-   На, получай! - разом кинулись черепашки на тварь, вонзая в нее свои мечи.

-   А ну, еще разок! - предложил Микеланджело, замечая, что ящерица пошатнулась, теряя рав­новесие.

  На этот раз Микеланджело, находясь сзади, от­рубил хвост твари.

-   Что, не нравится! - заорал Микеланджело и еще раз ударил мечом чуть выше.

  Ящерица топталась на месте, дергаясь от боли. Из шипов стала выделяться желтая жидкость, ко­торая, падая на песок, вздувалась пузырями.

-   А это еще что? - спросил Донателло, накло­няясь, чтобы разглядеть загадочный «фейерверк».

  Он протянул руку.

-   Не трогай, это может быть опасно! - крикнул Леонардо, направив свой меч на поясохвоста.

-   О, черт! - Донателло одернул руку. - Это жжет, точно огонь.

-   Пора с ним кончать! - Микеланджело вско­чил на хребет твари и только хотел вонзить ей в голову острие меча, как та подняла свои шипы.

-   Микеланджело, прыгай! Она сейчас сожжет тебя своей жидкостью! - встрепенулся Леонардо.

  Рафаэль последовал вслед за Микеланджело. Его ноги скользили, и несколько раз ему приходи­лось опираться на меч, чтобы не упасть. Когда, наконец, черепашки стали рядом, они одновремен­но пронзили шею ящерицы, и голова ее повисла, держась только на толстой коже.

  Туша поясохвоста рухнула на песок, дергаясь в предсмертных судорогах. Микеланджело и Ра­фаэль успели спрыгнуть с чудища до его паде­ния.

  Донателло и Леонардо стояли возле головы тва­ри, на них смотрели мутные, налитые кровью глаза.

-   Тьфу, гадость! - отвернулся Леонардо.

  То, что осталось от гигантского поясохвоста, задымилось; раны перестали кровоточить и, словно закипевшая вода, бурлили.

  Смрад исходил от всей этой массы.

-   Надо уходить! - крикнул Донателло.

  Принюхиваясь, Микеланджело заметил:

-   Похоже на угарный газ.

-   Что бы это ни было, нельзя здесь оставаться, - решительно сказал Рафаэль.

  Эйприл издалека видела сражение, из которого черепашки вышли победителями. Она махала им рукой, встречая их, и улыбалась, радуясь, что все благополучно закончилось.

-   Ну, как погуляли? - в шутку спросил Мике­ланджело, подходя к ней.

-   Микеланджело, ты неисправим! - и Эйприл слегка толкнула его в плечо.

  Тот упал, а черепашки засмеялись.

  Эйприл увидела в нескольких местах кровь на туловище Микеланджело и присела рядом с ним.

-   Тебе больно?

  Микеланджело отрицательно покачал головой, а потом взял Эйприл за руку.

-   Побудь моей Бентреш, - с улыбкой произнес он, - а то у Рафаэля есть о чем рассказать, а мне не о чем.

-   Как же! - воскликнул Донателло. - Дете­ныш крылатого муравья подрастает и, по-моему, ты питал к нему самые нежные чувства.

  Эйприл встала.

-   А не проделки ли это Бентреш? - обратилась она к Рафаэлю.

-   Не говори глупостей, - бросил Леонардо.

  Уже стало темнеть, когда черепашки и Эйприл подошли к палатке.

-   Профессор Брэдли! - позвала Эйприл.

  Никто не ответил. В палатке было тихо.

-   Может, он спрятался? - предположил Лео­нардо.

-   Как это? - недоумевал Рафаэль.

-   Просто даже, решил пошутить.

-   Но профессор - серьезный человек, - продолжал Рафаэль.

-   Значит, ему надоело быть серьезным, - вме­шался Микеланджело. - Ты тоже был серьезным до этой поездки.

  Эйприл побежала посмотреть, нет ли Брэдли у профессора Арнольда. Но вскоре вернулась: тот ничего не знал.

-   Может, он в саркофаге случайно уснул? - ­пошутил Микеланджело, закрывая рукою рот, что­бы не засмеяться.

-   А мумия? - поддержал Леонардо.

-   Да прекратите вы, наконец, - крикнула Эйприл. - Вам бы только смеяться, га-га-га, - девушка передразнила Микеланджело.

-   А что, похоже.

-   А может, с ним что-нибудь серьезное случилось, - волнуясь, сказала Эйприл.

-   Может быть и так, - задумался Донателло.

  Профессор Брэдли все не появлялся. Черепашки поминутно выбегали из палатки, надеясь, что уви­дят его. Но увы.

-   Надо что-то предпринять, - Донателло со­брал всех в палатке.

-   И чего так волноваться? Профессор Брэдли глупостей не наделает, не маленький, - усаживаясь, недовольно бубнил Микеланджело.

  Донателло не сдержался, вскочил со стульчика:

-   Если ты не закроешься раз и навсегда, то я скажу, что самая большая глупость с нашей сторо­ны была в том, что ты сейчас здесь!

  Микеланджело сел боком к столу и замолчал.

-   А, может, и правда: не стоит беспокоиться, ведь мы еще ничего такого криминального не знаем, - помялся Леонардо.

-   Кажется, я припоминаю: профессор хотел свя­заться с доктором Адамсом, - произнес Рафаэль.

-   Вот-вот, снова доктор Адамс, - еле слышно сказал Микеланджело.

-   Что ты этим хочешь сказать? - обратился к нему Донателло с какой-то подозрительной интона­цией, что заставило всех посмотреть на Мика.

-   Только то, - повернувшись ко всем лицом, сказал Микеланджело, - что с именем доктора Адамса связано несколько неприятных собы­тий.

-   Какие, например, - поинтересовалась Эйприл, переставляя свой раскладной стульчик к выходу из палатки.

-   Мне кажется, что в похищении сокровищ доктор Адамс принимал если не непосредственное, то косвенное участие.

  После такого заявления Микеланджело на лице у Рафаэля нарисовался вопрос.

-   У тебя есть доказательства? - косо глянул на Мика Леонардо.

-   Доказательств нет...

-   Вот и молчи тогда, - вставил Рафаэль.

-   ...но есть факты.

-   Какие факты? - подозрения Микеланджело так раздражали Рафаэля, что он захотел сам закрыть тому рот.

-   Пусть говорит, - спокойно произнес Дона­телло, погруженный в свои мысли.

-   Доктор Адамс первым узнал о найденных со­кровищах от профессора Брэдли и припрятал их, чтобы тот не подумал, что это сделал он...

-   Но профессор как раз и подумал на него,­ - покачал головой Леонардо.

-   А теперь где-то пользуется ими в отсутствие профессора, - Микеланджело сделал многозначи­тельное лицо.

-   Ты молодец, Микеланджело! - вскрикнул Донателло так, что все подскочили от неожиданности.

  Эйприл, Рафаэль и Леонардо одарили Дона­телло неодобрительным взглядом.

-   Ну, вот, видишь! Ты согласен со мной?

-   Нет, не согласен, - Донателло улыбнулся.

-   Но тогда как объяснить... - недокончил Микеланджело.

-   Думаю, кое-что объяснить я смогу. Ты был прав только в том, что, похищая сокровища, кому­-то было выгодно, чтобы профессор обвинил в этом своего лучшего друга доктора Адамса. Мне помнится, - Донателло искоса посмотрел на Мике­ланджело, - когда профессор Брэдли помирился с доктором Адамсом, ты сказал, что без друзей жизнь становится невыносимой.

  Микеланджело опустил голову так, что, каза­лось, она у него растет сразу от туловища.

-   Дальше. Жизнь профессора стала невыноси­мой, потому что он знал, что ошибся. Поиски сокровищ не столько занимали его, сколько не да­вали покоя угрызения совести.

  Эйприл покачивалась на стульчике, время от вре­мени выглядывая наружу, где в два ряда стояли такие же палатки археологов. Возле одной из них она заметила довольно странного типа, который, похоже, наблюдал за тем, что делается в их палат­ке. Она спряталась за стенку из брезента и замер­ла, потом снова выглянула. Мужчины не было на месте. Эйприл вздохнула. «Должно быть, - поду­мала она, - я становлюсь излишне подозрительной».

-   Но профессор признал свою ошибку, - вступил в разговор Леонардо.

-   Да, но когда! Ведь прошло столько лет!­ - возразил ему Донателло.

-   По-твоему, он не искал сокровища только по­тому, что сильно переживал? - Рафаэль не совсем понимал ход мыслей Донателло.

-   Не только. Разве он кому-нибудь говорил еще о своей находке в саркофаге? Да где?!! В запаснике музея.

-   Ты хочешь сказать, - начала высказывать свою догадку Эйприл, - профессор боялся, что ему никто не поверит?

-   Да. Поэтому он молчал все это время, пока Эйприл не познакомила нас с ним.

-   А мы поверили, и отправились с ним, чтобы найти их, - сказал Леонардо.

-   Но кому было выгодно заставить профессора подумать не так, как было в действительности? ­нервничал Микеланджело, ерзая на стульчике.

-   Похитителю, конечно, - Донателло встал из-за стола.

-   Но похитителю чего? - спросил Микеланджело.

-   Как чего? Сокровищ, конечно.

-   А, а я думал, что похитителю профессора Брэдли.

-   Постойте-постойте, - встрепенулся Рафа­эль, - ведь это, возможно, одно и то же лицо.

-   Значит, мы были правы: сокровища в Егип­те! - воскликнул Леонардо.

-   И что оттого? - Донателло безучастно по­смотрел на Леонардо.

-   Да-а, но где? - пытаясь найти какое-то реше­ние, произнесла Эйприл.

Глава 24. Поиски профессора Брэдли

  Всю ночь черепашки и их подруга Эйприл не спали, продолжая бесконечные рассуждения. До­нателло из всего сказанного делал свои умозаклю­чения и пока держал их при себе.

  Даже Микеланджело несколько повоздержался в своих неуместных остротах, понимая, что его поведение влияет не лучшим образом на авторитет.

  Эйприл, полагаясь на интуицию, предложила черепашкам отыскать того самого Гуссейна, который когда-то обратил внимание профессора на деревянного сфинкса.

-   Но где мы будем его искать? - вздохнул Ми­келанджело.

-   Мы даже не знаем, как он выглядит, - заме­тил Леонардо, глядя на Эйприл покрасневшими от бессонницы глазами.

-   Надо искать! - не унималась девушка.

-   Погоди, Эйприл, сказать это не означает, что у нас есть какое-то конкретное направление по­иска, - спокойно рассудил Донателло.

-   Но, может быть, ему там...

-   Успокойся, твои эмоции лишь отвлекают...

-   Что-о? От чего же?

-   ...от сосредоточенности.

  Эйприл снова выглянула из палатки и снова уви­дела того же странного человека. Она резко отпря­нула от выхода, чтобы он не заметил ее.

-   Эй, - почти шепотом позвала Эйприл, указы­вая рукой на выход.

  Черепашки посмотрели на нее.

-   Кого ты там увидела? - поинтересовался Микеланджело.

-   Судя по всему, там должен быть профессор, - и Леонардо встал, чтобы идти ему на­встречу.

  Донателло сообразил, что не это хотела сказать им Эйприл, и задержал Леонардо рукой.

-   Постой.

-   Я видела его вчера, - уклончиво начала Эйприл.

-   Кого? - не терпелось узнать Микеланджело.

-   Там странный тип.

  Черепашки осторожно метнулись к выходу, вы­глядывая в щелку из палатки.

-   Вон, видите, у соседней палатки стоит муж­чина...

-   Где? - никак не мог увидеть Микеланджело.

-   Не высовывайся так, - потянул за руку Микеланджело Донателло.

-   ...лицо оливкового цвета, черные глаза устремлены прямо на нас. Видите-видите, он прикуривает сигарету.

-   Да, Эйприл, - отозвался Рафаэль.

-   Кто-нибудь обращал внимание на него раньше? - разглядывая мужчину, спросил Донателло.

  Все пожали плечами.

  Мужчина тем временем как бы чувствовал себя в напряжении. Он нервно курил, показывая полос­ку белоснежных зубов, наконец, бросил сигарету и быстро пошел прочь.

-   Он ждал, когда мы уйдем, - произнесла Эйприл на одном дыхании.

-   Возможно, - процедил Донателло.

-   Зачем ему это? - Рафаэль вопросительно поглядел на Эйприл.

-   Не знаю, но, думаю, он хотел здесь что-то найти.

-   А может, профессор его подослал? - пред­положил, садясь на место, Микеланджело.

-   Сомневаюсь, - поморщился Донателло и еще раз выглянул из палатки.

-   Он охотится за папирусом, - уверенно заяви­ла Эйприл.

-   Это так, - согласился Леонардо, - здесь больше нет ничего такого, что могло бы кого-то заинтересовать.

  Эйприл подошла к сумке, где профессор держал свои записи, там же он прятал золотой футляр с папирусом.

-   Вот он, - и девушка достала футляр с тем, чтобы решить его дальнейшую судьбу.

-   Мы не должны оставлять его здесь, - произ­нес Донателло, героически сжав губы.

-   Я согласна носить его с собой.

-   Пока с тобой чего-нибудь не произойдет? - насмешливо поинтересовался Микеланджело.

-   А что со мной может произойти?

-   Микеланджело прав, - добавил Леонардо, - мы не можем так рисковать.

-   Но пока это единственно правильное реше­ние, - вступился Донателло, - а за Эйприл мы присмотрим.

  Некоторое время черепашки еще повозились в палатке, обдумывая дальнейшие действия. Эйприл взяла свою дамскую сумочку и поместила на дно ее футляр с папирусом. А затем, накрутив на руку ее тонкий ремешок, спрятала сумку подмышку.

  В какой-то момент Донателло и Рафаэль посмо­трели в глаза друг другу, словно читая мысли один одного, и улыбнулись, понимая, что хотят предло­жить одно и то же. Донателло уступил, подмигнув Рафаэлю.

-   А что, если нам устроить западню?

-   Как это? - насторожилась Эйприл, а Микеланджело и Леонардо обратили на него удивленные глаза.

-   Есть же ловушки в гробницах, - улыбаясь, произнес Донателло.

-   И все же, - застыла в ожидании Эйприл.

-   Мы позволим этому человеку проникнуть к нам в палатку, более того, мы даже дадим ему возможность поискать то, что он так хочет здесь найти, но вот уйти отсюда он не сможет, потому что…

-   ...потому что, - перебил Леонардо Донател­ло, - окружив палатку, мы схватим его.

-   А что, он имеет какое-то отношение к похи­щению? - скривился Микеланджело.

-   Вот и проверим, - выходя из палатки бросил Леонардо.

  Эйприл сидела, прикусив нижнюю губу, и сооб­ражала, что ей ответить. Но, не найдя никаких аргументов против, последовала за Леонардо.

  Рафаэль суетился, не представляя себе, как они позволят кому-то копаться в их вещах, и если у него и были на этот счет какие-то возражения, то он не произносил их вслух.