Я пошел следом за Анжелой. Я сразу понял, что этот человек страдает ярко выраженной дистрофией. Одежда висела на нем, как на вешалке.

— Не могли бы вы ответить на наши вопросы? — обратился я к нему.

— Нет.

— Но почему, дружище? Мы разыскиваем родителей этого мальчика…

— Чмокни меня сначала.

Я сделал шаг назад.

— Мне кажется, что ваше требование несколько неуместно…

Углом глаза я заметил, что Бад вылез из кабины, осмотрелся и полез обратно — за своим ружьем, наверное. Я решил урегулировать ситуацию, пока дело не дошло до кровопролития.

— Анжела, подойди к нему поближе и поговори с ним поласковей. Нам необходимо…

Мужчина опять выставил костлявый палец и сказал:

— Чмокни меня.

Анжела мне в ответ:

— И не подумаю…

Она даже не договорила. Мужчина протянул руку к поясу и задрал кверху рубаху: за ремень был заправлен пистолет.

— Чмокни меня.

— Сейчас, дружище, минутку…

Мужчина вынул пистолет из-за пояса и начал целиться в нас.

— Ну, киска!

И тут вокруг головы у него расцвел кровавый венчик.