Эта миссия не была ни захватывающей, ни сложной, ни рискованной. Обычная разведка в приграничной области — она была из разряда тех заданий, которые хочется поскорей закончить и забыть. Дополнительная задача, которой нагрузил бывших подчинённых Орочимару, тоже была до смешного проста: необходимо было проверить пару убежищ Саннина и убедиться, что они в сохранности.

— Эй, очкастая, — окликнул её Суйгецу; он говорил напряжённо — напарники уже успели сегодня поцапаться. — Сколько нам ещё до той базы?

— Близко уже, — буркнула в ответ Карин, глядя прямо перед собой.

Лес вокруг был умиротворённо тих; тонкий здесь, в чаще, снежный покров хрустел под ногами. На сей раз, памятуя, как чуть не замёрзла прошлой зимой во время тогдашнего их похода, Карин оделась теплее, отдав предпочтение штанам вместо шорт, а форменный плащ Акацуки, пошитый из отличной ткани, не пропускал холода, согревая. «Акацуки заботятся о своих», — почему-то пришла ей на ум вечная мантра Лидера. Впрочем, Карин не могла не признать, что поводов сомневаться в этом его утверждении за почти год в организации у неё не возникало.

Вытащив из держателя на поясе бутыль с водой, Суйгецу присосался к ней нарочно громко, чтобы побесить напарницу. В уме сосчитав до трёх и решив, как именно убьёт его, Карин повернулась было к мечнику — и замерла с приоткрытым ртом.

— Чего? — с вызовом спросил Суйгецу.

— Чакра, — проговорила Карин севшим голосом — её шокировала сила приближающегося шиноби. — Очень мощная. Рядом.

— Мощная чакра? — Суйгецу нахмурился и заозирался. — Где? И чья?..

— Быстро, скрой свою чакру! — прикрикнула Карин, выполняя то же. Напарнику, к счастью, в кои-то веки хватило ума послушаться, и Акацуки затаились в тени деревьев. — Он уже рядом, — горячо зашептала она. — Не таится совсем, будто так и надо…

— Так кто «он»? — полушёпотом спросил Суйгецу.

— Я похожую чакру только раз чуяла, у того приятеля Саске-куна, — Карин сглотнула, — джинчурики Кьюби.

— Джинчурики, да? — он помрачнел. — Хреново…

В следующий миг им пришлось покинуть убежище — прямо сквозь толстое дерево, за которым они прятались, прошёл карандаш, сверкающий чакрой Молнии, и пробил ствол напротив, воткнувшись в землю уже где-то за ним. «Ксо, нашёл», — Карин цыкнула и внимательно посмотрела на шиноби, стоявшего перед ними. Высокий и крепкий, темнокожий, с мечами за спиной и протектором Кумо на лбу…

— Хачиби, — пробормотала Карин едва слышно. Судя по тому, как напрягся Суйгецу, слово достигло его; парень резким движением выхватил Обезглавливатель.

— Что шиноби Кумогакуре делает на земле Альянса? — громко и нарочито бесстрашно спросил он.

Джинчурики тем временем внимательно разглядывал напарников; взгляд его задержался на их плащах.

— Вы из Акацуки, ни дать ни взять.

Заставлю я вас от боли кричать.

От исходившей от него чакры Карин пробирала дрожь; куноичи придержала за рукав собравшегося было сделать шаг Суйгецу.

— Какие у вас претензии к Акацуки? — по возможности ровно и уверенно спросила она.

Джинчурики посмотрел на неё очень серьёзно и вновь ответил рифмой:

Карин старалась не обращать внимания на его странную манеру изъясняться — то, что он говорил, было…

— Югито? — она нахмурилась. — Джинчурики Нииби?

— Сами знаете, о ком идёт речь…

— Наша организация не ведёт охоту на джинчурики, — вклинился Суйгецу. — Мы…

— Ну всё, — джинчурики выхватил и подбросил в воздух свои мечи — всего семь клинков, — вам своих костей не сберечь, — он поймал их и встал в необычную стойку.

«Держись сзади», — предупредил Суйгецу, поднимая на уровень груди Обезглавливатель.

Прежде, чем Карин успела огрызнуться, что и не собиралась геройствовать, джинчурики напал — Суйгецу заблокировал первую атаку, но противник орудовал мечами с пугающими проворством и скоростью, нанося удары, казалось, со всех сторон одновременно. Убравшись на достаточное от них расстояние, Карин следила за боем, ища слабые места противника, — и не находила их. «Он мастер кендзюцу, — отметила она про себя. — Суйгецу тоже неплох, но…»

Её напарник пролетел мимо, отброшенный мощным ударом, и врезался спиной в дерево с такой силой, что если бы не успел трансформировать тело в воду, точно бы остался со сломанным позвоночником. Противник не дал передышки и напал вновь — метнул в парня один из мечей, пропитанный, как прежде карандаш, чакрой Молнии; для Суйгецу с его Суйтоном это было очень опасно. Не теряя времени, Карин создала из чакры цепь с заострённым наконечником и сбила меч — тот, закрутившись в воздухе, воткнулся в землю, но мигом позже был подобран джинчурики, вновь перешедшим в атаку. На сей раз он нацелился на Карин, но прежде, чем она успела что-либо предпринять, перед ней вырос Суйгецу и принял удар на Обезглавливатель. Отскочив подальше, Карин мысленно позвала:

«Яхико-сама!»

Благо, Лидер ответил как в большинстве случаев практически мгновенно.

«Что случилось, Карин?»

«На нас напали, — отрапортовала она, создавая цепи и блокируя новые брошенные в напарника мечи. — Джинчурики Хачиби. Он говорил что-то про захват Нииби…»

«Держитесь», — коротко сказал Лидер и разорвал связь.

«Надеюсь, продержимся», — подумала Карин. Она увернулась от нового направленного на неё клинка, но пропустила удар ноги и последовавшее за ним движение другого меча — она отлетела прочь, а грудь пронзила резкая боль. «Плохо», — пронеслось в голове, и Карин ещё до того, как упала, активировала лечебную технику, быстро восстанавливаясь. Всё-таки извернувшись и немного неловко приземлившись на три точки, она, дождавшись полного закрытия ран, атаковала цепями чакры — эту технику она освоила благодаря свиткам Нагато. «Если получится, я смогу его связать, хотя и ненадолго». Джинчурики, легко сражаясь с Суйгецу, отбил большую часть цепей, но одна всё-таки обвилась вокруг его ноги — Карин перенаправила в неё чакру от остальных, и из этой тут же вырвались новые цепи, опутывая врага. «Есть!»

— Держи его, Карин! — крикнул Суйгецу и бросился на джинчурики, замахиваясь для удара.

У неё ёкнуло сердце — если он сейчас убьёт шиноби Кумо…

— Придурок, стой!..

Не успев даже коснуться противника, Суйгецу был отброшен огромным щупальцем. Джинчурики стал интенсивно испускать демоническую чакру бидзю — Карин держала технику, сколько могла, но её чакры не хватило, и цепи ослабли, чем враг и воспользовался, вырвавшись и отскочив в сторону. Он выпрямился; всё его тело уже покрывала жуткая алая чакра, начали появляться хвосты. Один… Два… Три…

Четыре… Пять… Шесть…

«Нам конец!» — запаниковала Карин. У неё осталась чакра только на лечение и максимум на две цепи — этим не остановить джинчурики. А Суйгецу слишком потрёпан, вон, уже истекает кровью вовсю…

«Чего стоишь, дура?! — мысленно рявкнул он, перехватив её взгляд. — Вали отсюда!»

«Я…» — она не закончила, не знала сама, что хотела сказать.

Но остановило её и другое: два источника чакры, возникших неподалёку. Джинчурики напал на находившегося ближе к нему Суйгецу, парень выставил блок мечом, хоть и понимал наверняка, что это бессмысленно…

Удар вместо Обезглавливателя приняла Самехада. Стальные чешуи блеснули в холодном зимнем солнце, окрасились алым, вбирая в себя чакру Хачиби. Джинчурики, поняв это, метнулся прочь, разрывая дистанцию, но покров бидзю уже был полностью с него сорван.

— Ещё два Акацука, — проговорил он. — Вот ведь сука.

— Прошу вас прекратить бой, — Итачи вышел вперёд и остановился перед противником. — Вы должны немедленно покинуть территорию Страны Звука.

— Если что-то и произошло с джинчурики Нииби, Акацуки не имеет к этому отношения, — серьёзно сказал Итачи, но джинчурики, конечно, ему не поверил:

— Нукенинам-предателям нет веры.

У вас на уме одни лишь аферы.

— Би-сан, я в последний раз прошу вас покинуть эти земли, — Карин поняла по изменению чакры, что он активировал Шаринган. — В противном случае мы будем вынуждены выдворить вас.

— Итачи-сан, кончайте уже церемониться, — Кисаме пошевелил плечом, на котором покоилась Самехада, издававшая тихое ворчание.

— Этот чувак говорит дело, — Би вновь держал свои мечи, — ждать мне уже осточертело.

Он перешёл в наступление, но Итачи пропустил его мимо себя и, развернувшись, ударил с тыла — его катана скрестилась с двумя клинками Би, но тут же Учихе пришлось уворачиваться от нового рубящего удара сбоку. Он успел, отпрыгнул, пригнулся, пропустив над головой лезвие меча, а затем вновь звякнула сталь — и ещё, и ещё, и ещё… Скорость боя была просто невероятна!

«Кыш, детишки, это наш бой».

«Кисаме-семпай!..» — возмутился было Суйгецу, но Карин, подбежав, оттащила его в сторону. Посмотрев на раны парня, она нахмурилась и, поколебавшись, закатала рукав.

— Кусай, — процедила она сквозь зубы.

Состроив отвращение, напарник впился зубами в её предплечье, где было много следов от укусов. Поморщившись, Карин стала передавать остатки своей чакры Суйгецу, леча его, попутно наблюдая за боем.

Итачи с катаной был очень хорош («Лучше, чем Саске-кун», — отстранённо отметила Карин), но бой на мечах с Би давался даже ему нелегко; благо, Кисаме поддерживал атаки напарника, и вдвоём они теснили противника. «Они в самом деле не собираются вредить ему, — осознала куноичи, дрожащими руками поправив очки. — Просто теснят к границе… Это приказ Лидера или собственная инициатива Итачи-сана?»

Кажется, Би это надоело — громко крикнув что-то бессвязное, нечто вроде «Йи-и-иха!», он вновь покрылся чакрой Хачиби, но тут же трансформировался дальше: в существо, среднее между человеком и зверем, состоявшее, казалось, полностью из чакры. Это создание на невероятной скорости промелькнуло между Кисаме и Итачи — оно бросилось к Карин и её напарнику. Суйгецу слабо потянулся к мечу, Карин приготовилась использовать все остатки чакры на барьер — но тут рука скелета из огненно-красной чакры схватила джинчурики… почти схватила, Би в последний момент успел пригнуться — алый кулак сомкнулся над его головой — и отбежать в сторону.

Карин прежде не доводилось видеть Сусано Итачи, но оно в самом деле впечатляло. И эта чакра… «Чакра клана Учиха просто немыслима», — подумала Карин, чувствуя, несмотря на бой и близость смерти секунду назад, как внизу живота разливается сладкое тепло.

Вдруг она учуяла ещё что-то.

«К нам приближается ещё один отряд», — немедленно доложила она.

«Откуда?» — уточнил Итачи.

«Со стороны границы с Молнией. Их шестеро, один крайне силён».

«Подмога, да?..» — Кисаме скосил взгляд на напарника с каким-то значением.

Тот ничего не ответил — Зеркалом Ята закрылся от новой атаки джинчурики. Когда удар пяти его хостов был без видимого труда отбит, Би разорвал дистанцию и вперился в Сусано взглядом зверя, в котором мелькнуло человеческое любопытство. Воспользовавшись его промедлением, напал Кисаме, однако вынужден был остановиться, когда прямо перед его лицом просвистел усиленный чакрой Молнии кунай. Карин и остальные повернулись к новым участникам сцены.

— Райкаге-сама, — весьма вежливо приветствовал, несмотря на ситуацию, Итачи, не развеивая, впрочем, Сусано.

Выйдя из образа зверя, но оставив покров чакры Хачиби, Би почесал затылок и проговорил:

— Братан прибежал, вот незадача.

Кажись, попаду я сейчас под раздачу…

— С тобой у меня будет отдельный разговор, Би, — процедил Райкаге и повернулся к Учихе. — В этом был ваш план? Выманить Би из Кумо?

— Как я уже пытался донести до Би-сана, Акацуки не причастна к тому, что случилось со второй вашей джинчурики, — Карин в очередной раз поразилась самоконтролю Итачи. — Мы вовсе об этом узнали лишь сейчас от Би-сана.

— Не заливай, — Райкаге помрачнел. — Как будто я поверю словам клятвопреступника и убийцы родичей.

Шиноби Кумо выхватили оружие, приготовились к бою. Трое — две куноичи и юноша — встали возле Би, ещё двое воинов остались с Райкаге. Положение становилось всё хуже.

«Итачи-сан?..»

«Сейчас».

Карин не поняла, о чём говорили напарники — пока рядом не возникли новые источники чакры. Один из них («Клон Итачи!») тут же развеялся, а пять приблизились к напряжённо замершим Акацукам и шиноби Кумо.

— Прикажи своим людям остановиться, Эй! — сурово сказала Хокаге. — Довольно этого бессмысленного сражения!

— Цунаде, — проговорил Райкаге, хмурясь. — Какого чёрта?

— Ты с отрядом на землях Альянса, так что это я должна спрашивать, какого чёрта, — парировала она; за её спиной стояли четверо АНБУ, готовые защитить главу Конохи в случае атаки.

— Так значит, ты теперь покрываешь этих нукенинов?! — разозлился Райкаге. — Они вторглись в окрестности Кумо, схватили мою куноичи и уволокли её куда-то!

— Ками-сама, да не делали мы этого, — проскрежетал Кисаме. — Что, так сложно было понять в первые три раза, когда вам это сказали?

— Как выглядели нападавшие, Райкаге-сама? — спросил, сглаживая невежливость напарника, Итачи. — Вы не могли бы их описать?

— На них были плащи Акацуки. Вот всё, что нам нужно о них знать.

— Есть шиноби, покинувшие организацию, когда у неё сменилось руководство, — сказала Цунаде. — И они прежде уже прикрывались символами Акацуки для своих целей — тогда они устроили бойню в Долине Завершения. Их зовут Хидан и Какудзу — молодой нукенин с трёхлезвенной косой и высокий в матерчатой маске.

Шиноби, окружившие Би, быстро переглянулись.

— Акацуки есть Акацуки, — сказал Райкаге жёстко. — Я им не доверяю.

— Не доверяй на своей территории, — процедила Хокаге. — На этот раз мы закроем глаза на инцидент, вызванный путаницей, однако если вы ещё раз вторгнетесь на земли Альянса и начнёте бой…

Он прищурился.

— Что тогда, Цунаде?

— Вы не оставите нам выбора. Мы будем отвечать.

Несколько бесконечно долгих мгновений Райкаге буравил её тяжёлым взглядом, но Хокаге не отводила глаза. В конце концов, Райкаге поморщился и, круто развернувшись, зашагал обратно в сторону границы.

— Идёмте, сенсей, — проговорил молодой шиноби, обращаясь к Би. Тот, окончательно сбросив покров бидзю, внимательно разглядывал то Кисаме, так и стоявшего с Самехадой наголо, то на Итачи, очень серьёзного, но дезактивировавшего Шаринган и развеявшего Сусано. Наконец, джинчурики сдвинулся с места и последовал за Райкаге; на ходу он вытащил из-за пазухи книжицу и принялся что-то там записывать. Прочие шиноби Кумо последовали за ними, порой украдкой оглядываясь; Карин чувствовала, как светловолосый парень, державшийся подле Райкаге, прощупывает окрестности техникой. «Сенсор».

Когда отряд скрылся за деревьями, Кисаме вернул Самехаду за спину, и Суйгецу поступил так же со своим мечом. Один из АНБУ отделился от группы и скользнул следом за шиноби Кумо в чащу — убедиться, что они покинули территорию Страны Звука.

— Не ожидал, что вы прибудете лично, Цунаде-сама, — произнёс Итачи, позволяя катане мягко скользнуть в ножны.

— Эй мало кого слушает, но мне иногда удаётся его переубедить. К несчастью, моё влияние на него недостаточно… — Хокаге устало вздохнула, но тут же собралась. — Необходимо срочное собрание глав государств Альянса. Итачи, в нынешних обстоятельствах я вынуждена вновь просить тебя о помощи.

— Такой же приказ я уже получил от главы Акацуки. Вы хотите вначале вернуться в Коноху или же сразу отправиться в Амегакуре?

— В Коноху.

— Как вам угодно, — подняв с земли ветку, Итачи коснулся её волшебной палочкой; синий свет окружил ветку, но вскоре пропал. — Кисаме, Суйгецу, Карин, возвращайтесь в Аме. Портал сработает через минуту.

— Уверены, что помощь не нужна, Итачи-сан? — уточнил Кисаме, принимая ветку у напарника. Карин вместе с Суйгецу подошла ближе и тоже коснулась её, морально готовясь к неприятному перемещению.

— Уверен, — спокойно ответил Итачи, создавая новый портал, который должен был доставить Хокаге и АНБУ в Коноху.

Прежде, чем свет померк, и её закружило в безумном магическом перемещении, Карин успела посмотреть на Итачи. «Невероятен», — осознала она.

Несколько часов спустя Цунаде и сопровождавший её Шикаку были доставлены клоном Итачи в Аме. Перемещение при помощи волшебства («Порталом») не было приятным, однако же было быстро, а именно скорость сейчас имела значение.

В переговорном зале, где в последний раз они собирались в конце октября, ещё почти никого не было. Яхико нетерпеливо мерил шагами комнату, хмурый и мрачный, ведя вполголоса разговор с пристроившейся у стены Конан. Заметив Хокаге, Яхико шагнул ей навстречу.

— Здравствуйте, — коротко кивнул он.

— Здравствуй, Яхико, — отозвалась Цунаде; чуть позади неё раздался хлопок — клон Итачи развеялся. — Выяснили что-нибудь новое?

— Пока нет. Как только узнал о случившемся, я отправил Орочимару трясти информаторов, но это займёт какое-то время.

— Конечно… — она обернулась на звук открывающейся двери — на пороге был Шибуки, глава Такигакуре, в сопровождении советника и молоденькой куноичи не старше Сакуры, выглядевшей в этом зале явно не в своей тарелке.

Яхико тоже повернулся к ним.

— Благодарю, Шибуки-доно, что выполнили мою просьбу, — он обратился к куноичи. — Ты Фу, верно?

— Да, — кивнула та. — Приятно познакомиться.

— Однако я всё-таки не до конца понимаю, зачем вам понадобился наш джинчурики, — произнёс Шибуки, очень по-отечески, что смотрелось немного забавно при возрасте самого главы Таки, кладя руку на плечо Фу.

— Я объясню, когда соберутся все, — пообещал Яхико. — А пока, Фу, ты не могла бы подождать в другом помещении вместе с Конан?

— Конечно, — покладисто ответила девушка и покинула зал вслед за Конан.

Вскоре шесть глав деревень Альянса вместе с советниками были в сборе. Когда все заняли места за столом, Яхико взял слово:

— Итачи уже кратко ввёл вас в курс дела; к сожалению, пока что добавить мне нечего за исключением того, что война, которой мы так опасались, по всей видимости, не за горами.

— И обрушится она в первую очередь на наши земли! — взмахнул руками Кеничи, взгляд которого нервно метался. — Я предупреждал вас об этом ещё на прошлом собрании! А теперь Стране Звука принимать на себя удар!..

— Как, возможно, и Такигакуре, — хладнокровно прервал его Шибуки, — если Райкаге всё же имеет тайный союз с Ивой. Однако, — он посмотрел на Яхико, — в случае нападения мы окажем достойный отпор.

— Вы не будете одиноки в этом бою, — серьёзно пообещал глава Аме. — Мы придём на помощь любому союзнику, попавшему в беду, что и продемонстрировали сегодня.

— Да, на этот раз шиноби Кумо удалось выдворить, — кивнул Кейтаро, предводитель ниндзя Кусы, — чему мы все рады. Но что будем делать дальше? Райкаге и его брат вернутся, и на этот раз они будут с армией и настойчивей.

— Я полагаю, у Райкаге хватит ума не затевать войну с Альянсом, — заметил Гаара.

— Не хватит, — неохотно возразила Цунаде. — Он уверен, что в нападении на его шиноби виновата Акацуки, и его не переубедить. Эй расценивает это как личное оскорбление; он никогда не доверял нам и по отдельности, а нашему объединению — тем более. Войне быть, в этом я уверена полностью.

— Тогда необходим упреждающий удар, — предложил Кейтаро. — Если мы расправимся с Кумо раньше, чем в войну вступит Ива, Цучикаге и не станет вмешиваться.

Кеничи активно закивал.

— Вместе у нас хватит сил…

— Нет.

Все повернулись к Яхико. Он сидел, скрестив на груди руки, с неодобрением глядя на союзников.

— Мы не станем нападать первыми, — серьёзно сказал он. — Не станем агрессорами.

— Но, Яхико-доно…

— Наш союз — оборонительный, — поддержал его Гаара. — Упреждающий удар, который вы предлагаете, подорвёт саму его основу.

— Такой удар был бы разумен, — заметила Цунаде; она прошла много локальных конфликтов и войн и знала, как мало значат на их фоне частные аспекты политических договорённостей. — Кейтаро-доно прав в том, что если падёт Кумо, Ива не встрянет.

— Ива ещё и не изъявила такого желания, это всего лишь наше предположение, — довольно резко возразил Яхико. — Мы должны укрепить приграничные зоны и выстроить линию обороны — две, и на востоке, и на западе, — однако сами не нападём.

«Я понимаю, откуда это упорство, — безрадостно подумала Цунаде. — В глубине его души ещё живёт мальчик, боящийся войны, несправедливо пришедшей на земли его родины». Она повернулась к ещё не высказавшемуся главе Такигакуре.

— Шибуки-доно?

Он поднял задумчивый взгляд на Цунаде и, помолчав ещё немного, ответил:

— Так как в случае акции Ивы именно на Страну Водопада придётся первый и наиболее мощный удар, я бы предпочёл усилить оборону, чем тратить силы на атаку на Кумо и надеяться, что Цучикаге не в союзе с ними или же не успеет среагировать. Напрасно рисковать жизнями своих людей я не хочу.

— Как не хочет, уверен, никто из нас, — веско сказал Яхико и покосился на Итачи.

— Я бы предпочёл оборону, — негромко произнёс он. — Правильно выстроенная, она в сочетании с разведкой и дипломатией может помочь нам вовсе избежать боевых действий.

«Невероятный оптимизм, — хмыкнула про себя Цунаде. — Уж от кого-кого…»

— Отчасти я с этим согласен, — сказал Шикаку. — Если наши рубежи будут выглядеть достаточно крепкими, Райкаге трижды подумает, прежде чем штурмовать их ради не совсем ясных целей, а Цучикаге подумает тем более. Однако также не стоит сбрасывать со счетов Киригакуре; мы до сих пор не знаем, кому симпатизирует Мизукаге и есть ли у неё симпатии в этой войне.

— Идеальным вариантом бы стало, если бы её воины остались на своих землях, — вздохнул Кейтаро. — Кири — те, кого не хочешь иметь ни в качестве врагов, ни в качестве союзников.

— Нам нужны переговоры, — сказал Гаара. — В Киригакуре должны быть отправлены послы Альянса.

— Как и в Иву, я считаю, — добавил Шибуки. — Возможно, мы сможем если не убедить Цучикаге ничего не предпринимать, то по крайней мере узнаем наверняка, на чьей он стороне.

— Разумная мысль, — кивнул Яхико. — Хотя, я бы ещё отправил делегацию в Кумо…

— Об этом можно сразу забыть, — подняла руку, останавливая его, Цунаде. — Эй не тот человек, с кем можно вести переговоры; он понимает лишь силу.

— Тогда будем укреплять рубежи, — пожал плечами Яхико.

Ненадолго воцарилось молчание. Затем Шибуки спросил:

— Так к чему же присутствие здесь моего джинчурики?

— Я хотел обсудить связанную проблему. На данный момент, так как Узумаки Наруто выполняет миссию в мире магов, Фу — единственный джинчурики Альянса. Поэтому…

— Мы должны использовать её мощь для устрашения врага, — подхватил Кеничи.

— Должны укрыть её как можно лучше, — спокойно закончил свою мысль Яхико.

— Позвольте, — теперь уже и Шибуки в непонимании посмотрел на него, — вы хотите лишить Такигакуре военного козыря?

— Моя цель в другом, — с готовностью стал объяснять Яхико. — Каков сейчас расклад бидзю? Три было захвачено Акацуки, и сейчас их сила используется для поддержания связи с миром волшебников. Теперь уже два находится в руках Обито, что для нас нехорошо. Кьюби временно не учитывается; остаются ещё, помимо Нанаби, запечатанного в Фу, Йонби в Иве и Хачиби в Кумо. Обито захочет «сравнять счёт», уверяю вас; на Кумо, где только что был захвачен Нииби, он не станет нападать, а из оставшихся именно джинчурики Таки представляется более лёгкой мишенью — в силу собственной молодости и того, что Таки меньше и не так защищена, как Ива.

— И что вы предлагаете? — с определённым неудовольствием уточнил Шибуки. — Спрятать Фу в Аме?

— Спрятать — да, определённо, — кивнул Яхико. — В Аме ли? Нет. Из-за того, что именно здесь находятся глаза, которые ему нужны, Обито рано или поздно атакует Аме. Зная это, я не хочу рисковать ещё и Фу.

Сидя напротив, Цунаде видела, как по лицу Итачи скользнула тень одобрения. «Неудивительно, что он стал так предан Яхико, — подумала она. — Яхико вызывает уважение своими идеалами».

— Коноха может принять Фу, — предложила Цунаде. — Мы позаботимся о том, чтобы с ней ничего не случилось. Вы согласны на это, Шибуки-доно?

— Да, — после недолгой паузы ответил он. — Да, я готов доверить вам опеку над Фу. Однако я бы хотел, чтобы двое моих шиноби оставались с ней во время пребывания Фу в Конохе.

— Не вижу для этого никаких препятствий, — кивнула Хокаге, хотя на самом деле одно препятствие знала: Данзо. — Мы можем забрать её после этого собрания, а сопровождающие прибудут в Коноху, как только смогут.

— Не имею возражений.

— Полагаю, сейчас нам всем лучше вернуться в свои деревни, — заметил Гаара, — и обдумать дальнейшие шаги.

— Действительно, нужно собирать советы, — поддержал Кейтаро.

— Будем держать друг друга в курсе событий, — сказал Яхико. — Предлагаю встретиться через три дня и обсудить наработки, а также выработать общий план действий.

— Согласна, — Цунаде кивнула. «Если будем действовать сообща, должны прорваться… Надеюсь на это».