействии с человеком, которого вы считаете нарциссом, нужно разорвать порочный круг — мягко препятствовать попыткам контролировать, дистанцироваться, защищаться или перекладывать вину в отношениях, сигнализируя, что вы всей душой стремитесь к контакту, но не на таких условиях, и расширить приглашение к той форме близости, при которой он может получать любовь и восхищение несмотря ни на что. Это возможно только в том случае, если данный человек позволяет состояться этому жизненному опыту».

Пожалуйста, обратите внимание на последнюю фразу — «если данный человек позволяет состояться этому жизненному опыту». Она кажется мне чрезвычайно важной, и в ней заключается главный урок: единственный человек, которого вы можете изменить, — это вы сами.

Следует ли из всего сказанного, что и вы обречены быть нарциссом, если вас воспитали нарциссичные родители? Думаю, вы знаете ответ: нет. Но обратимся к мнению доктора Малкина: «Чем агрессивнее ребенок от природы, тем вероятнее, что его реакцией на нарциссическое воспитание станет игра "если не можешь победить, присоединись": "Я всего лишь должен стать самым шумным, очаровательным, умным в комнате. Тогда никто больше не заставит меня чувствовать себя никчемным". Если вы родились упрямым и самонадеянным и сталкиваетесь с пренебрежением или насилием, свойственным многим родителям-нарциссам, то, скорее всего, сами в конце концов станете таким же». Мы знаем, что родители-нарциссы становятся тяжелым испытанием для детей, которые осмеливаются не подлаживаться под них, и это стоит учесть. Но для собственного успокоения можете прислушаться к себе и исследовать себя.

А если вы все же боитесь, что похожи на мать (или отца), примите во внимание слова доктора Малкина. Эти пугающие проявления можно подчинить себе и победить, поработав с хорошим психотерапевтом.

57

Почему я всегда чувствую себя мошенницей, которую вот-вот разоблачат?

На самом деле это настолько распространенная проблема, что у нее даже есть разные названия, и самое популярное среди них — «синдром самозванца». Ощущение, что ты мошенник или самозванец, иногда возникает почти у каждого, но у некоторых людей оно бывает особенно острым. Психологи Полин Кланс и Сьюзан Аймс больше 40 лет назад назвали это явление «синдромом самозванца». Что это такое? Возникало ли у вас когда-нибудь ощущение, что ваша жизнь — это притворство, что вы получаете повышения незаслуженно, собираете дары, которые жизнь вручает вам по ошибке? Привыкли ли вы мысленно обесценивать все свои достижения или не считать значимыми усилия, которых они от вас требуют? Боитесь ли вы провала? Ваш детский опыт включает унижения, едкую критику, пренебрежение или игнорирование? Если вас вознаграждали за интеллект, награда тут же высмеивалась? Есть ли у вас привычка постоянно оглядываться на других, чтобы узнать, как поступают они?

Все эти разнообразные причины делают вас идеальным кандидатом в «самозванцы», даже если вы им не являетесь. Парадоксально, но факт. Очевидно, многим нелюбимым дочерям свойственно это чувство. Ирония состоит в том, что настоящие самозванцы, люди действительно ведущие мошенническую жизнь, никогда не впускают эту мысль в свое сознание, потому что имеют выраженные нарциссические черты.

Первое исследование Кланс и Аймс, проведенное в 1978 г., было посвящено именно женщинам — успешным специалистам, причем в порядке наблюдения было отмечено, что мужчины реже страдают синдромом самозванца. Кланс и Аймс объяснили это явление опытом раннего детства: либо наличием в семье другого ребенка, считавшегося «умным», либо постоянного возвеличивания самой девочки. По мнению авторов исследования, в первом случае нелюбимая дочь может поставить перед собой задачу опровергнуть семейный миф, но остается подверженной сомнениям в себе и подозревает, что родственники были правы на ее счет. Во втором случае ярлык «звезды» может вызвать глубокие сомнения в себе, поскольку, разумеется, очень нелегко быть звездой 24 часа в сутки семь дней в неделю.

Много лет спустя, в 1993 г., Джо Лэнгфорд и Кланс пересмотрели исходные причины, на сей раз связав синдром самозванца с общей тревожностью, интровертированностью и убежденностью в том, что личность неизменна и определяется достижениями. Наконец они соотнесли его с воспитанием в очень конфликтной семье, где отсутствовала поддержка.

Годы исследований помогли изучить эту проблему еще детальнее. С одной стороны, несмотря на прогресс, культурные стереотипы во многом сохраняются: блестящие способности считаются мужской чертой, что заставляет маленьких девочек именно так и думать. Это показало исследование, опубликованное в 2017 г. в журнале Science. Лин Бриан со своей командой изучила представления детей пяти, шести и семи лет о блестящих способностях («очень-очень умный», на языке детей) и гендере. Оказалось, что если в пять лет дети считают, что «очень-очень умным» могут быть в равной степени и мальчик, и девочка, то в шесть и семь лет девочки начинают реже ассоциировать с этим определением других девочек. К сожалению, похожие результаты были получены, когда детям предложили охарактеризовать кого-то как «очень-очень хорошего»: стереотипное представление о девочках как более заботливых и добрых также было сформировано к шести–семи годам. Интересно, что представления о блестящих способностях и гендере никак не были связаны с тем, как эти дети воспринимали реальность. На вопрос, кто лучше учится в школе, они отвечали «девочки», что отражало надежно документированную истину.

Итак, является ли синдром самозванца только женской проблемой? Вообще-то нет, как показало исследование Сони Рорман. Она не нашла связи между синдромом самозванца и гендером. В отличие от других подобных исследований, выборка включала не студентов, а уже работающих менеджеров, что, возможно, объясняет другие результаты. Не вызывает удивления, что была обнаружена связь между синдромом самозванца и тревожностью. Парадоксально, но оказалось также, что люди, ощущающие себя самозванцами, являются одновременно перфекционистами и прокрастинаторами, хотя эти два подхода к работе кажутся, по крайней мере на первый взгляд, взаимоисключающими. Ученые объяснили свои результаты предположением, что люди, чувствующие себя самозванцами, склонны слишком тщательно готовиться и работать так, чтобы произвести впечатление на других, тем самым проявляя перфекционизм, тогда как прокрастинация подкрепляет их представление о себе как о самозванцах.

Теперь вы знаете, что это чувство — будто вы мошенница — имеет свое название и хорошо изучено. Возможно, это поможет вам избавиться от него, особенно если вы в состоянии проследить, как оно уходит корнями в ваше детство. Но на этом этапе могут возникнуть новые вопросы, ответы на которые, вероятно, помогут вам лучше понять ситуацию.

Итак, задайте себе эти вопросы, чтобы заняться решением именно своих проблем.

• Какую роль в происходящем играет мой страх неудачи?

• Как и за что «выдавались» одобрение и поддержка в моей родной семье?

• Извиняюсь ли я за свой успех и склонна ли объяснять свои достижения слепым случаем или тем, что оказалась в нужное время в нужном месте?

• Склонна ли я одновременно к прокрастинации и перфекционизму?

• Оставляю ли я без внимания похвалу и сосредоточиваюсь только на критике как на работе, так и в любых других сферах?

Проблема синдрома самозванца в том, что он лишает вас удовольствия и гордости за свои самые что ни на есть реальные достижения. Проследите это чувство вплоть до его истоков и измените свой образ мыслей. Это трудно, но, научившись ловить себя на попытках свернуть на привычную дорожку, вы сможете покончить с этим.

58

Откуда берется чувство принадлежности? Я никогда не чувствовала себя принадлежащей к чему бы то ни было!

Позвольте мне начать с того, чтобы переадресовать вопрос вам: почему вы думаете, что ощущаете себя именно так? Задумайтесь об этом, а потом я отвечу вам, тем более что этот вопрос мне задавало множество женщин, которые все еще чувствуют себя отверженными и посторонними, хотя построили собственную взрослую жизнь и глубокие, значимые отношения. У них есть возлюбленные, партнеры или супруги, близкие друзья, коллеги и круг знакомых, работа и другие занятия, не позволяющие скучать, а у многих еще и дети.

Если вы по-прежнему задаетесь этим вопросом и чувствуете себя именно так, тогда, я думаю, это не более чем моментальный снимок вашего нынешнего местонахождения на пути к самоисправлению и исцелению. Вы все еще сосредоточены на том, чего не получили, что упустили, как в детстве, так и во взрослом возрасте, и остро чувствуете жалящую боль из-за того, что не любимы, — эта рана пока не зажила. Несмотря на все, что произошло в вашей взрослой жизни, вы возвращаетесь к роли дочери как к своему основному состоянию, какие бы другие роли ни играли.

Только у вас есть ключ, чтобы открыть дверь и выйти из детской, где вы чувствуете себя ничьей.

Итак, если вам до сих пор кажется, что вы ни к чему не принадлежите, и роетесь в поисках старого ключа, задайте себе следующие вопросы и ответьте на них, чтобы оказаться там, где вы должны быть.

• Почему я до сих пор сосредоточена на том, как со мной обращались в детстве, хотя жизнь дает мне столько поводов для самоутверждения?

• Почему я не могу распрощаться с давней болью? (Вы пробовали посещать психотерапевта? Если это не помогло, спросите себя почему. Хороший и посредственный психотерапевт — это как небо и земля.)

• Продолжаю ли я движение по кругу, задаваясь вопросами, на которые невозможно ответить? (Будьте честны и вернитесь к главе 1, если эти вопросы все еще преследуют вас.)

• Сохраняю ли я сознательную сосредоточенность на детстве во взрослом возрасте? (Это тяжелый вопрос, не имеющий ничего общего с возложением вины на жертву. Считаете ли вы, что ваше детство объясняет или извиняет некоторые ваши взрослые поведенческие модели? По-настоящему важно, чтобы на пути к исцелению вы видели разницу между «объяснять» и «извинять». Я верю в свободу воли и считаю, что даже объяснения имеют ограниченный срок годности, когда поведение становится осознанным. Да, это трудный вопрос, но необходимый.)

59

Я всегда первой разрываю отношения и быстро бросаю людей. Связано ли это с моим детством?

Если в вашей жизни это устойчивый паттерн, весьма вероятно, причины действительно уходят корнями в детство. Конечно, любая из нас в те или иные периоды жизни считает необходимым порывать с некоторыми людьми, идет ли речь о влюбленности, дружбе или приятельстве. Люди отдаляются, оказываются не такими, какими мы их считали, или просто приходит понимание, что мы с ними хотим разного. Однако, если вы постоянно готовы сбежать и совершенно не в состоянии поддерживать никакие отношения, это совсем другое дело. Такое поведение может объясняться множеством причин, часть которых, на первый взгляд, противоречит друг другу. Уходя первой и обрубая концы, вы сохраняете полный контроль над ситуацией и, возможно, поступаете так, потому что для вас невыносима мысль о том, что вас могут бросить. Вы предпочитаете нанести превентивный удар, лишь бы не испытать боли, когда вас отвергнут, даже если вы не признаетесь в этом самой себе. Повторюсь, необходимость все контролировать может быть для вас определяющим моментом, потому что вы не хотите чувствовать зависимость от кого или чего бы то ни было.

Из вопроса неясно, идет ли вам на пользу то, что вы уходите от людей, и как вы себя чувствуете, в очередной раз захлопывая за собой дверь. В целом такое поведение отражает избегающий стиль ненадежной привязанности. Вы должны исследовать собственные чувства и мысли, чтобы понять, относитесь ли вы к тревожно-избегающему или избегающе-отвергающему типу — они имеют разные характеристики (больше об этом читайте в ответе на вопрос № 46). Если этот паттерн тревожит или расстраивает вас, для начала задайте себе следующие вопросы и посмотрите, к чему придете. Записав свои ответы и подвергнув их «холодной обработке», вы сможете добиться большей ясности.

• Что я узнала в родительской семье о том, как относиться к различиям или как решать проблемы? Насколько я подготовлена к тому, чтобы обсуждать ситуацию с другим человеком?

• Я ухожу, потому что имею список тщательно продуманных причин (я испытываю скуку или разочарование; этот человек не тот, кем я его считала; я разочарована и зла и т.д.) или просто общее, расплывчатое ощущение, что нужно уносить ноги? (Если вы записываете ответы, постарайтесь отвечать развернуто и насколько возможно точно.)

• Я каждый раз ухожу из отношений примерно одинаково? Как я это обставляю? Объясняюсь или предпочитаю просто исчезать? Разговор когда-нибудь принимает характер обсуждения (например: «Стоит ли нам продолжать?») или я всегда ставлю другого человека перед фактом, не давая никакой свободы действий?

• Как я чувствую себя после разрыва? По большей части уверенной в себе и убежденной, что сделала правильный выбор? Или, наоборот, мне кажется, что отношения можно было спасти, но я не приложила к этому усилий?

• Соответствует ли такое поведение тому, чего я действительно хочу от отношений?

Помните, что поведенческие схемы не заданы раз и навсегда. Если этот паттерн больше не приносит вам пользы, вы можете научиться реагировать по-другому. Опять-таки самое лучшее — это поработать с хорошим психотерапевтом, но вы можете помочь себе и самостоятельно.

60

Являются ли нездоровые пищевые привычки или расстройство пищевого поведения следствием детского опыта?

Прежде всего, давайте проведем различие между нездоровыми пищевыми привычками, что свойственно многим женщинам, и расстройством пищевого поведения, что является медицинским диагнозом. Это не одно и то же. Начнем с более распространенного и менее опасного явления, в основе которого лежат весьма токсичные культурно обусловленные представления о том, как должно выглядеть идеальное женское тело.

Все, что мы чувствуем, будь то голод, удовольствие, боль, гнев, тревога или страх, мы чувствуем посредством тела. Однако отношение нелюбимой дочери к своему телу остается одним из наименее обсуждаемых последствий детства без любви, детства, когда вас не слушали и не слышали и вам приходилось защищаться от критики, пренебрежения и эмоциональной боли. Это комплексная проблема, ведь пережитое в детстве сказывается на нашем представлении о себе и на способности ясно себя воспринимать и может сформировать наше отношение к пище, повлиять на способность справляться с эмоциями и толкнуть на любой из многих путей, ведущих к утрате контакта со своим физическим естеством.

В младенчестве мы воспринимаем себя через взгляды и жесты матери. По мере того как мы становимся старше — и начинаем говорить и исследовать дом и мир за его пределами, наше чувство самости как отдельного существа крепнет, и в зависимости от отношения матери к нам наша уверенность в себе развивается или чахнет. Наши матери — первые женщины, которых мы узнаем близко, и, будучи девочками, которые однажды станут женщинами, мы в значительной мере черпаем свое представление о самих себе из их самовосприятия. Мы можем усвоить, что нашу личность определяют сила и спортивность или что самое главное — это быть красивой и худощавой, и если мы не вписываемся в эти категории, то считаем себя ущербными или неполноценными по определению. Если в ранней юности мы подвергаемся бодишеймингу — слышим, что мы жирные, неуклюжие, неловкие и что наше тело сообщает миру о том, какие мы, то нам не остается ничего, кроме как относиться к собственному телу с недоверием и стыдиться его. Нам могут внушать, что у нас слишком большой нос, недостаточно плоский живот или что мы копия той родственницы, которую все терпеть не могут. Мы можем даже ненавидеть свое тело и то, как оно выглядит, а отсюда всего один шаг до ненависти к себе в более широком смысле. Даже одежда может стать оружием в руках контролирующей матери. Все, что связано с телом нелюбимой дочери, рискует превратиться в токсичной семье в «арену боевых действий».

Неудивительно, что исследование, проведенное среди 218 семей Кэтрин Бауэр, Микаэлой Буккьянери и Дайанной Ноймарк-Штайнер, показало: у матерей, которые часто говорили о недовольстве собственным весом и телом, обсуждали вес других людей и делали соответствующие замечания дочерям, дочери оказались более склонны к экстремальным методам контроля веса и компульсивному перееданию, а также демонстрировали больше симптомов депрессии. Примечательно отсутствие корреляции между замечаниями матери по поводу веса и усвоением дочерью здоровых паттернов питания. Мне кажется, здесь можно сказать только: «Кто бы сомневался!»

Матери отвечают за питание семьи, и пища часто становится одним из символических орудий в упорной борьбе между потребностью нелюбящей матери контролировать или принижать дочь и потребностью дочери добиться материнского внимания и любви. Еда может выдаваться любимчикам, отниматься у «козлов отпущения», а аппетит дочери — становиться поводом для высмеивания или унижений. Люди едят не только из необходимости получить питательные вещества для выживания, но и для удовольствия и комфорта. Последнее — потребность в комфорте — легко может стать проблемой, если дочь тоскует по любви. В своей книге «Когда еда — это любовь» (When Food Is Love) Джанин Рот, дочь склонной к физическому насилию матери и эмоционально отстраненного отца, пишет: «Еда была нашей любовью; еда была для нас способом быть любимыми». В отличие от эмоционально сдержанной, контролирующей или нарциссичной матери еда доступна, она не заставляет нелюбимую дочь заткнуться и не отвергает ее. Ребенок может красть еду из холодильника или кладовой либо покупать и запасать на случай приступов голода по материнской любви и любви вообще. Однако Рот отмечает, что это слабая замена любви, потому что «еда никогда, никогда не была ею — любовью».

Помимо эмоционального комфорта, пища, а именно ее количество, может стать той сферой, где дочь чувствует, что способна в какой-то мере контролировать собственную жизнь. И тут ей грозят настоящие пищевые расстройства, такие как булимия и анорексия. По данным Национальной ассоциации анорексии и сопутствующих нарушений (ANAD), 0,9% американцев страдают нервной анорексией, у 1,5% в течение жизни развивается нервная булимия, а у 2,8% — компульсивное переедание. Относительно малая распространенность этих заболеваний показывает, что большинство из нас не соответствуют диагностическим критериям ассоциации — и слава богу! — хотя и могут иметь психологически нездоровое отношение к пище и питанию.

Исследования связи между расстройствами пищевого поведения и детским опытом, а также стилем привязанности не дают однозначных результатов. Например, проведенное в 2006 г. Дженной Элджин и Мэри Притчард исследование, в котором принимали участие студенты, показало, что надежная привязанность имеет отрицательную корреляцию с нарушениями пищевого поведения, но не каждый тип ненадежной привязанности имеет положительную корреляцию с ними. Ученые обнаружили только связь тревожно-избегающей привязанности (включающей негативный взгляд и на себя, и на других) с булимией. А обзор Мануэлы Гандер, Катрин Севеке и Анны Буххейм показал: согласно большинству исследований среди подростков, расстройства пищевого поведения имеют те из них, кто обладает ненадежным типом привязанности.

Итак, возвращаясь к первоначальному вопросу: отношение женщины к собственному телу и еде в значительной степени формируется ее детским опытом, однако это не значит, что оно не подлежит изменению. Если вы страдаете нарушением пищевого поведения, пожалуйста, обратитесь к врачу. Булимия и анорексия могут быть опасны для жизни. Если вы успокаиваетесь с помощью еды, осознайте истоки своего поведения, особенно если дело в том, что вы недовольны своим телом. Осознанность — это сила!

Итоги и уроки

Изучение того влияния, которое оказал на нас детский опыт, может обескуражить и даже привести в уныние, особенно поначалу. Почему? Потому, что, ощущая отсутствие материнской любви, мы тем не менее не видим, какой вред это нам нанесло, тем более что оно сказывается на самых разных сферах жизни. Мы думаем, что просто «такими уродились», и то, что говорилось о нас в родительском доме, большинство из нас восприняли как истину. Даже если мы не соглашаемся с навязываемым нам мнением — что мы неуправляемые или ленивые, неблагодарные или эгоистичные, слишком чувствительные или слабые, эмоционально или физически ущербные и прочее, — в действительности мы не можем сколько-нибудь уверенно этому противостоять, потому что не видим самих себя. Все исходные установки, усвоенные нами в порядке самозащиты, ослепляют нас. Одна 48-летняя женщина написала об этом так: «Мне говорили, что я ущербна, и я верила в свою ущербность. Даже добиваясь успеха, я отмахивалась от него как от случайности или результата, никак не связанного со мной. Я искренне считала себя такой. Если я кому-то нравилась, то делала вывод, что этот человек тоже ущербен».

Однако, как бы ни страшило вас множество последствий трудного детства, которые вы в себе обнаружили, есть хорошая новость: каждое из них можно нейтрализовать сознательным пониманием и абсолютной уверенностью в том, что вы можете изменить те схемы поведения, которые вам мешают. Вы не родились «такой» — что бы это слово ни означало в вашем конкретном случае. Пора встать на свою защиту и найти путь к правде и своему лучшему «я».

Куда мне двигаться: заметки и соображения

__________________________________________________________

__________________________________________________________

__________________________________________________________