Застигнут бурею, Балклуту я узрел.

В раздранных парусах ужасный ветр свистел,

И мой корабль, носясь в пучине разъяренной,

Примчался к берегам страны иноплеменной.

Там в Рютамировых чертогах, о Фингал,

Спокойный, сладкий сон три ночи я вкушал.

Младая дочь его мой взор очаровала;

И страстию душа к Моине запылала

И Рютамир, склонясь на брак ее со мной,

Моины сердце мне вручил с ее рукой.

Как пена бурных волн, вздымалась грудь прелестной;

Как звезды светлые на высоте небесной,

Покрыты сумраком, горят во тьме ночной,

Так очи девы сей блистали предо мной.

Спокойна и ясна была душа Моины,

Как сребряный поток цветущия долины,

Едва струящийся под тению ветвей!

Иноплеменных вождь, горя любовью к ней,

В чертог ее отца вступает дерзновенно,

Бросает на меня взор, гневом распаленный,

И мощной дланию схватя булатный меч,

"Где он? где вождь Комгал? - ко мне простер он речь.

Где ратоборец сей, в боях неутомимый?

Ведет ли воинство с собой непобедимо,

В Балклутскую страну простря свой жадный взор,

Или один притек ты, дерзкий Клессамор?.."

"Познай, - вещаю я, - познай, пришлец нежданный,

Что Клессамор - супруг, Мойною избранный,

Что он бестрепетен средь тысячи врагов,

Хоть рать его от сих далеко берегов!

Как победитель мой ты в сей чертог вступаешь

И одинокому мне смертью угрожаешь;

Но, витязь, не забудь, что меч еще со мной,

Который был в боях один защитник мой!

Престань, о Клуты сын, воспоминать Комгала!"

Вдруг раздраженная в нем гордость воспылала,

И тяжкий меч его со свистом засверкал;

Но я отвел удар - и враг надменный пал.

Как отдаленный гром, паденья звук раздался:

Внезапно копий лес в долине показался.

Горя отмщением, питомцы чуждых стран

Хотели влечь меня, как пленника, в свой стан.

Спасаясь от врагов, стесненный их толпами,

Узрел я свой корабль над клутскими водами;

Я бросился в него под тучей вражьих стрел

И по зыбям морским в отчизну полетел.

Моина притекла за мной на берег дикий;

Ветр бурный разносил ее печальны клики

И черные власы прелестной развевал.

Я в горести средь волн к ней руки простирал,

И возвратиться к ней стократно порывался;

Но тщетно! Мой корабль стрелой по бездне мчался.

С тех пор я никогда Моины не встречал

И жить для счастия с тех пор я перестал.

Уже сразила смерть ее в стенах Балклуты!

Я видел тень ее в те страшные минуты,

Как Лоры на волнах, одетых черной мглой,

Скитались призраки воздушною толпой.

Она подобилась луне новорожденной,

Печальным сумраком от взоров сокровенной,

Когда из бурных туч пушистый снег летит

И ветер меж дубов поверженных свистит!

"Воспойте вы хвалы возлюбленной Моине,

О барды! - рек Фингал. - Да ваши песни ныне

Исполнят радостью блуждающую тень

И призовут ее чертогов горних в сень;

Да с блеском явится она в надзвездном мире,

Как полная луна в безоблачном эфире,

И встретит праотцев с весельем пред собой.

Я зрел Балклуту сам... Увы, соратник мой!..

Она казалась мне гробницей древней славы;

Разрушились ее чертоги величавы;

Глас человеческий не раздается в ней;

Течение реки среди пустых полей

Уже совращено упадшими стенами,

И терн обвил столпы колючими ветвями,

И на развалинах желтеет мох густой,

И только слышится зверей пустынных вой.

Моины нежныя жилище опустело;

Молчанье мертвое чертогом овладело,

Где дни счастливые отцов ее текли!

О барды славные Морвенския земли!

Вы падшим братьям в честь на арфах возгремите;

Иноплеменников судьбу слезой почтите.

Они, как злак полей, увяли прежде нас;

Но скоро прозвучит и наш последний час!

Почто ж, о смертный, ты чертоги воздвигаешь,

Когда в отверстый гроб безвременно вступаешь?

Ты наслаждаешься счастливою судьбой;

Но смерть всему конец, и все умрет с тобой!

И скоро восшумит пустынный ветр уныло

В разрушенных стенах и над твоей могилой,

И над дубравою печально засвистит,

Где истлевает твой осиротелый щит!..

Но пусть бушует ветр над нашими гробами,

Друзья! мы будем жить великими делами!

Так! имя храброго наполнит целый свет;

Покажет поле битв следы моих побед,

И буду я внимать в надоблачных селеньях

О подвигах своих в бессмертных песнопеньях.

Утешьтесь, о друзья! героя торжеством,

Да чаша пиршества обходит нас кругом;

Да радость чистая вождей воспламеняет!

О други! звук побед в веках не умолкает...

О солнце, гордое светило в небесах!

Когда назначено вселенныя в судьбах

Исчезнуть и тебе, божественно созданье,

И если и твое здесь временно сиянье,

То слава дел моих тебя переживет!"