Жители Антигоны не могли представить себе, что в начале третьего тысяче­летия на Земле ещё существуют дымовые трубы заводов, из которых, подобно злому джину, вы­рываются наружу дым и копоть, отравляя воз­дух и почву, перекрашивая снег в серый цвет, что в большинстве городов по-прежнему топятся котельные, в которых самым пещерным спосо­бом сжигаются уголь и мазут.

-   Теперь и ни часом позже нам необходи­мо принять решение, - настаивал маршал Жезл. - Нападения землян можно ожидать со дня на день. Их ракеты стоят наготове и ждут сигнала, чтобы напасть на нас, застигнув врасплох.

-   Предлагаю применить ус­тановки с эль-излучением, - снова взял слово генерал Бор. - Одновременно с этим вести наблюдение при помощи астровизора, чтобы обнару­жить летящие в сторону нашей планеты космические ракеты. Вряд ли земляне способны причинить нам неприятности на расстоянии.

  Никто не голосовал против. Антигонцы лю­били свою плане­ту и готовы были защищать её до конца. Они не желали войны, и то, что они защи­щаются, а не нападают, возвышало их в собствен­ных глазах.

  Первые залпы установки с эль-излучением по­казали, насколько серьёзно это оружие. Оно вы­звало огромной величины цунами в прибрежной полосе Тихого океана. Вода затопила близлежа­щие поселения и оставила без крова десятки че­ловек. Антигонские военные поняли, что силь­нее всего излучение действует в местах нахожде­ния озоновых дыр. Толстый озоновый слой хорошо поглощает эль-излучение, и оно не при­чиняет большого вреда. Антигонцы направили страшные эль-лучи в такие ме­ста, и Земля запылала. В мес­тах исконно безветренных про­шлись шквальные бураны, груды камней заваливали гор­ные дороги, задымились вул­каны. Под толстым слоем воды оказались поля в центральных районах планеты. Разогретый песок барханами покрыл зеле­неющие сады и виноградники. Самолёты и космические раке­ты теряли управление и пада­ли в океан. Подводные лодки не могли подняться на поверхность.

  Обочины шоссейных дорог, словно кладбища, были уставлены крестами, настолько увеличилось количество аварий. На старте гибли косми­ческие корабли. А человечество по-прежнему не могло прийти к какому-либо определённому выводу и ссылалось то на високосный год, то на усталость металла, то на предзнаменование судь­бы, то на теорию вероятности. Дальше так про­должаться не могло. Это понимали все. Но и ри­сковать человеческими жизнями тоже нельзя. Космос коварен, но он должен раскрывать свои тайны.

Глава 8.

  Никто так не переживал трагедию с космичес­ким кораблем «Гелиос», как черепашки ниндзя. Не получилось... Обломки корабля упали в океан. Никакой «чёрный ящик» не расскажет землянам об истинных виновниках трагедии... Черепашки закрылись на своем чердаке на все замки и нико­го не впускали. К еде не притрагивались уже тре­тью неделю. Бронетранспортёр у подъезда посте­пенно покрывался ржавчиной, а в салоне аэрока­ра свили себе гнездо вездесущие воробьи. Старый тренер - крыса Сплинтер - не на шутку был встревожен. Мог погибнуть боевой дух чере­пашек, а это ведь страшнее всего. В таком случае появятся вялость и равнодушие, и бое­вые ниндзя превратятся в са­мых заурядных обывателей, которые не придут на помощь даже по зову.

  О черепашках вспоминали с каждым днём всё реже. Сна­чала их обвиняли в случившемся, но как можно было в этом слу­чае доказать ви­ну. Они сами были себе судьями и выносили себе самый суровый приговор.

  Прошёл месяц. И неизвестно, чем бы закончилась история с черепашками, если бы не мудрый Сплинтер.

-   Банзай! - вскричал он как-то, застав подопечных в наихудшем расположении духа.

  Черепашки встряхнулись и вскочили со своих мест. Никакой опасности, конечно, не было и в помине, но Сплинтер знал, что делает.

  У всей четвёрки загорелись покрасневшие от бессонницы глаза. Черепашки подтянулись и со­брались. Вот что значит вовремя брошенный бое­вой клич.

-   Стыд и срам! - негодо­вал Сплинтер. - Вы забыли своё гордое имя. Настоящий ниндзя не должен раскисать ни при каких обстоятельствах. Стыд и позор мне, вашему учи­телю!

-   Банзай! - ещё громче выкрикнул Сплинтер, и че­репашки очнулись совер­шенно.

-   Что мы должны делать, учитель? - вразнобой спросили черепашки.

-   Вы должны начать всё сначала, довести дело до конца и вый­ти победителями, чего бы вам это ни стоило.

-   Мы готовы! - ответили все четверо.

-   Ну, это совсем другое дело, узнаю мужественных и решительных ниндзя.

  Четыре головы в разноцветных повязках сно­ва склонились над чертежами и учебниками. Необычные инженеры-конструкторы ещё раз пе­репроверили все расчеты, пересмотрели черте­жи. Ничего, что могло показаться ненадёжным или подозрительным, не было обнаружено. «В чём же причина аварии?» - мучились чере­пашки. Опять пошли предположения.

-   Знаю! - неожиданно вы­крикнул Леонардо. - Мы на­прасно тратим время. Все это происки наших старых знако­мых, господина Шредера и его компании. Мы напрасно забы­ли о них.

  Черепашки оживились.

-   Это он, - согласился Микеланджело. - Это его рук дело.

-   Это он творит свои чёр­ные дела на Земле и в космо­се, - хором вы­крикнули Дона­телло и Рафаэль.

-   На земле мы научились с ним сражаться. Он и его бобики тру­сят, - сказал Леонардо с достоинством. - Одна­ко космос - стихия нашего противника. Там достать его будет непросто.

-   Мы дали клятву и мы должны стоять до конца, - сказал Микеланджело. - Чего бы это ни стоило.

  Еще некоторое время черепашки пребывали в раздумье. Они понимали, что нельзя повторять ошибок предыдущего полёта. Космичес­кая ракета, несмотря на свою кажущуюся мощь, в открытом космосе беззащитна. И эту защиту необходимо ей дать. Однако как это сделать, мужественные нинд­зя пока не знали. В одном бы­ли уверены: в космос должны лететь они и никто другой. Именно они должны во всём разобраться.

  В Центре полётов тоже все были обеспокоены случив­шимся. Причины аварии ис­кали десятки лучших инже­неров. Однако всё безуспеш­но. После долгих совещаний в Центре полётов наконец пришли к заключению, что виной всему низкая первоначальная скорость космического корабля. Он не смог преодолеть земное притяжение и рассыпался в воздухе.

  В результате научных поисков космические конструкторы сделали расчеты и сконструировали корабль, который имел первоначальную скорость примерно вдвое выше, чем «Гелиос». Но соответственно увеличивалась и масса ко­рабля.

  Сразу же множество других проблем встало перед конструкторами. И первая из них - скафандры. Обычные не годились совершенно. В скафандре космонавт должен легко перемещаться и быть защищённым от перегрузок. В результате исследований оказалось, что шлем должен весить не менее тридцати килограммов. Пред­ставьте, что у вас на голове ле­жит двухпудовая гиря, а вам надо делать наклоны. Ещё труднее с космическим комби­незоном. Грудная клетка тре­бует особой защиты. Ведь на неё действует давление в несколько тонн. Нужен надёжный жилет. Если сделать его из самого надежно­го сплава, такой жилет будет весить тоже не менее пятидесяти килограммов. По сравнению с таким весом даже тяжелые металлические латы полковника Шре­дера могли бы показаться лёгкой жестянкой. Значит, надо придумать что-то новое.

  Через газету «Первопроходец» доктор Нью­тембр обратился ещё раз к читателям и конструкторам: «Необходима помощь! Ждём ваших пред­ложений».

  И снова необычное конструкторское бюро склонилось над чертежами и бумагами. Как же сделать так, чтобы скафандр был лёгким и прочным?

  И на этот раз на помощь пришёл Леонардо, великий изобретатель ракетного топли­ва. Он предложил сделать кос­мический комбинезон из ме­таллических колец. Металли­ческие кольчуги размещались в несколько рядов и были раз­делены специальной пористой пластмассой, необыкновенно прочной и гибкой. Такой пан­цирь весил немного и был прочным. В специальном ранце на спине комбинезона находилось воздухоочистительное и вентиляционное устройство, аккумуляторы. Для гер­метического шлема пришлось изобрести совер­шенно особый вид пластмассы и оковать её не­ржавеющей сталью. В передней части такого гермошлема имелось круглое оконце из небью­щегося стекла, слегка затемнённое. Скафандр прошел все испытания на прочность.

  Несмотря на опасность предполагаемого полё­та, появилось очень много желающих лететь в космос. Специальная комиссия оказалась в трудном положении. Кому отдать предпочте­ние? Космонавты должны быть крепкими физи­чески, хорошо разбираться в медицине, космической физике и во всех, какие только существуют, науках, включая языкознание. Кроме того, они должны быть очень дружны между собой.

  В результате жёстких испы­таний на выносливость и зна­ния один за другим отсеива­лись претенденты. И вот уже, как и следовало ожидать, ос­талась всего лишь четвёрка космонавтов: ниндзя-черепаш­ки Леонардо, Микеланджело, Донателло и Ра­фаэль.

  Космический корабль, несмотря на его большие размеры и огромные запасы топлива, был двухместным. Ещё одна труднораз­решимая задача стала теперь уже перед нашей четверкой. Каждый из них хотел лететь в космос, и каждому из них было бы обидно за товарища, который остаётся на Земле.

  Нет, черепашки не перессорились. Сначала все согласились, что в необычный полёт отправятся Донателло, изобретший оригинальные тренажёры для подготовки космонавтов, и Лео­нардо, изобретатель нового топлива и ориги­нального скафандра. Но Донателло и Леонардо посмотрели на двух остальных своих собратьев и не решились принять пред­ложение.

-   Я знаю, что делать, - сказал Леонардо.

  Все в ожидании смотрели на знаменитого изобретателя.

-   Чтобы никому не было обидно, пусть всё решит жре­бий, - предложил Леонардо.

  Вы скажете, что это не очень серьезно, решать такие важные дела, как полёт в космос, по жре­бию. И будете правы. Но ведь каждый из ниндзя был одинаково хорошо подготовлен. Что же ещё оставалось делать?

  Леонардо приготовил четыре одинаковые по размеру фасолины, две белого и две коричневого цвета, положил их на дно кувшина с узким гор­лышком.

-   Белые выигрывают, - сказал Леонардо, пе­ремешивая фасолины. - Кто из вас первым желает испытать своё счастье?

-   Чьё предложение, тот пусть и начинает, ­- подсказал выход Микеланджело.

  Леонардо, отвернувшись от кувшина, опустил руку в узкую горловину.

-   Есть, - громко вскрикнул он через мгнове­ние. - Теперь давайте вы.

  Следующие две фасолины оказались коричневыми. Дона­телло и Рафаэль пытались не показать своего огорчения. Ми­келанджело сиял ярче электри­ческой лампочки. Ему теперь можно было не беспокоиться. На дне кувшина оставалась од­на-единственная белая фасоли­на. Рафаэлю и Донателло ниче­го больше не оставалось, как со­вершенно искренне поздравить своих более удач­ливых собратьев и пожелать им ус­пешного полета.

  До старта оставалось сорок четыре дня. Было время еще раз все взвесить, застраховаться от не­ожиданностей. Страшная догадка о происках кос­мических пиратов не давала покоя ни будущим космонавтам, ни их дублёрам. Ведь дублёр дол­жен быть у каждого космонавта. Запланирован­ный полёт нельзя откладывать ни при каких обстоятельствах.

  Леонардо и Микеланджело обратились в Центр полетов со своими предположениями и догадка­ми. Ответ пришёл через два дня. На листе со мно­гими печатями разъяснялось, что существование каких-либо космических пиратов и враждебных землянам цивилизаций предположение из области фантастики. Этого не может быть, потому что не может быть никогда. Черепашкам рекомендо­валось готовиться к полету, а не выискивать какие-либо потусторонние силы. В этом же ответе сообщалось, что разра­ботка секретного космического оружия находится в самом начале и его использование возможно в очень отдаленном времени и только при самой большой необходимости.

  Такой ответ не мог успокоить черепашек. Они были просто уверены в своей правоте. Все аварии и стихийные бедствия последнего вре­мени - происки могучего и вездесущего госпо­дина Крэнка.

Глава 9.

-   Смотрите, что я нашёл, - Леонардо держал в руках пожелтевший номер журнала «Первопро­ходец».

-   Удивил, - хмыкнул Рафаэль, - этого доб­ра у нас целая кладовка. Всё, что было интерес­ного, уже читано и перечитано не один раз.

-   «Первопроходец» в последнее время даёт больше советов по ведению домашнего хозяй­ства, чем по космическим исследованиям. Как забить гвоздь в потолок да как самому сконструировать тележку для дач­ного участка, - добавил До­нателло с иронией. - Я уже не говорю о рекламе неприго­раемых сковородок и каст­рюль. С этим нам уже однаж­ды пришлось повстречаться. Не так ли?

-   Вы напрасно паясничае­те, - обиделся Леонардо. ­- Выслушайте до конца и потом говорите.

-   Слушаем. Что же ты хо­чешь нам поведать? - ниндзя всё ещё не относились серьезно к небольшой публикации в пожелтевшем номере «Первопроходца».

  Леонардо начал читать:

-   «...Мы, учёные, отдавшие много лет жизни на­уке, со всей ответственностью утверждаем, что получение в чистом виде химического элемента, описываемого профессором Фагором, невозмож­но. Данный элемент не существует в природе да­же в тысячных долях миллиграмма. Можно до­пустить все же - что очень сомнительно - его получение в результате реакций. Но и в таком случае данный элемент не сможет просущество­вать даже самое короткое мгновение и непремен­но соединится с другим эле­ментом».

  Леонардо закончил читать и вопросительно посмотрел на своих друзей. Те выслушали заметку серьезно, как и подо­бает настоящим исследова­телям.

-   Ну и что? - был первый вопрос Микеланджело. - При­чём тут это заявление учёных?

-   Нас должно интересовать только то, что непосредственно относится к по­лету, - заметил Донателло.

-   Не всё мне понятно в этой истории, - твердил своё Леонар­до. - Что-то здесь скрывается. Что-то здесь, я считаю, нечисто.

-   Что тут непонятного? Профессор - как там его, Фагор, что ли - высказывает предположение. А знаменитые учёные его поправляют. Всё очень просто и никаких тебе загадок.