– Дэвид, мы с Лидией решили продать этот дом. Я подумал, вдруг ты захочешь оставить себе что-нибудь из вещей матери – ее кресло или скамеечку для ног… Ты ведь всегда бы ее любимцем, – сказал Альфред.

Дэвид на минуту задумался.

– Спасибо тебе, Альфред, – медленно произнес он. – Но, знаешь, мне почему-то не хочется ничего брать из этого дома. Пожалуй, будет лучше, если я окончательно порву с прошлым.

– Да, я понимаю. Возможно, ты прав, – сказал Альфред.