— Вот и помолчи. — Эльфийка бросила в него камешком. — В общем, пытаясь усилить контроль над демонами, маги попробовали соединить практику призыва и магию транспортных порталов. Не знаю, как именно это работало, но получилось у них… так себе. Эксперименты несколько раз заканчивались катастрофами — выплески энергии из лопнувших порталов уничтожали всё вокруг. Потеряв две-три базы, орден прикрыл исследования, а потом король вовсе решил его распустить. Но в последнем эксперименте маги ордена сумели ненадолго открыть портал… в параллельный мир.

— В Пекло, что ли? — нахмурился де Горацо. — К демонам?

— В том-то и дело, что нет, — качнула подбородком эльфийка. Сержант Даллан принесла котелок с водой, водрузила его над костром, протянула Армандо кисет с перетёртыми зёрнами кофе. — Портал открылся в обычный материальный мир. Почти копию нашего — с травой, небом, деревьями… Только без магии. Судя по всему, своей магической энергии в том мире не было, а артефакты, перенесённые с нашей стороны, моментально разряжались. Маги успели вытащить с той стороны человека, прежде чем портал снова лопнул. На этом работа ордена прекратилась, а человек из того мира, благодаря устойчивости к магии, которую он сохранил и здесь, стал шпионом и убийцей на службе королевства… Так считала имперская разведка ещё год назад.

— А теперь, значит, не считает? — догадался Готех. Армандо же занялся котелком — он привык готовить кофе в специальном медном сосуде на кухне Виттории, варить зёрна в полевых условиях было для пристава внове.

— Теперь мы считаем, что тот последний портал не лопнул, — веско произнесла капитан. Драматизм в её словах показался де Горацо несколько наигранным. — Он работает до сих пор, и всё ещё связывает наш мир с миром без магии.

— Так значит, эти чужаки… — Армандо отвлёкся от закипающей воды, чтобы встретиться взглядами с Вэлрией. Имперская эльфийка кивнула:

— Да. Чужаки, на которых не действует магия — это пришельцы из другого мира. Они не могут колдовать, но и сами… словно не существуют для магии. А технологии в их мире обогнали наши на века. Возможно, именно потому, что люди там вынуждены были обходиться без магии.

— И откуда вы всё это узнали?

— По крупинке, по песчинке, сложили из обрывков знаний. — Эльфийка подпёрла щёку кулаком, опустила одно ухо параллельно плечу. Она выглядела сонной. — Где-то попался рядовой исполнитель, где-то удалось перехватить письмо, где-то шпик услышал оговорку, которую не понял, но запомнил и передал с отчётом… О, я уже чую запах! А у вас неплохо получается, дон.

— Так чего хотят чужаки? И при чём здесь убийство королевской семьи? И покушение на вашу герцогиню? — де Горацо тоже почуял запах кофе. Набрав воздуха в грудь, он приложил героические усилия, чтобы не скривиться.

— Мы не знаем подробностей. На первых порах, видимо, ваши маги вступили в контакт с государством или организацией по ту сторону портала, попытались договориться о взаимовыгодном сотрудничестве. Но в какой-то момент, похоже, непосредственное руководство ордена из числа магов и их спонсоров нашло такой общий интерес с чужаками, который был не выгоден… Коалиции в целом. Возможно, они что-то пообещали чужакам, а те в обмен обязались помочь им прийти к власти. Король стал не нужен, и его убрали вместе с наследником и рядом людей, знавших о существовании ордена. Орден полностью оторвался от королевства и обрёл независимость. Теперь уже он, опираясь на силу магов, богатство спонсоров и помощь чужаков, пытается влиять на страны Коалиции.

— Дайте угадаю. — Готех поднёс к лицу свой жуткий железный крюк и попробовал ногтем остроту его кончика. — Огюст Сильный, великий герцог де Веронни — один из спонсоров ордена?

— Верно, дон, — невесело улыбнулась ему эльфийка. — А помимо него — как минимум двое из трёх лидеров республики Иолия. За последний год умерли три великих герцога Коалиции, им наследовали не всегда прямые наследники. Полагаю, новые герцоги — ставленники ордена. То же самое пытались провернуть в Эльварте, но помешала слабая база — всё же влияние в Империи у ордена ниже. То же самое пытались провернуть в королевстве…

— Но помешала королева Октавия, — понял Армандо.

— Да. В отличие от отца и брата, Октавия не знала об ордене, а орден не знал о ней. Теперь ваша молодая королева — кость в горле у их планов. — Эльфийка стащила длинную перчатку только для того, чтобы щёлкнуть пальцами, и тут же надела её снова. — И поэтому мы готовы раскрыть перед ней все карты. Через вас, благородные доны. Речь идёт о безопасности не только Империи, но и всего мира.

— Едва ли Её Величество поверит в столь невероятную историю на слово, — резонно указал де Ардано.

— Поэтому мы достанем для неё лучшее доказательство — живого пленника. — Улыбка капитана сделалась шире. — Дон Армандо, дайте мне уже кофе, иначе я сейчас упаду лицом в землю у вас на глазах. Я же чую, что оно готово.

Молодой чиновник подал эльфийке кружку. Девушка с наслаждением понюхала вонючее чёрное варево, восторженно вскинула уши, отпила. Сказала:

— Чужаки и их союзники по самую маковку замешаны в заговоре баронов здесь, на западе королевства. Разумеется, они разместили оперативный штаб неподалёку. Мне удалось подслушать и вызнать, что в одном из баронских замков сидит координатор агентурной сети чужаков. Некто мессир Фулканелли. Большая шишка. Из замка нам его не выскрести, но к нему регулярно наведываются пташки низкого полёта — думаю, с докладами и за указаниями.

— Что за замок? — быстро уточнил Готех.

— Кастр Альбени.

— Есть в списке? — чернокожий гигант вопросительно посмотрел на Армандо. Тот кивнул:

— Есть. Одна из самых активных радиостанций там.

— Значит, всё верно.

— Какой ещё список? — удивилась эльфийка, переводя взгляд с одного пристава на другого.

— У нас тоже есть свои секреты, леди. — Настал черёд Армандо потчевать капитана загадочной улыбкой. — Позже объясню. Так вы хотите поймать кого-то из порученцев главного чужака?

— Ага. — Вэлрия отпила огромный глоток кофе, осушив чашку на треть. — Меня поймали, когда я подобралась очень близко к эскорту одного из них. Зато теперь я знаю, как выглядит нужный нам чужак и как того зовут. Какая-то канцелярская крыса, вёз Фулканелли некие накладные. Он сейчас в замке, и мы сможем перехватить его, когда поедет обратно. А он поедет, и в ближайшие дни.

— После вашей поимки и бегства они наверняка усилят охрану. — Готех снова попробовал остроту крюка, на сей раз — подушечкой пальца.

— Ещё как, — охотно согласилась эльфийка. — Уверена, назад его пошлют с целым воинским отрядом. Так что главный вопрос — как его у этого отряда украсть. Предлагаю обдумать проблему всем вместе.

— Скажите, леди, — Армандо пожевал губу, всё ещё ощущая лезущий в ноздри резкий запах варёного кофе, — ваш план похищения станет проще, если мы добавим в него… не знаю… например, — пристав закатил глаза, — дракона?…

* * *

— Это место настолько удобно для засады, что только дурак не будет её здесь ожидать, — констатировал Готех, закончив изучать местность пытливым взглядом бывалого солдата. — При условии, что они вообще поедут этим путём.

— Поедут, дон, не сомневайтесь, — с довольной ухмылкой ответила ему капитан Вэлрия. Эльфийка сидела прямо на земле, привалившись спиной к дереву, и чистила лежащий на коленях штуцер. — Именно этим путём. Именно потому, что будут готовы к ловушке. Потому что готовность к нападению врага — половина победы. Но они не знают, какие козыри у нас на руках.

Участок тракта, которому предстояло стать ловушкой для чужака, пролегал меж двух длинных лесистых холмов с достаточно крутыми склонами — в самом деле, лучше для засады не придумаешь. Но это же был и самый короткий путь от замка Кастр Альбени на восток, так что сильный военный отряд действительно выбрал бы его — тут Армандо согласился с эльфийкой. Сами приставы и капитан имперцев расположились сейчас на макушке одинокого пригорка, высящегося чуть западнее и в стороне от дороги.

— Я всё ещё не могу поверить, что вы собираетесь стрелять с такой дистанции из ружья, — продолжил источать скепсис чернокожий гигант. Придуманный златовласой эльфийкой план не нравился ему с самого начала, и де Горацо гадал, что тому причиной — недоверие ветерана к имперцам или его богатый военный опыт.

— Вот и им в голову не придёт искать стрелка так далеко от дороги. — Капитан по-лошадиному дёрнула длинными ушами, отгоняя муху. — Видите ли, дон, когда мы прикончили чужака, покушавшегося на герцогиню Эльвартскую, нам досталось кое-что из его снаряжения. Имперские инженеры изучили трофеи очень внимательно. Скопировать оружие чужаков полностью нам не по силам, а вот позаимствовать отдельные идеи оказалось вполне возможно. Идею, воплощённую в этом штуцере, имперские мастера назвали «нарезным каналом ствола».

— И как она позволяет вам стрелять точнее и дальше? — спросил Армандо.

— Это секрет. — Девушка подмигнула чиновнику и поднесла палец к губам. — Главное — хорошая аркебуза бьёт точно на семь десятков шагов, а мой штуцер — на все триста. И это в руках человека.

— А в ваших? — Армандо решил дать капитану повод похвастаться.

— Четыреста шагов. Без гарантии попадания — до пятисот. — Вэлрия отложила масляную тряпочку и подняла ружьё на вытянутых руках, чтобы полюбоваться своей работой. — Эльфы не только слышат лучше людей. Зрение у нас тоже острее. И обоняние. И осязание. — Подумав немного, девушка добавила: — А ещё мы умнее, красивее, и живём дольше. Почему бы вам не пройти уже на исходные позиции, благородные господа?…

…Устанавливать контакт с донной Минервой Армандо отправился в одиночку. Конечно же, Готех сначала рвался сделать это сам, но быстро уступил перед простым аргументом — в данной вылазке как никогда важно было не привлекать внимания.

Де Горацо планировал не мудрствуя лукаво въехать в Эдиций через главные ворота, сказавшись купеческим приказчиком из обедневших дворян. Однако ещё прежде, чем городские башни замаячили на горизонте, чиновник начал отмечать тревожные признаки — телеги торговцев, гружёные отнюдь не деревом, но едущие на восток, крестьянские семьи, идущие куда-то в полном составе, с вещами в узелках, отряды вооружённых всадников… Въехав в скромную деревеньку, являющуюся, по сути, пригородом Эдиция, Армандо увидел торговый обоз, остановившийся перед домом старосты, и рискнул завести разговор с одним из его охранников.

— Королевский прево объявил осадное положение, — угрюмо сообщил наёмный солдат, раскуривая короткую трубку. — Ворота города заперты, внутрь никого не пускают.

— А из-за чего? — поинтересовался де Горацо.

— Точно не знаю, — пожал плечами солдат. — Но слухи быстро летят. Говорят, вчера-позавчера пятнадцать местных баронов объявили, что не признают королеву Октавию законной правительницей и выдвинули свои дружины на восток. Если это правда, то город скоро осадят, он ведь коронный. А земли мятежников — со всех сторон.

— Это… плохо, — только и смог выдавить Армандо.

— Ещё бы, — невесело ухмыльнулся наёмник. Выпустив облако табачного дыма, он отвёл руку с трубкой в сторону. — Пятнадцать баронов — это сила, но дружины у них собраны из отребья, вооружены старьём и вместе действовать не умеют. Что уж говорить про дисциплину… Сперва они разграбят всё, до чего дотянутся. Потом придёт из столицы королевская армия, разобьёт их в пух и прах за одно сражение. И ещё раз тут всё разграбит. Не завидую местным деревенским. Хотя леса вокруг густые, есть где спрятаться…

— Не думают, что королева допустит резню своих же подданных. — К собственному удивлению, де Горацо ощутил укол обиды за Октавию.

— Ну проедет она через пару деревень после боя, прикажет повесить дюжину мародёров. — Наёмник пожал плечами. — Кого это остановит? А то я нашего брата-солдата не знаю.

Поблагодарив охранника, молодой пристав отошёл в сторону и принялся усиленно обдумывать своё положение. Стоит ли ему рваться в Эдиций? Пожалуй, городская стража пустит его внутрь, если показать жезл с гербом, спрятанный сейчас на дне дорожной сумки. Но размахивать регалиями королевского пристава сейчас — всё равно, что выстрелить из бомбарды, а потом сплясать вокруг неё вприсядку. После такого Армандо просто нельзя будет воссоединиться с отрядом, ради безопасности товарищей. Не успел чиновник определиться, как ощутил, что его тянут за рукав.

— Благородный дон не проводит смиренную служанку Творца до следующего поселения на тракте? — спросил приятный женский голос.

Де Горацо вздрогнул, оборачиваясь. Погружённый в размышления, он не заметил, как сзади к нему подкралась худенькая фигурка в бело-сером облачении странствующей монахини. Монашка выпростала из широких рукавов руки в белых кожаных перчатках, приподнял капюшон — и пристав увидел улыбающееся лицо донны Минервы.

— Конечно, сестра. — На них особо никто не смотрел, но Армандо подхватил игру рыцаря. Вдвоём они вышли из деревеньки, зашагали по обочине дороги прочь от Эдиция. Пристав вёл коня под уздцы.

— Как вы здесь очутились, донна? — поинтересовался де Горацио, убедившись, что за ними никто не следует.

— Очень просто. — Девушка шла рядом, снова спрятав ладони в рукавах. — Когда я добралась до города, ворота ещё не закрыли, но слухи о мятеже уже ходили вовсю. Я решила, что если меня запрут в городских стенах, выбраться оттуда будет сложно, и решила остаться снаружи. Благо, я знала, с какой стороны вы с Готехом прибудете. Он в порядке?

— Да, в полном. Очень хотел вас встретить лично, но… уж слишком он приметный. Пришлось мне. Долго вы ждали?

— Три дня. Староста оказался достаточно набожен, чтобы разрешить одинокой служанке Господа ночевать у себя в хлеву.

— Боже… простите, донна. Вам пришлось жить в таких условиях из-за нас…

Девушка неожиданно тихонько рассмеялась:

— Дон, ну что вы. Я с детства привыкла спать на соломе. В фамильном замке у меня есть покои, конечно, но сплю я обычно в дракошне, поближе к Угольку. И чтобы вы знали, драконий навоз пахнет куда крепче коровьего.