Донна Минерва и Уголёк отправились в путь на закате. Скрытности ради драконий рыцарь планировала лететь ночью, ориентируясь по звёздам. Остальная группа выдвинулась к своей цели, долине Чёрных ручьёв, с первыми лучами солнца. Началась отчаянная скачка — королевские приставы и имперские шпионы гнали коней, давая себе и животным минимальный необходимый отдых. Лагерь разбивали уже в темноте, когда ехать становилось попросту опасно. Увы, отсутствие сменных скакунов не позволяло выдерживать по-настоящему высокий темп. К тому же одну из вьючных лошадей имперского отряда пришлось отдать пленнику, распределив её груз по остальным. Линия крутых холмов, обозначающая край долины, показалась впереди лишь на третий день. Ведшая отряд эльфийка остановила свою белогривую Снежинку, повернулась к спутникам.

— Здесь нам снова придётся разделиться, — сказала она. — Если наш дорогой гость из иного мира не соврал в очередной раз, главная ракетная батарея развёрнута глубоко в тылу баронской армии, а пост управления минным полем — на левом фланге и далеко впереди. Батарею моя рота берёт на себя, контрольный пост я доверяю господам приставам. Им поможет леди Мария. Она единственная умеет читать на языке пришельцев, а на месте, вероятно, придётся иметь дело с их техникой. Поэтому же, благородные доны, с вами пойдёт пленник. Захватить пост полдела, вы должны постараться вывести из строя сами мины — чтобы ими уже никто не воспользовался.

— Сложно будет втроём брать цель штурмом и одновременно приглядывать за… этим, — пробасил Готех, кивком указывая на понурого мессира Джованни. Тот перенёс путь хуже всех, что и не удивительно — ездить верхом чужаку явно доводилось редко. Справедливости ради, остальные выглядели немногим лучше. — Ещё нам бы не помешал следопыт, вроде вас или капрала.

— Штурмовать батарею в тылу войска противника — задачка ничуть не легче, — возразила остроухая девушка. — Простите, доны, в такой ситуации я предпочту иметь в распоряжении людей, с которыми привыкла работать — всех до единого. Но у меня для вас скромный подарок.

Капитан вытащила из кожаного чехольчика на поясе две короткие стрелы с бронзовыми наконечниками — у одной оперение было алое, у другой белое.

— Зачарованные стрелы для арбалета, — пояснила она, передавая их Армандо. — Первая на огонь, вторая на воздух. Используйте на своё усмотрение, только не пытайтесь стрелять прямо в чужаков.

— И помните, что заклинание настроено на прикосновение тетивы к древку, — добавил мэтр Карлон. Борода коренастого южанина от дорожной пыли посерела, и теперь он куда больше смахивал на почтенного старца-мага. — Если вы зарядили такую стрелу в арбалет, выстрелить придётся. Не пытайтесь снять её с ложа.

— Благодарю, — вздохнул Армандо, пряча драгоценные заряды в колчан. Пользоваться зачарованным стрелами ему прежде не доводилось. — Постараюсь не забыть.

— Стоило бы дождаться ночи, чтобы и Яна поучаствовала, но не уверена, что у нас есть такая возможность, — продолжила эльфийка. — Обе группы должны выйти на позиции примерно в одно время и действовать по обстоятельствам. Успех одной из групп вызовет неразбериху в стане врага и поспособствует действиям второй. После выполнения задач встречаемся у того брошенного хутора к западу. Если там окажется враг — на запасной позиции севернее. Если кто-то не сможет явиться туда вовремя, окончательное место сбора — под стенами ближайшего города.

Леди Мария быстро обнялась с бородатым магом, обменялась кивками с сержантом Даллан, пожала когтистую руку ящера-капрала. Тот в ответ зашипел, распахнул пасть и лизнул девушку-гвардейца длинным языком в щёку. Через минуту два новообразованных отряда разъехались каждый в свою сторону. Приставы взяли курс прямо на долину, имперцам предстояло заложить крюк, чтобы подобраться к лагерю мятежного войска сзади.

Почти всю дорогу спутники Армандо молчали. Леди Марии не о чем было говорить с дертцами, а сами приставы не хотели обсуждать что-либо серьёзное в её присутствии. Пленник же и вовсе замкнулся в себе, таращась на гриву своего тощего конька, которого вёл в поводу Готех. Де Горацо, по правде, вполне мог взять с него пример. Последние события захватили молодого чиновника как ураган, и несли по волнам судьбы, не давая передышки. На самом деле, это было хорошо — иначе у пристава давно затряслись бы поджилки. Относительно спокойный последний участок пути предоставил ему шанс осмыслить свои действия, своё положение. Однако дон решительно этот шанс проигнорировал. Вместо того, чтобы удариться в рефлексию, он забавлялся мыслью о том, насколько противоположные ему достались товарищи — чернокожий лысый гигант и худощавая девушка, смахивающая на альбиноса.

По мере приближения к краю долины путники различали всё больше подозрительных звуков. За холмистой грядой пели рога, не умолкал какой-то гул. На шумы стоящего лагерем войска это походило слабо. Не сговариваясь, приставы и гвардеец подхлестнули коней, погнали галопом. Спешившись в тени одного из пригорков, спешно полезли на кручу. Мессиру Джованни карабкаться мешали связанные спереди руки, так что Готех почти тащил его за воротник. Торопились они не напрасно — с вершины достаточно крутого и высокого пригорка их глазам открылась захватывающая дух картина. Долина Чёрных ручьёв полнилась войсками… с обоих концов. В западной её части строились неровными квадратами баронские дружины, в восточной сплошным фронтом вытянулись ряды конных латников под королевскими знамёнами. Личный стяг королевы Октавии реял, как и полагалось, над центром строя.

— Королевская армия уже тут! — воскликнул поражённый Армандо. — Но их же ждали только через два-три дня…

— Присмотрись — здесь только конница, — указал Готех. — Её Величество оставила пехоту, артиллерию и обозы позади ради скорости марша.

— Это имеет смысл, — с уважением в голосе добавила леди Мария. Защитница эльвартской герцогини переводила взгляд с одной армии на другу. — В войне против Империи такой план был бы сущим безрассудством. Но мятежники не могут выставить баталии пикинёров, укрепления они не успели возвести, и собственной артиллерии у них нет.

Вообще-то между конными дружинниками и лагерем баронской армии Армандо заметил что-то, напоминающее артиллерийскую батарею, однако над корзинами с землёй высились не могучие чугунные бомбарды, а деревянные метательные машины и лафеты крошечных салютных пушечек. Всё, что смогли тайно раздобыть недовольные бароны, надо полагать. Королевское войско пока держалась далеко за пределами стрельбы этой рухляди.

— Но если королева рассчитывала на эффект внезапности — чего же она не атакует? — поинтересовался де Горацо.

— Потому что донна Минерва успела её предупредить о минах, полагаю, — белокожая леди дотронулась ладонью до рукояти шпаги и посмотрела на Армандо. — Теперь мы должны их обезвредить прежде, чем бароны опомнятся и приготовятся к бою как следует.

— Да, — кивнул оправившийся от первого удивления де Горацо. — Идёмте.

Нужный им холм высился несколько восточнее. Со слов пленника, командный пост чужаков прятался на середине внутреннего склона — и не слишком заметно, и обзор на долину пристойный. Людей там должно было быть всего ничего — вооружённая охрана сторожила ракетные батареи, а обслуга поста больше полагалась на хорошую маскировку.

— И берегитесь растяжек, — прибавил мессир Джованни на последнем допросе. — Это тоже мины, их ставят вокруг важных мест… на всякий случай.

— И почему ваша милость не рассказал о них раньше? — насмешливо выгнул бровь Армандо.

— Ну… я не думал, что вы потащите меня с собой, — признался чужак, отводя взгляд.

К замаскированному посту пришельцев группа подбиралась со стороны позиций мятежников. Отсюда чужакам грозила наименьшая опасность, но те всё равно проявили предусмотрительность — в какой-то момент шагавший первым Готех замер, жестом велел остановиться товарищам. Опустившись на одно колено, показал крюком на что-то у самой земли. Всмотревшись, Армандо увидел тонкую чёрную нить, натянутую между кустами. В траве её очень легко было не заметить.

— Растяжка, — кивнул угрюмо молчавший до сих пор пленник. — Заденете — и будет взрыв.

— Всё ещё хитрее. — Великан-южанин недобро осклабился. — Вон там дальше кто-то срезал ножом кусок почвы с травой, а потом положил на место, видите?

— Нет, — покачал головой Армандо.

— Вижу, — кивнула леди Мария.

— Перешагивая через нитку, обязательно на это место и наступишь. Уверен, ничего доброго в результате не случится.

Отсюда они продвигались с собой осторожностью. Пленнику на всякий случай заткнули рот надёжным кляпом — с него сталось бы предостеречь сородичей криком. Петляя между бесчисленных ловушек, то пригибаясь, то двигаясь ползком, группа вплотную подобралась к месту, указанному Джованни на карте. Де Горацо который уже раз порадовался, что его друг — опытный солдат, столь многое повидавший на войне. Лишь в общих чертах зная, что представляют из себя западни, устроенные чужаками, Готех находил и обходил их без труда. Сам командный пост первым заметил тоже он.

— Глядите, хорошо устроились, — проворчал гигант, стараясь не слишком тревожить обсыпанный белыми цветами куст, под которым залёг.

Пост представлял собой большую круглую яму, с трёх сторон обложенную мешками с землёй и накрытую сверху неким подобием рыбацкой сети. Только сеть была зелёная, из толстых плоских верёвок, к которым крепились лоскуты зелёной же ткани. Удивительным образом, укрытая этой сетью яма совершенно терялась среди травы и кустов. Над мешками торчали некие трубки — вероятно, оптические устройства вроде подзорных труб. Чуть в стороне стояла пара массивных приспособлений, тоже укрытых сеткой — у каждого из них Армандо разглядел четыре толстых колеса. Наверное, это был какой-то транспорт, доставленный чужаками из родного мира вместе с оружием. Наконец, последним «украшением» вражеских позиций были два человека в лохматых накидках, засевшие выше по склону. На коленях стражи держали длинные ружья замысловатой конструкции. Внимание одного из них было приковано к долине, другой внимательно наблюдал за макушкой холма — только поэтому они не заметили врагов, подобравшихся так близко. Вероятно, в защите флангов чужаки целиком полагались на свои «растяжки».

— Итак, наш план? — шёпотом поинтересовался де Горацо.

— Дайте мне стрелу, зачарованную воздухом, и со стражниками я разберусь, дон, — также тихо отозвалась леди Мария.

— Вы одна?

— Чужаки не столь опасны, когда застанешь их врасплох. А в ближнем бою они хороши, только когда у противника нет меча.

— Тогда сам пост — за нами, — кивнул Готех.

Взяв у великана арбалет, а у де Горацо стрелу, девушка отползла назад и пропала в траве. Приставы затаили дыхание. Минут десять ничего не происходило. И вдруг над долиной разнёсся глухой рокочущий грохот — как могучий удар грома за горизонтом. Вздрогнув, Армандо и Готех оглянулись. Далеко позади лагеря баронского войска к облакам вздымался толстый столб дыма. «Капитан справилась» — понял Армандо. Практически в то же мгновенье на востоке заиграли боевые рога. Сплошная масса королевской конницы тронулась с места, волной хлынула через долину.

Охранники в лохматых накидках тоже не остались равнодушны — они встрепенулись, повернули головы на грохот, привстали со своих мест. Вылетевшая из зарослей арбалетная стрела застала их врасплох. С шелестом промчалась между чужаками, она воткнулась в землю склона. И взорвалась без вспышки. Просто раздался хлопок, тугая воздушная волна толкнула стражников в спины, приподняла в воздух, опрокинула наземь. Не дожидаясь, пока они опомнятся, прятавшаяся в траве леди Мария сорвалась с места, мгновенно очутилась возле ближайшего врага, вогнала тому клинок шпаги между лопаток. Дальше Армандо не смотрел — он послал вторую стрелу, огненную, прямо в укрепление из мешков. Третий за минуту взрыв взметнул комья земли и облако дыма — на что и рассчитывал молодой пристав. Даже если засевшие внутри командного пункта пришельцы ждали атаки, чёрные клубы на пару ударов сердца заслонили им обзор в нужном направлении.

— Пошли! — больше не таясь, в полный голос рявкнул Готех. Он вскочил с боевым топором в руке, огромными прыжками ринулся вперёд. Армандо поспешил следом, обнажая меч. Когда он, перемахнув мешки, скатился в яму, один из находившихся там чужаков уже лежал на полу с раскроенным черепом. Второй и последний судорожно пытался расстегнуть кожаный чехол на поясе — вероятно, с каким-то оружием. Де Горацо без лишних церемоний пронзил ему спину дедовским мечом. Выдохнул, озираясь. Кроме пары пришельцев в яме находились лишь два складных стульчика да три низких деревянных стола, скорее даже широкие скамьи. На столах разместились предметы, назначение которых сходу угадывалось не всегда. Вот обыкновенная глиняная кружка, а вот рядом с ней плоская чёрная коробка, из которой торчат странные рычажки.

— У вас всё в порядке? — поинтересовалась леди Мария, заглядывая под маскировочную сеть с другой стороны ямы. В руке она до сих пор сжимала окровавленную шпагу.

— Да, прошло как по маслу. — Армандо нахмурился. — Леди, вы ранены?

Левый рукав куртки бледной девушки оказался разорван, ткань вокруг прорехи казалась влажной.

— Пустяк, ножом оцарапало. — Гвардеец качнула головой. — Я осмотрюсь тут, а вы ведите пленника.

Армандо поспешил назад. Времени оставалось мало — королевская конница пока шла на рысях, не достигнув и середины долины, однако в любой момент могла перейти в галоп. Разрубив мечом верёвку, которой мессир Джованни был привязан к кусту, пристав вытащил изо рта пленника кляп, поволок его за шиворот к яме. Тот не сопротивлялся, только шмыгал носом и вздрагивал. В яме командного поста пленник вовсе задрожал, как осиновый лист на ветру. Трупы на земляном полу притягивали его взгляд, как магнит — железную иглу.

— Что, твои друзья? — зло спросил Армандо.

— Да… нет… коллеги. — Чужак всхлипнул, словно собираясь заплакать, однако вместо этого вдруг перестал трястись. — Чего вы от меня хотите?

— Как нам активировать минное поле? Прямо сейчас.

— Я… скажу. Дайте взглянуть.

Мессир Джованни протиснулся мимо леди Марии к столу, на котором умещалось больше всего приборов. Бормоча что-то под нос, склонился над ними.

— Ничего сам не трогай! — предостерёг Готех.

— Да… конечно. — Чужак отдёрнул пальцы от чёрных металлических коробок… и внезапно схватил оранжевый цилиндрик, лежавший между ними. Прежде, чем кто-либо успел что-то предпринять, Джованни крутанул цилиндрик, как будто сворачивая шею гусю.

— Фш-ш-шух! — шар ярко-алого пламени вырвался из цилиндра, пробил маскировочную сетку, взмыл ввысь и там разорвался снопом красных искр.

Леди Мария, замешкавшаяся лишь на долю мгновенья, выбила опасный предмет из рук чужака, а Готех одним взмахом топора снёс тому голову с плеч. Плюнул на рухнувшее ему под ноги тело:

— Ублюдок!

— А по-моему, это было отважно, — не согласилась леди-гвардеец. Она подобрала с пола дымящийся цилиндр, чтобы вышвырнуть из ямы.

— Я приведу лошадей, леди, — проигнорировав слова Марии, обратился к ней чернокожий гигант. — А вы с Армандо… придумайте что-нибудь. Пока у нас не объявились гости.

— И что нам придумать? — растерянно спросил де Горацо, когда они с бледной девушкой остались вдвоём — если не считать сваленных кучей трупов.

— Что-нибудь, — спокойно произнесла леди Мария, склоняясь над тем прибором, от которого её оттолкнул ныне покойный мессир Джованни. — Ничего не могу разобрать. Все надписи на этой технике — сочетания букв безо всякого смысла. Я уверена, это сокращения и условные обозначения, которых я просто не знаю.

— И?

— Придётся привлечь логику. — Девушка размяла пальцы, подтянула свои длинные плотные перчатки из коричневой кожи. — Вот эти коробки на левом столе — радиостанция, мы такие видели прежде. На правом — вообще нет оборудования, какие-то бумаги, личные вещи… Значит, всё-таки дело в этой штуковине с рычажками. Вот в этой — она стоит посередине, с ней удобнее работать, чем с прочими. Наверняка, она самая важная. Здесь десять рычажков и одна кнопка.

Леди-гвардеец передвинула один рычажок на черной коробке из нижнего положения в верхнее. Ничего не произошло. Девушка вернула рычажок вниз, а потом резко перекинула вверх все десять. И снов ничего. Армандо куснул губу. Однако неудачи не смутили Марию. Она нажала кнопку. Потом перекинула рычажки назад и нажал ещё раз. Потом зажала кнопку пальцем и опять сдвинула все рычажки вверх.

Земля содрогнулась. Из ямы контрольного поста чиновник и девушка не видели результатов своих дел, зато прекрасно их услышали — громыхнуло намного ближе, чем когда капитан Вэлрия подорвала ракетную батарею. Выкарабкавшись из ямы, Армандо встал на мешки с землёй, приложил ладонь к глазам козырьком. Долину Чёрных ручьёв рассекла надвое полоса дыма — широкая, как река. Королевская конница, не успевшая достигнуть минного поля, остановила своё наступление, подобно воде, упёршейся в камень. Но вот, из центра строя выехала одинокая крошечная фигурка — чёрная, на чёрном коне, едва различимая с такой дистанции. Де Горацо не сомневался, что это королева Октавия. Всадница в чёрном прогарцевала вдоль первой шеренги в сопровождении знаменосца, и кавалеристы, как будто преодолев невидимый барьер, вновь хлынули вперёд — постепенно сменяя рысь галопом. В стане мятежников тоже возникло замешательство, но более короткое. Опомнившись и сообразив, что ловушка провалилась, бароны послали свои дружины во встречную атаку — чтобы те успели набрать скорость перед неизбежной сшибкой с противником. Впрочем, две волны кавалеристов не так заинтересовали Армандо, как большой отряд, диким галопом мчащий прямо в его сторону. Отряд находился достаточно близко — он явно выдвинулся сразу, как только увидел алый сигнальный огонь над кручей. Группа латников отделилась и от королевской армии, но эти к холму успевали намного позже.

— Готех, поторопись, — выдавил сквозь стиснутые зубы молодой пристав.

Великан-пустынник не подвёл — уже через пару минут он объявился на своём боевом жеребце, ведя трёх лошадей в поводу.

— Возвращаемся тем же путём, — коротко бросил гигант, пока его товарищи взбирались в сёдла. — Некогда искать растяжки с других направлений.

— Но это же… обратно, в сторону врага… — протянул Армандо.

— А что, есть варианты? Видел, сколько ловушек с западной стороны? Думаешь, с востока их меньше?

На то, чтобы выбраться из поля растяжек и подземных мин вокруг опустевшего командного поста, ушло ещё несколько минут. За это время две армии в долине почти сошлись, а отряд, движущийся к холму, приблизился настолько, что Армандо мог различить лица солдат. Те пока ещё не увидели всадников на склоне, однако ждать этого оставалось недолго.

— За холмы уйти не успеем. — Готех стиснул уздечку в огромном кулаке. — Нужно спускаться вниз и двигать под защиту коронных войск. Даст Творец, королева предупредила там хоть кого-то о нас… Хотя бы офицеров…

— Все вместе уйти не успеем, — поправил его Армандо. Он посмотрел на девушку-гвардейца. — Леди Мария, ваши знания языка пришельцев слишком важны теперь, когда у нас нет пленника. Берите запасного коня, берите бумаги с командного поста, и скачите в место сбора. Мы же рванём к войску и отвлечём погоню.

— Дон Армандо. — Светловолосая эльвартка наградила пристава бледной, однако искренней улыбкой. — Я бы хотела остаться с вами, но вы правы. Надеюсь, мы ещё встретимся, и не как враги.

Пришпорив коня, она пустила его вдоль склона. Приставы же направили своих скакунов вниз, к подошве пригорка.

— Заделался рыцарем? — ухмыльнулся Готех.

— Пусть имперцы будут с имперцами. Вдвоём с тобой выкручиваться привычней, — ответил Армандо, также криво усмехаясь. Он и сам сейчас не сказал бы, зачем отослал воительницу. Впрочем, если к кому-то из имперцев де Горацо и испытывал симпатию — так это к вежливой и искренней белокожей леди. Которая только что, вероятно, спасла его королеву.

Приставов заметили, когда они почти достигли основания холма. Отряд мятежников и без того гнал галопом, так что ещё больше ускориться не мог — зато сменил направление, двигаясь теперь точно на Армандо и Готеха. Передние всадники опустили копья.

— Йех! — молодой чиновник показал преследователям неприличный жест и хлестнул свою лошадь по крупу. Отдохнувшая кобыла припустила стрелой.

Он не знал, сколько они вдвоём гнали скакунов на восток, пригибаясь к конским гривам — минуту, две, вечность. Завывал ветер, стучали о каменистую землю подковы, со всех сторон пели рога и звенела сталь. Армандо смотрел вниз, чтобы вовремя отвернуть лошадь от выбоины в земле или большого камня — но то и дело вскидывал голову, чтобы глянуть вперёд. И каждый раз строй королевских латников оказывался всё ближе и ближе. Назад молодой чиновник не оглядывался. В какой-то момент он поднялся в стременах, сорвал с головы шляпу, замахал ею. Латники, скачущие навстречу, раздались в стороны — однако недостаточно, чтобы пропустить приставов сквозь весь свой отряд. Первые конники промчались мимо Армандо, а потом чиновнику пришлось развернуть лошадь, последовать за ними, чтоб не попасть под копыта задних шеренг. Два кавалерийских отряда сшиблись почти тут же, и пристав глазом моргнуть не успел, как очутился посреди безумной свалки. Он бросал лошадь то в одну сторону, то в другую, вертелся в седле, стараясь избегать ударов, даже не пытаясь обнажить меч — но долго так продолжаться не могло. Сбоку на де Горацо налетел всадник в старой бригантине с гербом одного из мятежников. Его конь врубился грудью в кобылу Армандо, та не устояла на ногах, с испуганным ржанием завалилась в другую сторону. Пытаясь высвободить ногу из стремени, пристав успел разглядеть обломок копья, торчащий в шее животного. Удар о землю вышиб из де Горацо дух. В глазах потемнело. Армандо всё же сделал попытку встать — но тут ему на голову рухнуло нечто тяжелое, пахнущее кожей и металлом, и молодой человек потерял сознание.

* * *

Привело в чувства Армандо ощущение того, что его тянут под мышки. Чьи-то сильные руки столкнули груз с головы и груди пристава, выдернули его из-под навалившейся на ноги тяжести. Де Горацо замотал головой, стремясь быстрее собраться с мыслями, разлепил веки. Проморгавшись как следует, обнаружил, что стоит, придерживаемый под руки парой солдат в панцирях коронных латников.

— Как вы себя чувствуете, дон Армандо? — спросил очень знакомый мелодичный голос. Латники развернули де Горацо в нужную сторону — чтобы он увидел королеву Октавию Девятую собственной персоной. Её Величество стояла буквально в трёх шагах от Армандо, сложив руки на груди, и улыбалась. Шлема на юной правительнице не было, блестящие чёрные волосы спадали на воронёные наплечники её знаменитых доспехов.

— Моя госпожа… — заплетающимся языком пролепетал де Горацо, и попытался упасть на колено. Солдаты не позволили ему этого сделать. К счастью — так как в нынешнем своём состоянии молодой пристав скорее упал бы лицом в землю.

— Прекратите, дон. — Королева сделала знак латникам. Те осторожно усадили пристава на снятое с убитой лошади седло. — Я спросила — как вы себя чувствуете? Открытых ран я не вижу, нет ли переломов?

Армандо прислушался к себе, попутно озираясь. Выдавил:

— М-м-м… нет, Ваше Величество… всё тело болит, но кости целы.

Вокруг простиралась долина Чёрных ручьёв, устланная трупами людей и коней на сколько хватало глаз. Вдали двигались какие-то конные отряды, но здесь, возле Армандо и королевы, находилось не больше десятка солдат.

— Это хорошо, — кивнула Октавия. — Я уже не надеялась найти вас живым. Мне сказали, что вас с другом видели в этой части поля боя, но живы ли вы — я не знала. Решила сама проследить за поисками.

— Готех… где… дон де Ардано? — Армандо вспомнил, что потерял чернокожего великана из виду ещё до начала конной сшибки.

— Его пока не отыскали, ни живого, ни мёртвого, — перестав улыбаться, ответила королева. — Но думаю, погибни он в бою, его тело не осталось бы не замеченным.

— Это да… — согласился де Горацо, невольно усмехнувшись. — Простите, Ваше Величество… Но почему вы здесь?

— Надеялась найти вас, дон. Я ведь сказала. — Октавия пожала плечами. — Бой, в принципе, завершён. Мы победили — во многом, благодаря вам и вашим друзьям. Старый маршал де Крацо гонит остатки мятежников на запад. Маршал де Холамо командует арьергардом, а на самом деле присматривает за герцогом Огюстом. Я не пустила отряд герцога в бой, и оставила рядом достаточно своих войск, чтобы он сидел тихо. В Дерте маршал де Котоци и архимаг следят, чтобы сторонники Огюста чего не устроили, пока меня нет. Теперь, когда с мятежом покончено, у нас будет время заняться чужаками.

— Донна Минерва добралась до вас, — с облегчением выдохнул Армандо.

— Да, и принесла бесценные сведения. Я сразу отослала её. Семьи драконьих рыцарей ведь держатся нейтралитета, на поле боя донне не стоило показываться. Она сказала, что отыщет товарищей во вражеском тылу.

— Я волновался за неё. — Де Горацо попробовал встать. С грехом пополам у него получилось. — И волнуюсь за Готеха… Но спасибо за добрые вести, Ваше Величество. И за заботу.

— Я поручила вам задачу, вы её выполнили. Разумеется, позаботится о вас теперь — мой долг как командира. — Октавия вновь улыбнулась и протянула чиновнику сжатый кулак. — Клянусь вам королевской кровью, дон Армандо, мы очистим наш континент от этих мерзавцев. Я сделаю всё, чтобы отучить их лезть в дела чужого народа. Если понадобится — даже заключу союз с Империей. Но уверена, мы справимся и сами.

— Вы можете рассчитывать на меня в этом деле, Ваше Величество. — Тело ощущалось как ватное, но молодой чиновник поднял руку и коснулся пальцами бронированного кулака королевы, формальным жестом заверяя клятву.

— Отлично, тогда надо доставить вас…

— Госпожа! — неожиданно прервал королеву один из латников. — Приближается отряд солдат.

— И что? — повернулась к нему Октавия.

— Он… под знамёнами герцога де Веронни.

Взглянув в указанном направлении, Армандо и сам увидел группу из полусотни конников, приближающуюся со стороны королевского лагеря.

— Жак. — Королева нахмурилась и взглядом подозвала одного из рядовых латников. — На коня. Скачи к ближайшему нашему отряду и приведи сюда. Ничего не говори, просто приведи как можно скорее.

— Да, госпожа. — Солдат сорвался с места, гремя доспехами на бегу.

— Что происходит? — поинтересовался Армандо.

— Ничего хорошего, дон. — Юная правительница всматривалась в приближающихся конников. — Маршал де Холамо получил прямой приказ ни под каким предлогом не выпускать солдат герцога из лагеря после конца битвы. Почему он…

Она осеклась. Изменившись в лице, протянула:

— Вот оно что…

— Ваше Величество?

— Во главе отряда едет сам герцог Огюст. И маршал рядом с ним, хотя знамя не поднял.

— Значит…

— Значит, я плохо всё-таки разбираюсь в людях, — грустно усмехнулась черноволосая девушка. — Я считала маршала надёжным…

— Госпожа, вам стоит сесть на коня и… — начал было один из латников, но королева подняла ладонь, заставив его умолкнуть:

— Поздно. Наши кони утомлены битвой, а их — свежи. Войска ушли далеко вперёд, мы их не нагоним вовремя. И спорить готова, в отряде герцога есть пара чужаков с дальнобойным оружием.

— Тогда…

— Понадеемся на Творца. Вы — уходите, сейчас же. Я попробую выиграть время.

— Мы не бросим вас, госпожа… — замотал головой латник. Товарищи поддержали его согласными возгласами.

— Не стану вам приказывать. — Октавия обнажила меч и неторопливо зашагала навстречу герцогским кавалеристам. Всё ещё плохо соображающий Армандо догнал её, пошёл рядом. Солдаты задержались, взбираясь в сёдла.

— Надеюсь, ему не хватит наглости, и это просто демонстрация силы, — совершенно будничным тоном произнесла королева, не глядя на шагающего рядом молодого чиновника. — Но если вдруг… Дон Армандо, хочу чтобы вы знали. «Октавия» — это тронное имя. До коронации меня звали Летицией.

— Вот… как… — только и смог пробормотать де Горацо. И лишь потом понял, зачем Октавия ему это говорит. Но сказать в ответ ничего не успел — конники де Веронни подошли вплотную, окружили королеву и пристава с трёх сторон. Замкнуть кольцо им помешали латники Октавии, выстроившиеся позади неё. Несколько всадников погнали коней дальше — видимо, преследуя отправленного за помощью бойца. Герцог Огюст Сильный выехал вперёд — огромный человек на огромном коне. Ростом правитель герцогства Веронни не уступал Готеху, а в ширину превосходил пустынника на добрую треть. Из брони претендент на престол носил лишь лёгкий нагрудник поверх расшитого золотом зелёного камзола. Армандо до боли стиснул зубы, увидев, что четыре личных охранника Огюста не таясь держат поперёк сёдел необычные длинные ружья — определённо, подарки из иного мира.

— Какая неловкая встреча, Ваше Величество, — прогудел герцог, глядя на юную королеву сверху вниз. Спешиться он и не подумал.

— Действительно. — Девушка в чёрных латах упёрла остриё своего меча в землю, сложила ладони на крестовине. Лицо её оставалось бесстрастным, голос спокойным, даже чуть насмешливым. — Я ведь, кажется, недвусмысленно приказала вам охранять лагерь вместе с маршалом. Что вы здесь делаете, дон герцог?

— Я посовещался с маршалом, и мы пришли к единому мнению о том, что ждать в тылу в такой судьбоносный час для страны — преступление. — Герцог весьма неприятно ухмыльнулся.

— О… — королева наклонила голову к плечу, чтобы посмотреть за спину здоровяка-Огюста, на своего полководца. — Право же, дон де Холамо, я считала вас человеком устойчивых взглядов.

— Я… — начал было коронный маршал, однако его перебил владетель Веронни:

— Маршал всегда говорил, что верен королевству, а не короне. Я убедил его, что могу принести стране больше славы и величия, чем вы, Ваше Величество. Кстати, хорошо, что вы не одна. Слишком много людей видело вас пережившей битву, понадобится козёл отпущения для публичной казни…

— Полагаю, нет смысла предлагать вам решить наш спор поединком, да? — юная королева слегка откинула голову, презрительно улыбнулась.

— В отличие от вас, Ваше Величество, я не боюсь доверять важные дела другим людям, — ответил усмешкой на усмешку герцог. — Но кое-что я сегодня намерен сделать лично.

Огюст Сильный сунул руку в седельную сумку и выудил оттуда изогнутый металлический предмет. Очень похожие Армандо видел на поясах чужаков, убитых в яме командного поста.

— Это называется «пистолет». Подарок моих деловых партнёров в знак крепкого сотрудничества. — Герцог направил предмет на королеву. — Я потратил много времени, осваивая его, и могу сказать, что…

Этому странному разговору не суждено было завершиться — раздавшийся с небес оглушительный рёв вынудил всех дружно вскинуть головы. На поле боя опускался угольно-чёрный боевой дракон — ужасно злой, судя по обнажённый клыкам и выставленным вперёд когтистым лапам.

— Проклятье! — воскликнул герцог. Предмет в его руке ожил, задёргался, плюнул огнём — раз, другой, третий. Пули ударили королеву Октавию в грудь, пробив воронёную кирасу. Девушка пошатнулась, но невероятным усилием воли осталась на ногах — опомнившемуся Армандо пришлось схватить её за плечи и повалить наземь, спасая от четвёртого выстрела. Охранникам Огюста не требовалось особых команд — их ружья часто захлопали. Веер свинца промчался над головой де Горацо, сметая коронных латников. Приставу было не до того — он пытался удобнее уложить королеву, одновременно прикрывая её своим телом от солдат де Веронни. Дракон практически врезался в землю рядом, раздавив своей тушей нескольких всадников, включая одного из стрелков.

— Арм… — внезапно произнесла черноволосая девушка, глядя куда-то в небо, через плечо пристава. — Дон…

— Ваше Величество?

— Живите… боритесь… остановите… — де Горацо едва различил шёпот королевы сквозь треск выстрелов, рёв дракона и конское ржание. — Мой… приказ…

Больше последняя королева из рода Идерлингов не произнесла ни слова — кровь хлынула из её рта, растекаясь по щекам и подбородку. Девушка захрипела, судорожно вытянулась на руках пристава. Несколько раз дёрнулась в последних конвульсиях и обмякла. Глаза Октавии оставались открытыми — но огонёк жизни в них угас.

— Ваше… — Армандо с растерянностью осознал, что плачет. Слёзы лились из его глаз, затуманивая взор. Де Горацо попытался поднять королеву на руки, однако слабость ещё не прошла до конца, а тело девушки в латах весило не так мало.

— Дон Армандо! — словно сквозь набитую в уши вату донёсся до пристава чей-то крик. Он оглянулся — донна Минерва, опасно свесившись со спины Уголька, махала ему рукой. Дракон пятился, а по нему били пули и струи магического пламени, отражаясь от вспыхивающих синим силовых щитов. Рыцарь пустила в ход всё, что у неё было — включая одноразовые обереги, вплетённые в сбрую крылатого ящера.

Несколько секунд де Горацо колебался. Он не мог взять с собой Октавию — но и не мог бросить её здесь, среди врагов. Что, если каким-то чудом что-то ещё можно сделать? Если мэтр Карлон может помочь лечебной магией?

— Дон Армандо! Сюда!

Утерев слёзы грязным рукавом куртки, пристав поднялся, бросил последний взгляд на бездыханное тело королевы — и побежал к дракону. Подпрыгнув, вцепился обеими руками в ремни, оплетающие тушу Уголька — и тот перестал пятиться. Побежал вперёд, ударяя крыльями, расшвырял оказавшихся на пути кавалеристов герцога, оттолкнулся от земли, взмыл в воздух, провожаемый выстрелами и шипением боевых заклинаний. Армандо слышал их считанные мгновенья — а потом остался только свист ветра в ушах.

Донна Минерва выбралась из седла, помогла приставу вскарабкаться на спину дракона, закрепила там ремнями позади своего места. Спросила:

— Королева?

— Мертва, — выдохнул Армандо. Его била крупная дрожь, и пронизывающий ледяной ветер не помогал её унять. Лицо пристава не защищал шлем, отчего поток воздуха мешал говорить. — Я… не смог ничего… сделать.

— И я опоздала, — горько произнесла рыцарь, возвращаясь в седло. — Капитан Вэлрия сразу отослала меня обратно, как только мы встретились, велела плевать на всё и защищать королеву, а по возможности найти вас…

— Вы видели Вэлрию?

— Да. И остальных её людей.

— А Готеха?

— Нет. Вы тоже?

— Он жив. Королева… так считала… Куда мы летим?

— В место сбора. К имперцам.

— Ну да… — Армандо прикрыл глаза. Слёзы высохли так же внезапно, как появились. Но последние слова умирающей Октавии продолжали эхом отзываться в его голове. Жить. Бороться. Остановить. Её приказ. — Куда нам ещё осталось теперь идти?…