Тамара (читает усталым голосом). «...Последнее нашло отражение в итоговом документе. Коалиция намерена искать опору среди новых региональных политических элит. У нас нет, не было и не будет другой альтернативы, — сказал А. Федулов на встрече с журналистами».
Игорь Сергеевич. Все-таки это старая газета.
Тамара. По-моему, свежая.
Игорь Сергеевич. Нет, очень старая. Позапрошлогодняя. Правда, Антонина Павловна?
Антонина. Да какая разница... позапрошлогодняя или не позапрошлогодняя. Может, и не позапрошлогодняя. Может, свежая. Откуда я знаю.
Игорь Сергеевич. Интересное кино. Вы, милые дамы, наверное, так рассуждаете: если наш уважаемый попутчик... эээ... простите, а как ваше имя-отчество?..
Дед. Мое, что ли?.. Семёныч. Меня в Нащёкино все Семёнычем называют... А полностью Филипп Семенычем буду... В честь деда... Семена Филиппыча...
Игорь Сергеевич. Ну вот. Значит, по-вашему, Тамара, если Филипп Семеныч завернул свои замечательные... свежие!.. огурцы в прошлогоднюю газету, то она от этого тоже стала свежей? Так по-вашему?
Едят огурцы.
Дед. В этом году я газет не выписывал.
Игорь Сергеевич. Вот видите.
Тамара. Вы же меня сами попросили. Не хотите, я не буду читать.
Антонина. Читайте, читайте. А то совсем со скуки помрем.
Зевает.
Игорь Сергеевич. Так! Давайте договоримся. Кто первый зевнет, с того штраф.
Антонина. Да что вы такой раздражительный, Игорь Сергеевич.
Тамара. Игорь Сергеевич устал ждать. Мы, между прочим, все в одинаковом положении.
Антонина. Мужчинам всегда невтерпеж. Мужчины — не женщины.
Тамара. Однако Филипп Семёныч находит мужество не хныкать. У вас великолепные огурцы, Филипп Семёныч.
Дед. Кушайте, кушайте.
Игорь Сергеевич. Замечательные огурцы. Только... где же я раздражаюсь. Я не раздражаюсь. Рядом с вами, Тамарочка, я раздражаться никак не могу, вы на меня умиротворяюще действуете. Но... поймите меня правильно, я человек поступка, действия. Ожидание — это не моя стихия... когда нас прицепят... Соль, будьте добры... К другому поезду... ждать...
Дед. Это вторые уже. Первые-то померзли. А вторые с пупырышками.
Игорь Сергеевич. Парниковые?
Дед. Еще как парниковые.
Антонина. Мы тут сами как парниковые — в прицепном вагоне.
Дед. Солнышко сядет — прохладнее будет.
Игорь Сергеевич. Дочитайте, Тамарочка, не надо сердиться. У вас такой дивный голос.
Тамара (читает). «...Выпуск цветных металлов в России продолжает снижаться. Но внутренний спрос падает еще быстрее, что способствует возрастанию экспортного капитала...»
Игорь Сергеевич. Не свежая.
Тамара. «Тем не менее ожидается, что в третьем квартале медь рафинированная...» Неужели ни у кого нет детектива?
Антонина. Если нас прицепят когда-нибудь...
Игорь Сергеевич. Киевский должен прицепить. Не может же нас не прицепить киевский...
Антонина. Да... и если мы поедем, прицепленные... тогда я вам обязательно покажу дом... где я познакомилась... он виден будет... с Мишей Чудаковым. Михаилом Степанычем... Я его очень любила.
Дед. Редиска взошла, морковка хорошая... Тыкву посадил, тоже взошла... Кабачки...
Игорь Сергеевич. Детектив бы действительно не помешал бы. Мы бы его так и читали до вечера...
Тамара. Вслух.
Антонина. А вы, Игорь Сергеевич, вообще, я думаю, начитанный человек, да?
Игорь Сергеевич. Похоже?
Антонина. Очень похоже.
Дед. Смородину дрозды склевали. Три куста черной смородины.
Игорь Сергеевич. А красной?
Дед. Красной нет. Крыжовника много.
Игорь Сергеевич. Просто я книгами занимался. Имел, так сказать, отношение к литературе. Знаете, у меня какая библиотека была! Я работал в типографии Ивана Федорова. Ну и... сами понимаете... потаскивал.
Тамара. Воровали?
Игорь Сергеевич. Это не так должно называться. Я ж... просто книге цену знал. Тогда дешевые книги были. А я цену знал. Я их массу тогда перечитал и другим помог. Профессора Артамонова не знаете? Из Москвы.
Антонина. Не, не знаем.
Игорь Сергеевич. Профессора ко мне приходили, искусствоведы. Я многим помогал. Книга — друг человека, правильно сказано. Так что, Тамарочка, хорошая вы моя, вы музыку преподаете, а я так даже очень люблю... и Анну Андреевну, и Михаила Афанасьевича, и Марину Ивановну тоже... Я Марину Ивановну еще в гранках читал. Вот так.
Антонина. Как все быстро меняется. Как время летит.
Тамара. Ну здесь время не очень быстро летит. Здесь время того гляди остановится.
Игорь Сергеевич. Это верно.
Дед. А по кролиководству у вас ничего нет?
Игорь Сергеевич. По кролиководству мы не печатали. (Себе под нос.) Пунш и полночь. Пунш и Пушкин, Пунш и пышущая трубка...
Антонина. Ой, прочтите, Игорь Сергеевич...
Игорь Сергеевич. Не умею.
Дед. Вон, тележку опять повез. Проводник называется.
Антонина. А коробок-то сколько!.. Куда он их возит?
Дед. Делишки обделывает.
Антонина. Суетится.
Дед. Шустрит.
Тамара. Вот это я понимаю, человек действия. Поступка. А мы тут сидим сложа руки. Так, Игорь Сергеевич?
Игорь Сергеевич. Вы меня с ним не сравнивайте. Это пародия на предпринимателя.
Антонина. Лучше бы он узнал, когда нас прицепят. Когда мы тронемся.
Дед. Четвертую тележку везет. Все мало.
Тамара. А вы считаете?
Дед. Проводник... Застряли мы с ним в Новосокольниках. Ешьте, ешьте. У меня их корзина полная.
Антонина. Объеденье, а не огурцы.
Тамара. Сами-то почему не едите?
Дед. Зубов нет.
Тамара. Ах да.
Дед. Мне завтра примерять будут. В Санкт-Петербурге. Последняя примерка. Подойдут или нет.
Тамара. Да, да, вы рассказывали.
Едят, вздыхают.
Игорь Сергеевич. Суета, знаете, только мешает предпринимательству. Настоящий дилер никогда суетиться не станет. Это я не к тому, чтобы похвастаться. Просто я хочу сказать, что торопливость только вредит в бизнесе.
Тамара. А вы себя этим считаете... дилером?
Игорь Сергеевич. Ну что значит «считаю»... Тут не важно, кем ты себя считаешь. Себя можно кем угодно считать. По результатам судят.
Тамара. И что, хорошие результаты?
Игорь Сергеевич. Вполне.
Антонина. Книги подорожали.
Игорь Сергеевич. Да при чем тут книги. Я про книги просто так сказал. Дело прошлое. Тут игра покрупнее идет. Месяца через два... лимонов шесть получу... семь. И еще лимон в обороте.
Дед. Ну с лимонами ты загибаешь, дружок. Чтоб лимоны... У нас!.. Это тебе не огурец вырастить, лимон... Не смеши.
Игорь Сергеевич (снисходительно). У Филиппа Семеныча свои представления о лимонах.
Дед (смеется). Агроном...
Игорь Сергеевич (серьезно). Так что работаем, работаем. Вот сейчас прорабатываю один вопрос...
Тамара. Прямо сейчас прорабатываете?
Игорь Сергеевич. Разумеется, не прямо сейчас. Не в данный момент. Вообще. Это только по одному направлению. У дедушки хорошее настроение.
Тамара. С кем мы едем... то есть сидим? А, Антонина Павловна?
Антонина. Да... Крутой человек.
Игорь Сергеевич. Хотя... если о «сейчас» говорить... я тут подсчитал на машинке. Сколько стоит минута жизни... моей. Ничего получилось. Неплохо.
Тамара. Сколько же, интересно?
Игорь Сергеевич. Один доллар.
Тамара. Минута жизни — один доллар?
Антонина. Вашей жизни... доллар... минута?..
Игорь Сергеевич. Условно, условно. Вы так испугались... Но в принципе — да.
Антонина. Мы, значит, с вами сидим, сидим... сидим, сидим... и каждая ваша минута... доллар?
Игорь Сергеевич. Это если обобщенно рассматривать. Но в целом — да. Жизнь идет, счетчик крутится. Оттого, что я тут с вами... жду... столько времени... дела, вы сами понимаете, не останавливаются.
Антонина. А я так никогда в руках доллара не держала... Все рубли да рубли...
Игорь Сергеевич. Серьезно? Быть не может!
Дед. Ну и что, что рубли? Подумаешь, доллар.
Игорь Сергеевич. Да я покажу. У меня есть.
Антонина. Вот здорово.
Игорь Сергеевич. Щас, щас, подождите... секунду... одну секундочку... Вы-то, Тамарочка, наверняка видели... вам, Тамарочка, кофточка эта очень к лицу... Где же он... А... Вот.
Антонина. Какой помятый.
Игорь Сергеевич. Помялся немного. В пути.
Антонина. А вдруг фальшивый?
Игорь Сергеевич. Уверяю вас, не фальшивый.
Дед. Чей-то даже портрет... Президента, небось.
Игорь Сергеевич. Вашингтона... Или Линкольна.
Тамара. Вашингтона.
Игорь Сергеевич. Ну да, Вашингтона.
Антонина. А зачем у него печать на лбу?
Игорь Сергеевич. Где?
Антонина. Вот, печать.
Игорь Сергеевич. Печать?
Антонина. Кто-то печать поставил.
Игорь Сергеевич. Банк.
Антонина. Погасили. Недействительный.
Игорь Сергеевич. Что значит «недействительный»...
Антонина. Мы такие на почте ставим. «Штемпель» называется.
Игорь Сергеевич. Какой штемпель еще?
Антонина. А тут что-то написано... Но... Но... Во...
Дед. Новосокольники?
Антонина. Я же говорю, штемпель.
Игорь Сергеевич. Да ну вас. Там по-английски.
Тамара. Плохо пропечаталось.
Игорь Сергеевич. Ладно, давайте назад.
Антонина. Новосокольники.
Игорь Сергеевич. Нет никаких Новосокольников!
Тамара. Что-то мы подзастряли.
Дед. Мне бесплатно... Без долларов... Мне ветеранские... На последнюю еду примерку... Зубов...
Игорь Сергеевич. Сами вы Новосокольники...
Тамара. Потерпите, нас тоже прицепят.
Дед. Будет много яблок в этом году.
Антонина. Ну еще подождем... Ну немного осталось...