слышно, как зовет водитель, проклинает, просит, а чулки уже сбились в

никчемную тряпку и запутались в сандалиях, выставили на обозрение

артритные пальцы. Позади взревело, зашипела закрывающаяся дверь.

Она обернулась лишь тогда, когда звук мотора начал понемногу

стихать. Не оставил ли добрый человек ребёнка на остановке? Нет, пусто. Никто не плачет, не бежит за ней, не зовёт громким голосом.

Тогда она сорвала с ног остатки чулок, затянула потуже чёрный глухой

платок на голове и пошла быстрее. Быстрее. Ещё быстрее.

«Как хорошо, как славно жить братьям вместе!

Это – как драгоценный елей на голове, стекающий на бороду, бороду Ааронову, стекающий на края одежды его; как роса Ермонская, сходящая на горы Сионские, ибо там заповедал Господь благословение и жизнь на веки».

Псалом 132

Триллер по дешёвке

Всё началось с того, что мне позвонил Томер, мой бывший

одноклассник и большой балбес. Томер наговорил кучу несуразностей, в разговор то и дело вклинивались чужие голоса, и я послал его куда

подальше, так как был уверен, что он или пьян, или потерял телефон и

разговор ведёт незнакомый мне человек. Просили денег. Я сбросил

вызов. Через пару минут телефон ожил вновь, на этот раз видеозвонок.

От Томера. Я включил запись разговора, на случай если всё это дурной

розыгрыш.

22:34

«Чувак, я попал!» – кричит в телефон Томер, хватается за голову, его

лицо едва видно, он то и дело выходит за пределы кадра.

– Я попал, чувак, привези денег. Я думал, что всё верну, я был уверен, что всё отыграю, но ты же меня знаешь, я тебе всё верну, но если ты не

достанешь денег, они убьют меня, братик…

– Сколько ты должен?

– Двадцать.

– Чего?

– Шекелей, друг, двадцать штук шекелей.

Я хотел было наорать на него, сказать, что о нём думаю, но в этот

момент кто-то ударил Томера по голове, и тот упал, вывалился из чата, на экране остался лишь тускло освещённый зал, дым, невнятные

силуэты людей и собаки, отчаянно огрызающиеся, злые, жаждущие

крови. Потом разговор прервался.

На мой номер пришло сообщение – ссылка для навигатора и время

00:00. У меня было меньше двух часов на то, чтобы раздобыть 20 тысяч

шекелей. В ту же минуту, как я подумал о полиции, телефон брякнул

новым сообщением:

«Если деньги привезёт дядя в форме – клуб сгорит, а твоего друга

опознают по ДНК через месяц, может быть».

22:50

В кругу моих знакомых был только один человек, способный достать

такую сумму наличными. Через пятнадцать минут я стоял на пороге

обычной квартиры. Дверь открылась, и возник он, двухметровый

громила, мой армейский товарищ.

– Костик, привет.

– Привет. – Костик не сдвинулся с места. – Ты, это, не в тему немного.

– Да я быстро, чувак.

– Я это, не торгую больше, забудь.

– Чёрт!

– А чё, надо очень?

Я помялся немного и полез в карман за телефоном.

23:07

И вот я и Костик стоим на пороге квартиры в северном Тель-Авиве.

Костик звонит.

– А это кто здесь живёт, босс твой?

– Кто? Здесь Манюня живёт.

– Манюнь? Здесь? А он нам зачем?

– Жена евойная тут живёт, – сказал Костик и посмотрел на меня сверху

вниз многозначительно.

Выдержал паузу. За дверью послышалось шарканье, ворчание.

– Так он же женился только вчера! – воскликнул я и осёкся, до меня

дошло.

23:25

Мы стояли перед шикарным домом манюниной жены. Курили.

Манюня был на голову ниже меня и вполовину меньше Костика. Он

юлил, скулил и унижался.

– Ребята, да нам в понедельник в банк, да если мы бабло не вложим, я

не знаю, что будет! Это же почти вся наличная касса после свадьбы –

все подарки.

Костик многозначительно молчал, я полез за телефоном.

– Не надо опять этот телефон, я понял, что Томека грохнуть могут, но

как я жене объясню?

– А ты не объясняй, не рассказывай даже, мы всё вернем ещё сегодня.

– Как?! – вскрикнул я, но осёкся, напоровшись на тяжёлый взгляд

Костика.

Манюня притих.

– Ладно, ждите. – И он поплёлся к дому.

– Э, Манюнь, ты если решил забаррикадироваться там у себя и съехать

с темы – ты знай, мы тебя достанем.

Манюня отмахнулся.

– Да ладно вам, будете ещё на совесть давить. Я ж вам не сволочь

какая-то.

Манюня скрылся, я посмотрел на телефон.

23:30

– У нас полчаса на всё.

– Успеем, тут делов ехать-то.

Сверху послышался нелепый сиплый свист. Мы подняли головы и

увидели пухлую фигуру Манюни на балконе. Он как-то хрипло

свистел, скорее шипел, и прятал на животе яркий пакет в праздничной

подарочной бумаге. Через секунду пакет приземлился в широкие руки

Костика.

– Вы точно обещаете… – крикнул было Манюня с балкона сиплым от

волнения голосом, но тут в полосе света появилась тонкая фигура его

жены, и звуки прекратились.

Я и Костик направились к машине.

23:51

– You have reached your destination8, – сообщил ласковый голос

навигатора.

Костик заглушил мотор.

– И что теперь делать?

– Дай телефон. – Костик нащупал лист сообщений и кинул ответ на

«Если деньги принесёт дядя в форме». Он ловко набил: «деньги у

входа».

– Выходи. Они тебя знают, меня не ждут.

Я выполз из машины.

– Требуй Томера увидеть, потом деньги.

Костик зашуршал пакетом с деньгами у меня за спиной.

Неприметная дверь отворилась, и на улицу вырвались крики и лай. На

грунтовую дорожку вышли два мужика. Они остановились, я сделал

неуверенный шаг к ним навстречу.

8 Вы достигли пункта назначения (англ.)

– Деньги, – услышал я короткий приказ.

– Томер, – пискнул я в ответ и устыдился собственного голоса. –

Покажите мне друга.

Из-за стены соседнего домика вывалился Томер, он упал в дорожную

пыль и закашлялся. Живой.

Я начал движение в его сторону. Один из мужиков в дверях двинулся

мне наперерез.

– Деньги давай, мудила.

Тут в игру вступил Костик. Он неожиданно вышел из машины и

двинулся к дверям, поигрывая на ходу пакетом с деньгами. Синие

розочки, красные сердечки ярко блестели в неровном свете фар.

Я уже поднимал Томера, перекидывал его руку через плечо.

– Вот ваши деньги, – крикнул Костик и, поравнявшись со мной, на ухо,

– идите к машине, садись за руль и будь готов трогать.

Мужики из дверей и ещё один, из-за дома, двинулись Костику

навстречу, но тот размахнулся и бросил в них ярким пакетом. Один

смельчак тут же шарахнулся как от гранаты, другой машинально

словил на лету, начал разрывать упаковку.

Костик рванул к машине. Конечно же, я не успел занять водительское

место, я даже не успел погрузить Томера, возился с ним у задней двери.

Костик открыл вторую заднюю дверь, подхватил Томера подмышки и

протащил через весь салон, уложив на сиденье. Хлопнул дверью, предусмотрительно глянув, не получит ли жертва вымогательства

травму головы. Я согнул ноги Томера и тоже закрыл дверь. Огибать

машину времени уже не оставалось, и я сел за руль. Трогаясь с места, я

успел заметить, как порвалась упаковка с розочками, как появились в

руках у грабителя манюнины подарочные деньги.

– А зачем торопиться-то?

– А ты хотел, чтобы у тебя номер паспорта спросили?

– Нет, но…

– Квитанцию выписали?

Томер ожил.

– Ой, ребята, я так рад, так благодарен…

– Как ты попал туда вообще?

Томер промолчал.

– Как ты туда попал, – Костик повторил мой вопрос.

– Да так, делал для них кое-какую работу…

– Какую?

– Закапывал всякое…

Мы с Костиком переглянулись.

– Что?

– Где?

– Не могу сказать.

Костик перегнулся через сиденье, сгрёб тощего Томера в охапку одной

руки и встряхнул, как щенка.

– Ты, дебил, мы из-за тебя на 20 кусков встряли, нам их отдавать надо.

Томер было пискнул что-то, но Костик встряхнул его ещё раз.

– Не пищи тут про «отдам», ты наркоман сраный, ты игрок, ты завтра

ещё столько же проиграешь. Где?

Томер поднял руку.

00:34

Мы ехали по ночной тёмной дороге, за машиной вился след пыли.

– Нет, ну классно ты их, Костик, я думал, у них пушки будут.

– Какие пушки, им шум ни к чему, они на этом месте долго сидеть

хотят. Ножи у них, а пушки, может, и есть, но они для собак, наверное…

– Не, собак у них и так, это… пристреливать никто не марается, –

встрял в беседу Томер. – Приехали, тормози.

Ночь была тёплой и красивой. Вокруг не было ни огонька. Только свет

фар и красный блеск сигареты.

– Как мы в этой темноте чего найдём? – Томер не мог успокоиться.

– Тише.

Я точно услышал вздох.

– Слышите?

Ещё один вздох, шевеление.

– Это оттуда. – Костик указал на траншею у обочины.

– Кого и где ты прятал? – подступился к Томеру.

– Да везде, полно тут, – Томер сделал неопределённый жест руками, обозначая территорию вокруг себя.

Из траншеи снова раздался вздох.

Человеческий.

– Это же человек, Томер, гадина ты!

Мы с Костиком заметались вокруг машины. Томер завопил:

– Нет тут людей, может, бомж какой, собак я возил хоронить!

00:58

Я полз по узкому каналу, лазу, Костик держал мои ноги в своих

ручищах, а я подсвечивал себе телефоном и полз на дыхание. На стон.

На вздох. На тёплый запах тела.

Он почти сливался с землёй, такой же рыжий, такой же неживой.

Огромная голова. Два добрых глаза. Лапы.

Он вздохнул. Я протянул к нему руку, потом вторую, он лизнул их.

Тепло.

Я осторожно обхватил его за обе лапы.

– Костик, тащи, тут собака, большая.

– Ты не боишься?

– У него сил нет меня грызть, не боюсь я уже ничего.

Костик рванул, мои новые джинсы растянулись на острых камушках.

01:23 – через полчаса

– Господи, как ты запёр его туда? – Я смотрел на хлипкого Томера и на

раскинувшееся на земле мощное тело бордоского дога.

– Не помню я, бухой был.

Костик осматривал собаку. Дог не стоял на своих ногах, даже не

пытался. Он был изрядно покусан, одна лапа была перетянута толстой

проволокой. Костик потянулся к ней, но Томер заголосил:

– Не трогай, всё кровью зальёт! Это я перетянул. Не знал, что делать, всю машину загадил.

– Ты же его всё равно умирать привёз, чего уж там?

Томер пожал плечами.

– Ну думал, а вдруг…

Костик встал, подошёл к машине и начал расчищать заднее сиденье от

пожитков.

Вместе мы переложили дога в машину, земля, где он лежал, пропиталась кровью.

– Сколько же в нём, – вздохнул Костик и продолжил, обращаясь ко

мне: – В машину живо, садись, через гугл ищи клинику.

– А я, – взмолился Томер, показывая на занятое собакой заднее

сиденье.

– А ты здесь остаёшься, – сказал я, захлопывая дверцу, – дорогу, поди, знаешь.

Костик тронулся с места, а Томер остался стоять и плакать. Через

десяток метров мы притормозили. Томер побежал за нами.

02:48

Мы стояли у операционного стола, огромное тело дога покоилось под

яркими лучами лампы. На пол капала кровь.

– Лучше дави, лучше, мы его можем не вытянуть, много крови потерял.

Я стоял возле стола, а моя кисть была погружена в глубокую рану на

груди у собаки. Я сморщился и надавил, капать перестало, пёс

приподнял голову и лизнул мою руку.

Доктор посмотрел на него поверх очков и продолжил шить кожу.

03:35

– Тьфу ты, сигареты кончились. – Костик потянулся, расправил плечи.

– Короче, я всюду позвонил, полиции дал все адреса – и кладбища, и

притона этого.

– Ты не боишься?

– Я? – Он усмехнулся. – Эта говнота свою жопу будет прикрывать, им

не до нас с тобой будет.

На пороге клиники появился Томер.

– Они его не для боёв держали, а как кусок мяса. Он и недолго пробыл, его сердобольные хозяева принесли, мол, усыпить жалко, мы уезжаем, пансион, блин, у них, это официально если. Чтоб объяснить количество

собак. Но этот бесполезный был, жрал много. И добрый он.

– А ты его в канал.

Томер сник.

– Как деньги Манюне возвращать-то будем?

04:13

Возле дома Томера нас ждала засада. Томер, может, и дрянь человек

стал, но чуйка у него была, что у той собаки.

– Э, Костик, тормози, вон они сидят возле моего дома, пасут. Ты им

точно всё бабло отдал?

Костик промолчал.

В машине, припаркованной прямо на тротуаре, сидели двое понурых

парней. Окна были раскрыты настежь.

– Они походу спят!

– А то, самое время сладкое, под утро, умаялись.

– Так, – Томер осторожно выскользнул из машины, дверцу не закрыл, –

подождите меня минутку, я барахло своё принесу, мне здесь оставаться

по любому не можна.

Томер лисою проскочил мимо спящих бандитов и нырнул к себе в дом.

Я порадовался за него и тут же загрустил:

– Костик, а как же деньги?

– Успокойся, Боря, я же не дурак, я тем лохам куклы свои старые

сбагрил. Сто лет как в машине валяются!

На этих словах Костик щёлкнул крышкой бардачка, и я увидел

неровные пачки денег, отсортированные по номиналу, перетянутые

резинками заботливой манюниной рукой.

Костик закрыл бардачок, и я с облегчением вздохнул.

Из темноты парадного входа выскользнул Томер. Он был умыт и одет

как денди. В руках держал дорожную сумку. По пути к нам он как бы

ненароком нагнулся над спящими, что-то дёрнул и, пританцовывая, подошёл к нам. Мне на колени упал тяжёлый свёрток. Томер хлопнул

дверью.

– Поехали, Костик, пожалуйста. Я в полицию позвонил, и они скоро