Урфин Джюс понимал, что если он один будет трудиться над созданием деревянной армии, даже и немногочисленной, то работа затянется надолго.
В Когиде появился медведь и заревел трубным голосом. Сбежались перепуганные Жевуны.
— Наш повелитель Урфин Джюс, — объявил Топотун, — приказал, чтобы к нему каждый день приходили по шесть мужчин заготовлять бревна в лесу. Они должны являться со своими топорами и пилами.
Жевуны подумали, поплакали… и согласились.
В лесу Урфин Джюс пометил деревья, которые нужно было свалить, и указал, как их надо распиливать.
Заготовленные кряжи из лесу во двор Урфина перевозил Топотун. Там столяр расставлял их сушить, но не на солнце, а в тени, чтобы они не потрескались.
Через несколько недель, когда бревна высохли, Урфин Джюс принялся за работу. Он начерно обтесывал туловища, делал заготовки для рук и ног. Урфин задумал на первое время ограничиться пятью взводами солдат, по десять в каждом взводе: он считал, что этого вполне достаточно, чтобы захватить власть над Голубой страной.
Во главе каждого десятка станет капрал, а командовать всеми будет генерал — предводитель деревянной армии.
Солдатские туловища Урфин хотел делать из сосны, так как ее легче обрабатывать, но головы к ним столяр решил приделать дубовые на тот случай, если солдатам придется драться головами. Да и вообще солдатам, которые не должны рассуждать, дубовые головы подойдут лучше всего.
Для капралов Урфин заготовил красное дерево, а для генерала с большим трудом разыскал в лесу драгоценный палисандр. Сосновые солдаты с дубовыми головами будут почитать капралов из красного дерева, а эти, в свою очередь, станут благоговеть перед красивым палисандровым генералом.
Изготовление деревянных фигур в полный человеческий рост было для Урфина делом новым, и для начала он соорудил пробного солдата. Конечно, у этого солдата было свирепое лицо, глазами послужили стеклянные пуговицы. Оживляя солдата, Урфин посыпал ему голову и грудь чудесным порошком, несколько замешкался, и вдруг деревянная рука, разогнувшись, нанесла ему такой сильный удар, что он отлетел на пять шагов. Разозлившись, Урфин схватил топор и хотел было изрубить лежавшую на полу фигуру, но тут же опомнился.
«Себе работы наделаю, — подумал он. — Однако и силища же у него… С такими солдатами я буду непобедим!»
Сделав второго солдата, Урфин Джюс задумался: много месяцев уйдет на создание его армии. А ему не терпелось отправиться в поход. И он решил обратить в подмастерьев двух первых солдат.
Обучить деревянных людей столярному ремеслу оказалось нелегко. Дело продвигалось так туго, что даже настойчивый Джюс терял терпение и осыпал своих деревянных учеников неистовой руганью:
— Ну и бестолочь! Что за дуболомы!..
И вот однажды на сердитый вопрос учителя: «Ну, кто же ты после этого?» — ученик, гулко хлопнув себя по деревянной груди деревянным кулаком, ответил: «Я — дуболом!»
Урфин разразился громким хохотом:
Мой друг — Урфин Джюс
Вот почему-то с детства не во всех художественных произведениях мне нравились положительные герои. Иногда совершенно непроизвольно мои симпатии были на стороне тех персонажей, которые изначально считались отрицательными. И если в детстве это происходило на подсознательном уровне, то сейчас, с позиции взрослого современного человека, я мог бы многое обосновать.
Вот, например, сказочный цикл писателя А. М. Волкова «Волшебник Изумрудного города». Не буду скрывать — мне там очень понравился Урфин Джюс… Изначально, начиная рассказ про Урфина Джюса, ему ставится в вину следующее:
— Он с детства пытался назначить себя главным во всех играх с другими детьми, хотя знал, что это обязательно закончится дракой.
Да это «плюс», а не «минус». Природная склонность к лидерству, привычка полагаться лишь на собственные силы, прирожденный боец.
— Все жители боялись строить жилища на краю селения из-за близости к владениям колдуньи, а он построил. Тоже скорее «плюс». Храбрый до самоотверженности. Открыто доказал это всем.
— Не захотел быть таким, как окружавшие его соплеменники. Стал одеваться по-другому и изменил манеры.
Вот с этого места поподробнее. А как выглядели его соплеменники, что за манеру такую они имели, которую Урфин переменять не захотел? Насколько я помню, он из племени Жевунов. Кто такие Жевуны? Согласно описанию, имеющемуся в книге, они ходят почти в одинаковых камзолах и шляпах. К шляпам у них пришиты бубенчики, которыми они непрерывно трясут. И еще у них есть своеобразная манера двигать челюстями. Когда нечего пожевать, они все равно двигают челюстями, как будто жуют (примечание: не знаю, какая у них там сказочная физиология, а вот если так будет поступать человек, у него будет непрерывно вырабатываться слюна и, как следствие, непрерывно вырабатываться желудочный сок, язва желудка обеспечена, причем — сверхбыстрым путем).
Вот кто-то действительно хочет быть похожим на этих придурков, ходить, непрерывно бренча и жуя? Нет? Ну, вот он тоже — не захотел. И я его прекрасно понимаю.
Далее из книги мы узнаем, что Урфин Джюс — столяр и плотник, а также имеет представление о различных других ремеслах. Человек труда, между прочим. Кроме того, он исключительно трудолюбивый огородник, единственный, кому удавалось добиваться по несколько урожаев в год на своем участке (стахановец и мичуринец в одном лице, короче).
И вот этот смелый и целеустремленный человек, настоящий труженик, оказался наделен еще и многими другими талантами, включая талант полководца. Да с него пример надо брать!
Джюс — крайняя индивидуальность и бунтарь по натуре. Ему кажется, что весь мир несправедлив и настроен против него. Он с детства завидовал тем, у кого есть папа и мама, кто живет на всем готовом, не прилагая к этому особых усилий. И Урфин бросает вызов жестокому и несправедливому миру, своему собственному народу… В любом диктаторе есть что-то, что привлекает к ним множество последователей. При желании у Урфина можно найти общие черты с известными тиранами. Многие из них сумели подняться к вершинам власти с самых низов, имели различные комплексы, но в тоже время и несомненные таланты.
— Ладно! Так и называйтесь дуболомами, это самое подходящее для вас имя!
Когда дуболомы научились немного столярничать, они стали помогать мастеру в работе: вытесывали туловища, руки и ноги, выстругивали пальцы для будущих солдат.
Но дело не обошлось без смешных случаев. Однажды Урфину понадобилось отлучиться. Он дал подмастерьям пилы и приказал распилить десяток бревен на куски. Возвратившись и увидев, что натворили его подручные, Урфин рассвирепел. Работники быстро распилили бревна, и так как дела больше не оказалось, они принялись пилить все, что попадалось под руку: верстаки, забор, ворота… На дворе валялись груды обломков, годных только на дрова. Однако и этого не хватило деревянным пильщикам, пока хозяин на свою беду задержался: подмастерья с бессмысленным усердием пилили друг другу ноги!
В другой раз дуболом раскалывал клиньями толстый чурбан. Выбивая клинья топором, который он держал в правой руке, неопытный подмастерье засунул в щель пальцы другой руки. Клинья вылетели, и пальцы оказались намертво защемленными. Дуболом понапрасну дергал их, а потом, чтобы освободиться, обрубил себе пальцы левой руки.
С тех пор Урфин старался не оставлять своих помощников без надзора.
Наладив изготовление солдат, Урфин стал делать капралов из красного дерева.
Капралы вышли на славу: ростом они были выше солдат, с еще более мощными руками и ногами, со злыми красными лицами, способными напугать кого угодно.
Солдаты не должны были знать, что их командиров вытесали из дерева, как и их самих, поэтому Урфин делал капралов в другом помещении.
Воспитанию капралов Урфин Джюс посвятил много времени. Капралы должны были понять, что в сравнении со своим повелителем они — ничтожество, и любой его приказ для них — закон. Но для солдат они, капралы, — требовательные и суровые начальники, их подчиненные обязаны их почитать и повиноваться им. Как знак власти Урфин вручил капралам дубинки из железного дерева и сказал, что не будет взыскивать, если они поломают дубинки о спины своих подчиненных.
Чтобы возвысить капралов над рядовыми, Урфин дал им собственные имена — Арум, Бефар, Ватис, Гитон и Дарук.
Когда обучение капралов было закончено, они с важным видом появились перед солдатами и сразу же поколотили их за недостаточное усердие. Солдаты не чувствовали боли. Но они с огорчением рассматривали следы ударов на своих гладко выстроганных телах.
Отобрав нужные материалы и инструменты, Урфин Джюс заперся в доме, поручил Топотуну надзор за деревянным воинством, а сам приступил к работе над палисандровым генералом. Урфин старательно отделывал будущего военачальника, который поведет в бой его деревянных солдат.
Две недели ушло на выделку генерала, а простой солдат получался за три дня. Генерал вышел роскошный: по всему его туловищу, по рукам и ногам, по голове и лицу шли красивые разноцветные узоры, все тело было отполировано и блестело.
Урфин оживил генерала, тот спрыгнул с верстака и, свирепо вращая глазами, двинулся на хозяина. Джюс сначала оробел, а потом, осмелев, скомандовал:
— Стой! Смир-рно! — Генерал замер. — Слушать мои слова! Вы — генерал Лан Пирот, командующий непобедимой армией Урфина Джюса. А Урфин Джюс — это я, ваш господин и повелитель! Понятно? Повторить!
Деревянная фигура хрипло, но четко повторила:
— Я — генерал Лан Пирот, командующий непобедимой армией Урфина Джюса. Вы — Урфин Джюс, мой господин и повелитель… А почему вы мой повелитель? — вдруг усомнился генерал. — Может быть, наоборот? Я повыше вас ростом, да и силы у меня побольше…
Генерал грозно шагнул к Урфину, тот в испуге отступил, а потом сердито закричал:
— Топотун! Покажи этому наглецу, кто здесь повелитель!
Медведь дал генералу здоровую затрещину, тот полетел кувырком. Поднявшись, он смущенно сказал:
— Ну, зачем сразу такие крутые меры, повелитель? Смотрите, какая вмятина получилась на голове…
— Вмятину я заделаю, зато вы теперь знаете, кто из нас главный.
— Да уж буду знать. А где моя непобедимая армия?
Узнав, что у него в подчинении будут пять капралов и пятьдесят рядовых дуболомов, а впоследствии и еще больше, Лан Пирот утешился.
Пока Лан Пирот под руководством Урфина Джюса учился военной науке, овладевал оружием и усваивал генеральские манеры, работа в мастерской шла днем и ночью, благо деревянные подмастерья никогда не уставали.
И вот на дворе появились Урфин Джюс и блестящий, внушительный генерал Лан Пирот. Дуболомы сразу прониклись благоговением перед таким представительным начальником.
Генерал устроил армии смотр и разнес ее за недостаточно бравый вид.
— Я вобью в вас воинский дух, — рычал полководец хриплым начальственным басом. — Вы у меня поймете, что такое служба!
При этом он потрясал генеральской булавой, которая была втрое тяжелее капральских жезлов: одним ударом этой булавы можно было разбить любую дубовую голову.
С этого дня Лан Пирот ежедневно устраивал своей армии многочасовые учения, а Урфин Джюс быстро пополнял ее новыми солдатами.
За упорство, с каким Урфин создавал деревянную армию, хитрый филин Гуамоко начал уважать его. Филин понял, что его услуги не так уж нужны Джюсу, а житье у нового волшебника было сытное и беззаботное. Гуамоко прекратил свои насмешки над Урфином и стал чаще называть его повелителем. Это нравилось Джюсу, и между ним и филином установились хорошие отношения.
А медведь Топотун был вне себя от восторга, видя, какие чудеса совершает его владыка. И он требовал, чтобы все дуболомы выказывали повелителю величайший почет.
Однажды Лан Пирот не очень быстро встал при появлении Урфина Джюса и недостаточно низко ему поклонился. За это медведь отвесил генералу такой тумак своей могучей лапой, что тот покатился кубарем. К счастью, этого не видели солдаты, и авторитет генерала не пострадал, чего нельзя сказать о его полированных боках.
Но с тех пор Лан Пирот стал необычайно почтителен не только к повелителю, но и к его верному медведю.
Наконец, дуболомная армия в составе генерала, пяти капралов и пятидесяти рядовых была обучена строю и обращению с оружием. У солдат не было сабель, но Урфин вооружил их дубинками. Для начала этого было достаточно: дуболомов нельзя было застрелить из луков или заколоть копьями.