Вар, дерев никаких ты не сажай раньше священных лоз

В рыхлой почве, вблизи Тибура рощ, подле стен Катила[39];

Трудным делает Вакх тем, кто не пьет, жизненный путь; нельзя

Едких сердца тревог прочь отогнать, кроме вина, ничем.

Кто, из чаши хлебнув, вспомнит про гнет войн или бедности?

Кто не грянет свой гимн Вакху-отцу с милой Венерою?

Но для каждого есть мера в питье: Либер блюдет предел.

Бой кентавров возник после вина с родом лапифов, — вот

Пьяным лучший урок; Вакх, не щадя, диким фракийцам мстит:

10 То, что можно свершать, то, что нельзя, узкой межой они

Делят, жадные пить. Я же тебя, бог, не дерзну пытать

Против воли твоей; таинств твоих, скрытых от всех плющом,

Я толпе не предам. Только сдержи буйный тимпан и рог[40]!

Вслед за ними идет в злой слепоте дух Себялюбия,

И Тщеславье, подняв выше всех мер праздную голову,

И Болтливость, кому вверенных тайн, словно стеклу, не скрыть.