В 1966 году, когда мне было 19 лет, я занимал должность младшего офицера на борту нефтяного танкера компании «Standard Oil», курсировавшего вдоль побережья Калифорнии, и уже тогда заинтересовался нефтью. В 1970-е годы я работал на одного банкира, который продавал нефть и газ крупным клиентам. Сегодня мы вместе с Ким продолжаем вкладывать деньги в различные нефтяные и газовые проекты.

Мы не покупаем акции нефтяных компаний вроде «British Petroleum» или «Exxon», а на партнерских началах инвестируем средства в разведку и разработку месторождений в Техасе, Оклахоме и Луизиане, где, кстати, расположены и наши основные объекты недвижимости. Если нам повезет, мы получим определенный процент от продажи нефти и природного газа, а заодно и доход от аренды недвижимости, облагаемый налогами на льготных условиях.

Нефть и газ необходимы для транспорта, пищевой промышленности, отопления, производства синтетических материалов и удобрений. Государство предоставляет колоссальные налоговые льготы на добычу нефти только потому, что эта сфера деятельности очень рискованна, а нефть крайне необходима для развития экономики и поддержания высоких жизненных стандартов.

Вся прелесть вложения денег в нефть и газ заключается в рентабельности этих инвестиций. Когда мы с Ким вложили 100 тысяч долларов в один нефтяной проект в Техасе, то тут же получили налоговый вычет в размере 70 процентов. Поскольку моя обычная налоговая ставка составляет 40 процентов, это было равносильно тому, что мне вернули наличными 28 тысяч долларов. Таким образом, в первый же год рентабельность вложения составила 28 процентов. Фактически правительство вернуло мне эти деньги только за то, что я выразил желание инвестировать в нефть и газ.

Я упомянул об этих двадцати восьми из ста вложенных тысяч только потому, что регулярно получаю предложения от своих биржевых брокеров типа «Я могу гарантировать вам 10-процентную рентабельность». На кой черт мне эти 10 процентов при такой степени риска, которая царит на фондовом рынке? Вместо того чтобы участвовать в сомнительных играх, я лучше соглашусь на рентабельность в 28 процентов, которые государство гарантированно вернет мне живыми деньгами.

Лично мне кажется куда более разумным вкладывать деньги в отрасли с высокими налоговыми льготами, чем 40 лет платить взносы в программу 401(k), а затем молить бога, чтобы этих денег хватило на остаток жизни.

Предостережение: нефтедобыча – крайне рискованное занятие, и вложение денег в эту отрасль разрешено по закону только аккредитованным инвесторам, которые располагают достаточными средствами и опытом.