– Благослови Господь мою душу! – воскликнул полковник Джонсон и добавил: – Честное слово! – После паузы он снова заговорил: – Благослови Господь мою душу! – Затем откинулся в кресле и жалобно посмотрел на Пуаро. – Мой лучший полицейский! Боже, куда мы катимся…

– У полицейских тоже есть частная жизнь. Сагден был человек гордый, – резонно рассудил Пуаро.

Полковник Джонсон покачал головой и, чтобы дать выход чувствам, пнул ногой поленья у каминной решетки.

– Я всегда говорил – нет ничего лучше камина, – отрывисто сказал он.

«Pour moi[31], лично я предпочел бы центральное отопление», – подумал Пуаро, ощущая затылком дыхание сквозняка.