-   Не уверен, - покачал головой Микеланджело. - ­Слишком заносчиво он с нами разговаривал.

-   Тогда, может, поспешим за ним? - спросил Дона­телло.

-   Нет, - сказал Микеланджело. - Он все-таки вер­нется. Вот увидите. И часа не пройдет как заявится до­мой. Почему? Очень просто: все то, что мы сегодня узна­ли, осталось при нас. А ему без этого не обойтись.

  И Микеланджело направился ко входу в канализа­цию. За ним последовали Донателло и Леонардо.

  Рафаэль же тем временем шел так быстро, что вскоре нагнал африканца. Тот, как выяснилось, тащил свой тяжелый чемодан вовсе не на остановку, чтобы ехать в аэропорт, а повернул совсем в другую сторону. Он выбивался из последних сил, все чаще останавливался, чтобы передохнуть.

-   Теперь куда угодно, хоть в аэропорт, - бубнил се­бе под нос Рафаэль, передразнивая Микеланджело. - А этот, по всей видимости, туда вообще не собирался.

  Африканец прошел по хорошо освященной улице еще два квартала, потом свернул в переулок. Рафаэль немно­го помедлил, чтобы понаблюдать из-за угла. За все время преследуемый ни разу не оглянулся.

  «Или он так занят ношей, что никого не замечает, или полностью уверен в своей безопасности, - размышлял Рафаэль. - В любом случае нужно соблюдать дистан­цию и не спускать с этого типа глаз. Он ведет себя очень даже странно».

  Африканец дошел до конца переулка и свернул в проход между двумя стоящими близко друг к другу до­мами.

  Рафаэль остановился снова. Прежде чем пойти даль­ше, осторожно выглянул из-за угла.

-   Фу ты, черт, какая тьма! Не видно ни зги, - выру­гался негромко. - Жалко, нет фонарика. Или хотя бы спичек. Без огня здесь могут летать только совы.

  И он присел на корточки, чтобы вползти в темноту на четвереньках, как делают настоящие черепахи. Потом снова встал и прислушался. Нет ни единого подозритель­ного звука.

  «Куда же он мог запропаститься?» - спрашивал себя Рафаэль.

  И тут он отчетливо услышал где-то вверху голос. В том, что это была человеческая речь, он не сомневался. Однако, как ни напрягал слух, ничего не мог разобрать.

  «По всей видимости, там не более двух-трех чело­век, - сделал вывод Рафаэль. - Если они не вооруже­ны, то я вполне могу с ними справиться».

  Погруженный в темноту, давно, видимо, заброшен­ный дом, навевал всякие мрачные мысли. Рафаэль нашел входную дверь и тихонько открыл ее. В подъезде было еще темнее, чем на улице. Рафаэль стал осторожно нащу­пывать ногой ступеньки лестницы.

-   Ви-и, - раздался вдруг пронзительный писк.

-   О, боже, здесь еще и крыс полно, - остановился от неожиданности Рафаэль.

  С минуту он не решался сделать ни шагу. Потом все же пересилил нерешительность и пошел дальше. Вскоре нащупал лестницу и стал подниматься по ней. Когда добрался до третьего этажа, позади послышался скрип двери и быстрые шаги, кто-то поднимался по лестнице вслед за ним. Рафаэль быстро осмотрелся и толкнул ближайшую от себя дверь. Она не поддавалась. Тогда он решил подняться этажом выше в надежде, что там найдет для себя убежище. И действительно, одна из дверей на четвертом этаже была вообще снята. Рафаэль юркнул в этот проем и затаился.

  Вскоре шаги на лестнице приблизились, и Рафаэль ус­лышал отчетливые голоса. Говорили двое, но сколько их было всего, он не знал.

-   Ну и местечко же он выбрал, - сказал один.

-   Да, лучше не придумаешь, - согласился второй.

-   А потом мы куда? - спросил первый.

-   Черт его знает. Куда скажет, - ответил второй.

  Они стали подниматься выше, и Рафаэль различал только монотонное бормотание.

  «Вот это да, - произнес он про себя. - Сколько же их теперь здесь?»

  Шаги ночных визитеров затихли. Наверное, они доб­рались до нужного этажа. Рафаэль не знал, как ему по­ступить. Хотелось разведать, что делают с африканцем его ночные гости. Но в то же время он опасался, что едва станет подниматься по лестнице, его заметят. Не ис­ключено, что где-нибудь в темноте притаился наблюдатель.

  Часы отсчитали десять минут, как незнакомцы про­шли вблизи Рафаэля, а ему казалось, что они околачива­ются в доме уже больше получаса. И тогда, наконец, Ра­фаэль решился последовать за ними.

  «Была не была, - подбадривал себя Рафаэль. - Двум смертям не бывать, а одной не миновать».

  Покинув свое убежище, он двинулся вверх по лестни­це. При этом так старался соблюдать осторожность, что сбился со счета на двенадцатом или тринадцатом этаже.

  «Куда же они пропали? - спрашивал себя Рафа­эль. - Не на крышу же забрались».

  Но через несколько лестничных пролетов он услышал голоса. Это не был обычный разговор. Скорее, люди про­износили какую-то клятву или молитву. На такую мысль Рафаэля навела монотонность, с которой голоса звучали.

  «Черт побери, моя ночная эпопея будет похлеще на­ших дневных приключений, - чуть ли не завидовал са­мому себе Рафаэль. - Вот удивятся ребята. Нет, Дона­телло, скорее всего, вообще не поверит. Но это его личное дело, раз не захотел пойти со мной».

  Когда до незнакомцев оставалось два этажа, Рафаэль уже не только различал голоса, но и улавливал смысл то­го, о чем говорилось.

-   Приди, Великий Лиангомбе! - взвыл один из голо­сов.

-   Мы твои вечные слуги и готовы исполнить любое твое пожелание! - вторил другой.

  Голоса африканца Рафаэль не различал. Он хорошо запомнил его за сегодняшний день и узнал бы безоши­бочно, если бы только услышал.

  «Интересно, - размышлял Рафаэль, - чем они там занимаются? Нужно во что бы то ни стало посмотреть. Ради этого я забрался сюда».

  Он стал прокрадываться выше и, отсчитав два проле­та, увидел сноп света, падавший из открытой комнаты. Но только и всего. А ему хотелось еще увидеть и лица незнакомцев, посмотреть, чем они занимаются и почему взывают к своему таинственному божеству. Желание бы­ло так неодолимо, что Рафаэль на некоторое время даже позабыл об опасности. Иначе как объяснить, что он решился подняться на ту лестничную площадку, где горел тусклый свет и где находились африканец и его ночные посетители?

  Рафаэль шаг за шагом приближался к заветной цели и вскоре уже стоял на последнем пролете между этажами. Из-за дверного косяка возник силуэт человека: он стоял во весь рост со склоненной головой. Рафаэль сделал еще шаг и увидел второго, стоящего на коленях. Перед ними на полу без движения лежал третий. Больше никого не было видно. Если кто и был еще с ними, то его или их скрывала стена.

  У Рафаэля яростно билось сердце. Ему казалось, что этот ритмичный перестук в груди слышит не только он сам, но и незнакомцы, что склонились над телом лежаще­го.

  Однако нет, поглощенные своим таинственным ритуа­лом, незнакомцы ничего не слышали. Судя по всему, они были недалеки от экстаза. Вдруг из темноты на свет вы­ступил еще один участник церемонии, которого прежде не было видно. В руках он держал тот самый чемодан, что тащил африканец Мбонго. Поставил чемодан рядом с неподвижным телом, потом положил его набок, собира­ясь открыть.

  Между тем Рафаэль уже был на той же лестничной площадке, где и неизвестные. Заметил дверь в стене на­против комнаты, из которой падал свет. Слегка нажал на ручку, и дверь стала открываться. Но при этом издала такой скрип, что находившиеся в трех шагах незнакомцы не могли его не услышать.

-   Иди посмотри! - донеслось до черепашки. Он быстро развернулся и поспешил по лестнице вниз. Через один пролет остановился и на всякий случай присел на корточки. Из комнаты вышел высокий парень. Он посто­ял, прислушался, но не заметил ничего подозрительного.

-   Никого, - сказал успокоено. - Скорее всего, крысы. Их здесь полно.

  «Фу-у, - вздохнул Рафаэль. - Пронесло». И он сно­ва начал подъем, чтобы продолжить наблюдение. Очутившись на том же месте, где стоял раньше, увидел ужасную картину: в раскрытом чемодане оказались куски человеческого тела. Рафаэль просто остолбенел. А незнакомец, который объявился последним, взял черную ткань и стал, погружая ее в чемодан, смачивать кровью. Остальные задергались под очень быстро произносимые слова неизвестной молитвы. Незнакомец с черной тканью принялся обходить всех по очереди. Но что он при этом делал, Рафаэлю рассмотреть не удавалось.

  «Если я пережил еще и этот ужас, то должен узнать все до конца», - приказал себе черепашка.

  И он ступил еще ближе к открытой двери. Следующая картина еще сильнее потрясла его: смоченной в кровь тканью незнакомец натирал лица сидящих вокруг тела людей. Те исступленно извивались, запрокидывали голо­вы и вздымали вверх руки. При этом они не то стонали, не то произносили какие-то заклинания.

  От ужаса Рафаэль задыхался, у него закружилась го­лова. Он боялся потерять сознание. А перед глазами про­ходили новые и новые сцены ночной оргии. Рафаэль при­стально вгляделся в лица незнакомцев. Троих он точно видел впервые. Четвертый же, который с черной тканью в руках словно во сне двигался по комнате, был тот са­мый Билл, что приезжал за город на мотоцикле и потом приходил с напарником в сквер на встречу с африканцем.

-   Ну и дела! - прошептал Рафаэль. Но еще большим было его удивление, когда в лежавшем на полу он уз­нал... африканца Лиангомбе-Мбонго! Загипнотизиро­ванный Билл поднес последний раз смоченную ткань именно ему, африканцу, и сам тут же сел на корточки.

-   Встань, проснись, Лиангомбе! Встань, проснись, Лиангомбе! Встань, проснись, Лиангомбе! - трижды в один голос проговорили сидящие.

  И африканец Мбонго, превратившийся теперь в Вели­кого Лиангомбе, стал медленно подниматься. На его тем­ном лице кровь была не так заметна, как у других. Однако его выражение походило на дьявольское. Африканец двигался, как привидение. Он обвел стеклянным взгля­дом всех присутствующих и произнес:

-   Где мое сердце? Где моя жизнь? Где моя власть?

  После этих слов Билл подошел к африканцу и протянул ему магический кристалл в виде двух соединенных осно­ваниями пирамид.

-   Так вот о каком камне они все время говорили! ­- прошептал Рафаэль.

  И тут он почувствовал, что позади него кто-то стоит. Он ощутил это так отчетливо, что даже похолодел. Хотел обернуться, но не успел. Легкий укол в голову - и перед глазами все поплыло, превратилось в сплошную серую картинку. Рафаэль всем телом тяжело грохнулся на пол.

Глава 6. Ключ к разгадке

  Микеланджело, Донателло и Леонардо возвратились в свое жилище.

-   Боже! - воскликнул Донателло. - Наконец-то мы дома! Нужно посмотреть, не завалялось ли тут чего съе­добного.

  И он начал шарить повсюду, в надежде найти хоть ку­сочек пиццы.

-   Нет уж, дружище, придется приготовить, - усмех­нулся, глядя на его старания, Леонардо. - С самого ут­ра здесь никого не было. Интересно, кто бы в таком случае мог о тебе позаботиться.

  Донателло разочарованно развел лапами:

-   Действительно, ничего.

-   Ладно, - сказал Леонардо. - Сейчас что-нибудь придумаем.

  Он подошел к холодильнику и стал доставать из него продукты. Донателло успокоился и подсел к Микеланджело, развалившемуся на диване.

-   Где это задерживается Рафаэль? - вдруг резко сел Микеланджело. - Пора бы ему быть здесь.

-   А разве он маленький, чтобы за ним смотреть? - ­хмыкнул Донателло. - Не пропадет, скоро прибежит и потребует свою порцию пиццы.

-   Я согласен, он неправильно себя повел, - сказал Леонардо. - Но и мы были неправы. Хотя бы в том, что не сумели его переубедить. И раз уж не нашли нужных слов, то должны были помочь ему.

-   Вот еще, - недовольно поморщился Донателло.­ - Сам предложил играть в ужасы, а теперь вот лежат кассе­ты, а его нет...

-   Давайте к столу! - прервал разговор Леонардо.

-   Ух ты, как пахнет! - молниеносно оказался за столом Донателло. Он увидел, что Леонардо делит пиццу на четыре части.

-   Все-таки ты надеешься, что он заявится? - спро­сил Донателло.

-   Не на всю же ночь он пропал, - ответил Леонардо. - Когда Рафаэль придет, неизвестно, но не готовить же для него отдельно.

  И черепашки ниндзя приступили к трапезе. Они на­слаждались пиццей, и по мере насыщения их все сильнее клонило в сон. Вскоре после столь позднего ужина они без чувств завалились в постели, позабыв о своих дневных приключениях и о кассетах с ужасами, которые так им и не понадобились.

  ...Утром их разбудил звонок. Первым услышал его Микеланджело. Позевывая, взял переговорное уст­ройство:

-   Черепашки ниндзя слушают.

-   Эй, сони, вы что, еще не вставали? - послышался голосок Эйприл.

-   О, Эйприл, это ты! - узнал Микеланджело.

-   А кто же еще по-твоему, - сказала девушка. - Скоро будет моя передача.

-   Какая передача? - не понял Микеланджело.

-   Здравствуйте - до свидания! - сострила Эйприл. - До чего же короткая черепашья память.

-   Ах, да, - только сейчас вспомнил Микеландже­ло. - Ты ехала делать репортаж о таинственной вечерин­ке.

-   Наконец-то! - ответила Эйприл. - Ну-ка, подни­май своих сонных друзей и включай телевизор.

-   Хорошо, Эйприл, - сказал Микеланджело. - По­ка!

  Обернулся и только тут заметил, что Рафаэля нет.

-   Значит, он не ночевал дома, - произнес вслух. - ­Вот так дела.

-   Что ты там бормочешь ни свет ни заря, - недоволь­но проворчал Донателло.

  Леонардо тоже проснулся и высунул голову из-под одеяла. Он хорошо понял смысл последних слов Мике­ланджело, но спросонья никак не мог сообразить, почему Рафаэль не возвратился домой.

-   Как ты думаешь, Микеланджело, где он может быть? - спросил наконец.

  Донателло тоже понял, что что-то не ладно, и вскочил с кровати.

-   Как, Рафаэля еще нет? - удивился он. - Ну и ну! Полусонным взглядом он обвел друзей, но те только пожимали плечами.

-   А кто же тогда звонил? - спохватился Донателло.

-   Это Эйприл, - ответил Микеланджело.

-   Эйприл? И что она хотела?

-   Сказала, что по телевизору скоро покажут ее ночной репортаж, - ответил Микеланджело, думая со­вершенно об ином.