Придет в три ночи нечто, он сказал,

Со старого погоста под холмом;

Но, греясь мягким очага теплом,

Что это бред, себя я убеждал.

То, верно, шутка лишь, я размышлял,

Придуманная тем, кто незнаком

Со Знаком Старших, древним колдовством

Что порожденья тьмы высвобождал.

Не это, нет – но лампу я зажег,

Когда из Сиконка взошел Лев звездный,

А башня три часа пробила грозно,

И потускнел последний уголек.

Затем я услыхал стук тихий в дверь —

И правда пожрала меня, как зверь!