На конях герои едут ранней утренней порой,
До владений Нурадина взяв Асмат в седло с собой.
Там купец коня им отдал, да не в дар — за куш златой.
Автандил дорогу знает — сам себе он путевой.
Едут дальше, видят в поле Нурадиновы стада,
И была б страна любая их дородностью горда.
Молвит индо Автандилу: «То-то будет им страда,
«Коль стада угоним в шутку! Знать дадут царю тогда.
«Слух пройдет, что мы их грабим, коль с собой угоним стадо,
«Не жалеть потоков крови Нурадин велит отряду
«И нежданно нас узнает, гнев сменивши на ограду.
«Посмеемся: шутки в радость, коль, как надо, сердце радо».
Бег коней начался буйный в табунах царя Придона,
Высекают искры в страхе пастухи вокруг загона.
«Кто такие вы? — кричали. — Стойте! Здесь стада патрона!
«Так врагов своих он рубит, что кончаются без стона».
Побратимы взяли стрелы пастухов пугать вдвоем,
Пастухи кричали в страхе, рев их слышался, как гром:
«Помогите, нас пираты уничтожат целиком!»
И Придону доложили о несчастии таком.
Сам Придон готов сразиться, выезжает он верхом,
И на крик сбежались рати, войско движется кругом.
Шли навстречу к ним два солнца, им морозы нипочем,
Низко спущены забрала над глазами и лицом.
Тариэль, Придона видя, молвит: «Вот кого хотел!»
Шлем он снял и улыбнулся, от улыбки лик зардел.
«Что же ты, — сказал Придону, — уготовил нам в удел?
«Хлебосольство ваше, видно, хуже ваших бранных дел».
Соскочив с коня поспешно, их приветствует Придон,
И герои соскочили — поцелуи и поклон.
И Придон, воздевши руки, чтит божественный закон,
Обнимался с ними каждый, кто знакомством был почтен.
Говорит Придон: «Что ж мешкать, жду я вас уж с давних пор,
«Я готов к услугам вашим, мне не нужен уговор».
Встреча их напоминала двух светил с луною сбор.
И, друг друга озаряя, направляются во двор.
Всех гостей царя Придона красота дворца пленила.
Он с собой сажает рядом побратима Автандила,
Знать на бархате прекрасном Тариэля усадила.
Вручены дары Придону, чья друзьям известна сила.
Молвят: «Лучших подношений не имеем мы пока,
«Но с богатствами пещера от тебя недалека».
До земли Придон склонился, благодарность глубока:
«Дар от вас мне так же ценен, как дающая рука».
Отдыхали и вкушали у Придона угощенье,
Совершали рано утром, как обычно, омовенье.,
И красивые наряды им служили в украшенье,
Жемчуга и самоцветы — Нурадина подношенье.
Царь сказал: «Гостеприимство не должно встречать помехи,
«Не подумайте, что с вами день проходит без утехи,
«Но немедля в путь далекий надо ехать, взяв доспехи,
«Если каджи возвратятся, то сомнительны успехи.
«Много войска нам не надо, храбрых выберем, хоть мало,
«Их довольна и трех сотен, чтоб с врага сорвать забрало.
«Чтоб громить в Каджети каджеи, укрепим клинки кинжалов,
«Обретем мы стан-чинару, чья печаль — как смерти жало.
«Как-то раз я был в Каджети. Эта крепость — грозный град.
«Трудно брать его с налету — гор высоких крепок ряд.
«Надо тайно нам пробраться, а не мчаться наугад,
«Потому и бесполезно брать туда большой отряд».
Согласились с ним герои, и поход их был решен.
Тут Асмат рассталась с ними. Ей дары поднес Придон.
Триста всадников забрали — все бесстрашны, как патрон.
Кто вначале стерпит, после победит, — таков закон.
Путь морской втроем проехав, едут дальше побратимы,
Днем и ночью от Придона их шаги неотвратимы.
Говорит Придон: «К Каджети уж приблизились в пути мы,
«По ночам тут ехать надо, чтобы были мы незримы».
Так решили три героя по Придонову совету:
День прождали, и лишь только тьма пришла на смену свету,
Едут ближе, крепость выше, — кто измерит силу эту?
Крепостной охраны крики по всему носились свету.
Десять тысяч стражи было у подземного прохода.
Львы сказали, видя крепость в лунном свете небосвода:
«Поразмыслим, как добиться нам желанного исхода,
«Сотня тысячи сильнее, — все зависит от подхода».