– Оружейник! – воскликнул Неприметный. – Уж и не знаю теперь, нужен ли ты мне?

– Нужен, Неприметный, нужен! Еще как нужен! – Оружейник приблизился, поигрывая плетью.

– Проходи, – предложил Неприметный. – Расскажи, что видел интересного. Нашел ли беглеца Дурашку? Не образумился ли он?

– Дурашку тебе не достать, Неприметный! А вот с остальными ты сыграл ловко! Умелец, это он убил Бунтаря!

– Вот что значит быть в бегах, – спокойно ответил Неприметный. – Бунтаря убил Тактик. Это знают все. Да ты ведь и сам участвовал в деле!

– Твоя рука направляла арбалет Тактика. Он лишь выполнял твою волю. Да и все остальные тоже. Ты убил Звездочета!

– С какой целью? Ты видишь, Умелец, Оружейник сошел с ума!

– Ты убил всех! И Стратега, и Тактика, и Канонира, и…

– Снова ложь. Канонир убил сам тебя. Тактик и Советник начали охоту друг на друга, и я не успел им помешать. Они погибли под завалом. Я бы помог, да не сумел добраться до них.

– А я добрался.

– Конечно, Оружейник. С твоею силою можно гнуть стальные балки.

– Там следы твоих сапог! Офицеры были живы, когда ты сидел рядом. Ты просто не захотел им помочь, потому что они мешали тебе.

– Ты тоже начинаешь мешать мне. Оружейник. Я организовал побег Дурашки и Бунтаря. Я санкционировал твой уход из экспедиции. Я освободил Умельца. Я знал, что только вы четверо сможете разгадать тайну Планеты. Вы с самого начала были против того, чтобы подвергнуть ее наказанию. Но я, кажется, ошибся во всех, кроме Умельца. Ты мне больше не нужен, Оружейник. Берегись!

– А теперь слушай меня. На солнечном луче, пронзившим грудь Звездочета, твоя метка. Ты плохо стер ее. Конечно, когда кругом неприятель, кому придет в голову исследовать смертоносный луч. Но никакого неприятеля нет! Мы воевали только друг с другом!

– Планета все равно получит свое! Ее тайна разгадана!

– Твоим кинжалом. Неприметный, был убит Стратег!

– В этой неразберихе, когда никто честно не исполнял свои обязанности, мне некогда было следить за тем, кто взял в руки мой кинжал.

– Умелец! Не выдавай Неприметному тайну Планеты! Мы и так произвели здесь множество необратимых изменений!

– Необратимых изменений… – прошептал Умелец. – Разве ты тоже догадался, Оружейник?

– Нет, я больше привык действовать руками, чем умом. Я знаю только одно: Неприметного надо остановить.

– Ты слишком много знаешь, Оружейник! И ты мне действительно больше не нужен!

Неприметный отступил на шаг, завел правую руку за спину, что-то нашаривая там. Взведенный арбалет вмиг уставился Оружейнику в грудь. Но и Оружейник не был бы Оружейником, если бы не его мышечная реакция. Он метнулся чуть в сторону и прямо, витая плеть свистнула в воздухе и наверняка рассекла бы Неприметного надвое, но бросок Умельца испортил дело. Плеть обрушилась на пустое место. И в тот же миг солнечный луч вонзился Оружейнику в грудь.

– Эх, Умелец… – только и успел сказать Оружейник.