Я сказал Сэму:
— Хелло, — потом указал на Пила, лежащего на полу. Он ни разу не пошевелился. Я надеялся, что он еще жив.
— Лучше осмотрите его, док, — сказал я. — У него немного разбит рот.
Док подошел к Пилу и раскрыл свой черный чемоданчик.
Сэмсон спросил:
— Что здесь, черт возьми, произошло?
— Мастер по сейфам приедет?
— Да. Один из сотрудников полиции. Он фактически уже здесь. Вероятно он рекомендует эксперта из городской фирмы по сейфам.
— О’кэй. Лишь бы побыстрее.
Сэмсон нахмурился:
— Так что же все-таки произошло?
Я ткнул пальцем в сторону Пила.
— Мой клиент. Во всяком случае, был им еще час назад. Он — ваш человек, Сэм: он то, что осталось от синдиката убийц, артистов так называемых несчастных случаев типа «сбит машиной — машина скрылась». Он был боссом и остался в единственном числе. Он же тот мерзавец, который организовал убийство Келли.
Сэмсон даже рот раскрыл.
— Шутите?
Я устало покачал головой.
— Честно, Сэм. Их было всего трое. Вот этот Пил и двое бандитов. Эти двое были фактически исполнителями, мальчиками, которые делали грязную работу. Пил был мозгом организации, а эти двое сейчас в черном линкольне на Догени Роуд. Во всяком случае, были там недавно. Оба мертвы. Я уже сообщил о них в полицию. — Я закурил сигарету. — Вы могли бы допросить Чарльза. Это он вас впустил?
— Большой носатый парень? — Сэмсон кивнул. — Им сейчас занимается один из наших.
— Думаю, он чист, — сказал я. — Пил говорит, он просто здесь работает, так что это все, что он делает. Надеюсь, что это так и есть. Почему-то Чарльз мне нравится.
Док захлопнул свой черный чемоданчик и подошел к нам.
— Вы бы лучше отправили этого человека в больницу. Пока что я наложил повязки.
Сэмсон спросил:
— А он не отдаст тут у нас концы?
Док покачал головой.
— Нет. Но он нуждается в уходе. У него сотрясение мозга, но он оправится, если за ним будет надлежащий уход. Не помешало бы также вставить ему зубы.
Сэмсон позвонил и вызвал машину скорой помощи. Только он опустил трубку, как в комнату вошел человек в гражданской одежде.
— Мастер по сейфам, — представил его Сэмсон. — Что он должен делать?
Я изложил все, что произошло. Передал Сэму все, что рассказал мне Келли, и описал то, что произошло за последние полчаса между Пилом и мною.
— Таким образом, — заключил я, — когда вы откроете этот сейф, перед вами раскроется столько гнусных убийств, сколько еще никогда не бывало в нашем округе, да и в любом другом тоже. Есть все основания предполагать, что магнитофонные записи хранятся именно в этом сейфе. Пил считал, что я не доживу до того, чтобы рассказать об этом кому бы то ни было. И он чуть не оказался прав. Возможно, все, над чем вы ломали голову, найдет объяснение в материалах, которые Пил собрал в этом сейфе.
Сэмсон сказал:
— Черт меня возьми, — покачал головой и сунул в рот черную сигару.
— Можете для начала арестовать Эдди Кэша, Сэм, — сказал я. — Я бы с удовольствием сделал это сам. Кэшу уже почти год не хватало денег, и думаю, вы найдете, просматривая его бумаги, что он начал выписывать чеки фиктивной фирме или фирмам, которые существуют только в его преступном сознании. Он сам выписывал чеки якобы в уплату за товары, которые на самом деле никогда не доставлялись, и сам же получал по ним деньги от имени несуществующей фирмы — Мидлтон Маньюфэкчеринг Кампани.
В этих же бумагах вы найдете, что Эдди нанял Пила и его молодчиков, чтобы разделаться со своим компаньоном Элиасом Джонсоном, когда Джонсон насел на него. С этого и начался тот замкнутый круг, в котором я все время кручусь. Эдди не знал, кто убийцы, которых он нанял, чтобы убрать Джонсона, но знал, что его разговор с ними записан на магнитофонную ленту, и что она находится у них. Вероятно, они бы не представили ее в суд, но от этого ему не было легче. Вот почему он так остро реагировал на маленький шантаж, которому подверг его Джо Брукс, — он же Джои Мэддерн. Держу пари, что когда Эдди обнаружил, что парни, которых он нанимал, ничего не знают о шантаже, он просто обалдел. Потом он начинает думать. Если это — не синдикат, то кто же? И вот, если он узнал, что вместо шайки профессиональных убийц это была всего лишь мелкая шпана вроде Джо…
Я умолк, по-дурацки открыв рот. Прозрение не обрушилось на меня, как удар в зубы. Оно коварно вползло в мозг и заплясало в клетках серого вещества. Сначала медленно, как танцуют минуэт, потом быстрее, вскидывая пятки и наскакивая на вещи. Одни оно опрокинуло, другие объединило, и вот уже мой мозг в целом прыгал, как безумный. Я медленно встал и направился к двери.
Сэмсон сказал:
— Какого черта? Куда вы?
Остановившись, я обернулся.
— Вы говорили, что не видели тела Джо?
— Говорил. А что?
— Кто-нибудь из здесь присутствующих видел?
Он перекинул сигару в другой угол рта и покачал головой.
— Какого черта…
Я повернулся и открыл дверь.
— Куда вы? — завопил Сэмсон.
Я, не останавливаясь, вышел в холл, словно в бреду, мысленно колотя себя по голове тупым инструментом.
Я вышел в зал клуба и меня чертовски удивило, что вокруг люди смеются и пьют, всячески развлекаясь. Казалось, я был за тысячу миль от «Сераля» с его весельем и музыкой. Я вышел на улицу, туда, где стоял мой кадиллак. Я завел мотор и поехал к центру. На Темпл-стрит я вышел из машины напротив здания суда, пересек улицу и спустился в подвал.
В морге было холодно.
Эмиль — служитель, с которым я познакомился в результате нескольких предыдущих посещений морга, молча поднялся со стула и направился ко мне.
Я начал снимать с себя галстук.
— Рад видеть вас, Эмиль. — Я снял галстук, повесил пиджак на спинку его стула и стал расстегивать рубашку. — У меня к вам вопрос. А потом я бы хотел взглянуть на одного из покойников. — В Лос-Анджелесском окружном морге трупы называются покойниками.
Я поднял на спине рубашку, повернулся и попросил Эмиля взглянуть на мою спину:
— Эмиль, вы когда-нибудь видели что-нибудь подобное? На одном из покойников?
Он уставился на мою спину и покачал головой.
— Ну и ну! Вы что, сражались с дикой кошкой? — Он нахмурил брови и добавил: — Да, да. У одного из покойников такая же спина.
— Он еще тут?
— Ага. Хотите взглянуть?
— Конечно, хочу.
Эмиль повернулся и пошел вперед. Я последовал за ним между столами к одному из последних. Эмиль откинул простыню.
— Кажется, этот, — сказал он.
Я посмотрел на неподвижное, спокойное мертвое лицо с маленькими усиками и светлыми волосами, закрывавшими уши. На большом пальце правой ноги была прямоугольная бирка: «Джозеф Луи Мэддерн». Наконец-то я встретился с маленьким Джои.
Я сказал:
— Я бы хотел взглянуть на его спину, Эмиль. Можно?
Он кивнул и осторожно повернул тело Джо на бок. Я посмотрел. Вот они — шрамы, прорытые в плоти, подобные тем бороздам, которые я увидел вчера вечером, посмотрев на собственную спину в зеркале у себя в квартире. Подобные шрамам у меня на спине.
Я всматривался в них с минуту, потом сказал:
— Спасибо, Эмиль. Все сходится.
Он вопросительно посмотрел на меня.
— А в чем дело?
— Убийство, — сказал я. — Чертовски занятное убийство. Спасибо за помощь.
Я застегнул рубашку, сунул галстук в карман пиджака и снова надел пиджак. Я вышел, тяжело поднялся по ступеням и перешел через улицу к своей машине.
Я сказал тихо:
— Ну и сучка. Проклятая сучка.