В полночь во небес горенье

     Сквозь эфирных бездн чреду

Зрел однажды я в томленье

     В даль манящую звезду,

В выси ночи порожденье

     Подле Арктоса в свету.

Волны красоты смешались

     С током золотых лучей;

Счастья образы спускались

     В дымке мирры до очей,

Да аккорды лир сливались

     В песни, лад лидийский чей.

Там (я думал) мир отрады,

     Где живут без зла и мук,

Каждый миг вскрывает клады

     В чарах лотоса округ,

И там льется для услады

     Лютни Израфеля звук.

И (сказал себе) сверкают

     Царства там безвестных благ,

Мир, Невинность увивают

     Добродетели очаг;

Света люд, чьи воспаряют

     Думы – не взнестись мне так.

Я мечтал, но вдруг в картину

     Вкрался чуждый красный бред,

Чаянье разбив в руину,

     Красоту в обман сует,

Гимнов ноты в мешанину,

     Виды в бесконечный след.

Ал был цвет звезды безумной,

     Лишь в лучи я вперил взор;

Радость горестью подлунной

     Стала, как раскрылся вздор;

Бесы в пелене безумной

     Чрез мерцанье слали мор.

Знаю смысл теперь я знака,

     Золотистый блеск что нес;

Избегаю в звездах мрака,

     Бывшего предметом грез;

Страх устойчивый, однако,

     Навсегда к душе прирос.