Свершив труды войны счастливой,
Минутный гость родных лесов,
Коннал со стаей резвых псов
Бродил в пустыне молчаливой;
На высоты угрюмых скал
Взбирался дикою тропою
И там внезапною стрелою
Свирепых вепрей поражал.
В ловитве, в поле грозных боев
Нигде Конналу равных нет:
Его стремленье - ряд побед,
Его десница - смерть героев!
Но взор, как небо, голубой,
Уста и свежие ланиты,
Румянцем девственным покрыты,
Гальвины нежной и младой
Пленили дикого Коннала;
Дщерь Комла, цвет морвенских дев,
Душой героя овладев,
Сама любовь к нему познала.
С тех пор их радостные дни
Текли в беспечности невинной;
Так меж цветов ручей пустынный
Катит прозрачные струи.
Но враг Коннала дерзновенный,
Грумал их счастье отравил,
Он взор на деву устремил,
Безумной страстью воспаленный.
Бродя с утеса на утес
И протекая гор вершины,
Он ждал застенчивой Гальвины,
Как серны ждет коварный пес.
Однажды в густоте тумана,
Коннал, сокрывшись от друзей,
Притек с подругою своей
В пещеру храброго Ронана.
Там, на разрушенных стенах
Висели копья, стрелы, латы,
В углу лежал шелом косматый
И щит, поверженный во прах.
Коннал
Покойся здесь, моя Гальвина!
На высоте кремнистых скал
Я видел серну...
Гальвина
А Грумал?..
Сей грозный сын снегов Ерина?
Он часто знойною порой
Приходит здесь искать прохлады;
Меня страшат Грумала взгляды...
Улыбкой отвечал герой
Роптанью девы боязливой,
Взял лук - и к серне полетел.
Среди мечей, кольчуг и стрел
Одна в пещере молчаливой
Гальвина думала о нем
И молча вслед ему взирала;
Потом надела шлем, забрало,
Сокрыла перси под щитом
И гордо витязю явилась.
Едва узрел врага Коннал,
Он вспыхнул, гневом запылал,
И вмиг стрела его вонзилась
Гальвине в грудь, сквозь крепкий щит:
Он кровью девы обагрился,
С главы шелом ее скатился,
Копье из рук ее скользит,
И кто ж, сей мнимый сын Ерина,
Терзаясь, плавает в крови?..
Коннал!.. предмет твоей любви:
Твоя прекрасная Гальвина!
Покинув девы хладный прах,
Простясь навек с родной страною,
Коннал кипел одной войною
И смерть нашел в боях!