Сейчас же хочу отметить, что на протяжении двух тысячелетий христианские богословы по-разному истолковывали, кто такая Вавилонская блудница. Некоторые толкователи пытались привязать апокалиптический образ Вавилонской блудницы к какой-то известной в прошлом распутной женщине. Иногда таким прообразом называют Семирамиду — легендарную царицу Ассирии, супругу не менее легендарного вавилонского царя Нина, убившую его хитростью и завладевшую властью (впрочем, более известная Висячими садами Семирамиды в Вавилоне — одним из Семи чудес античного мира)[73].

Называлась также императрица Мессалина, третья жена императора Клавдия (10 г. до Р.Х. — 54 г. по Р.Х.), внучатая племянница императора Августа. Её распутство описано Тацитом и Светонием. Имя Мессалины, благодаря античным историкам, стало нарицательным в описании развратных женщин.

Для характеристики развратных женщин в художественной литературе Нового времени нередко стало использоваться выражение «Вавилонская блудница». Так, у английского поэта Джона Мильтона в сонете «На недавнюю резню в Пьемонте» (1655 год) читаем:

Сгубил невинных. Пусть же все поймут, Узрев твой гнев, что призовёшь ты скоро Блудницу вавилонскую на суд

Вавилонской блудницей назвал одну из героинь А.П. Чехов в своей книге «Остров Сахалин». В изобразительном искусстве и в современной музыке мы также встречаем словосочетание «Вавилонская блудница» — либо это какая-то реальная женщина легкого поведения, либо это просто какая-то дешевая приманка, звучное название для привлечения людей к произведениям искусства (названия музыкальных альбомов и др.).

А в богословии, философии, историософии, эсхатологии под Вавилонской блудницей имеется в виду образ государства, империи, города, какой-то конфессиональной группы (церкви) или какой-то значимой в истории личности.

Впрочем, многие авторы, писавшие об Апокалипсисе, не делали привязки Вавилонской блудницы к какому-то конкретному городу, государству или империи. Например, уже упоминавшийся выше святитель Андрей Кесарийский отмечал, что под Вавилонской блудницей следует понимать «вообще земное царство, как бы в одном теле представляемое, или же город, имеющий царствовать даже до пришествия антихриста».

Очень часто термин «Вавилонская блудница» используется в межконфессиональных спорах для обличения противника. Так, Мартин Лютер и его сторонники в годы Реформации любили сравнивать католическую церковь с Вавилонской блудницей. Русский духовный писатель Сергей Нилус (1862–1929) в своей книге «Близ грядущий антихрист и царство диавола на земле» (Сергиев Посад, 1911) считал, что под Вавилонской блудницей следует понимать масонство без конкретной географической привязки.

Были попытки привязать Вавилонскую блудницу к какой-то значимой личности, государственному или церковному деятелю. Данте Алигьери использовал этот образ в 19 песне «Божественной комедии» для критики папы римского. Протопоп Аввакум использовал этот образ в проклятиях, адресованных патриарху Никону: «О злый Никоне, душегубный пагубниче. Не ты ли конь и всадник самого сатаны. Не ты ли поспешник аньтихристов. Не ты ли оугодник дияволов… О зверю проклятый… О блудница вавилонская, блудница всескверная беззакончая…»[74].