Барни Куинн мерил шагами свой кабинет.

— Начинаю думать, что мы справимся, Дональд, — сказал он. — Это хорошее жюри, и полагаю, нам удалось вызвать у них сочувствие.

— Отлично, — кивнул я. — Завтра утром Эрвин кончит разбираться с экспертом по баллистике. На основании находки в изгороди оружия Энсела он попытается снова ссылаться на показания Хелен Мэннинг…

Куинн рассмеялся.

— Это ему ничего не даст. Судья Лотон вымарал ее показания из протокола, так что ему придется…

— Погоди, — прервал я. — Когда Эрвин попытается восстановить показания Хелен Мэннинг на том основании, что их подтверждает находка оружия, ты скажешь суду, что при данных обстоятельствах точка зрения Эрвина выглядит хорошо аргументированной и ты отзываешь ходатайство о вычеркивании из протокола показаний Хелен Мэннинг.

— Что?! — изумленно воскликнул Барни. — Ты спятил!

— Тогда, — продолжал я, — Эрвин угодит в ловушку. Он вызовет своих главных свидетелей — Никерсона и Купера Хейла. Хейл расскажет весьма убедительную историю. После этого окружной прокурор успокоится и уступит инициативу тебе. Ты привлечешь внимание суда к тому факту, что Хелен Мэннинг удалили с места свидетеля и у тебя не было возможности подвергнуть ее перекрестному допросу.

— Это будет форменным самоубийством, — заявил Барни Куинн.

— А когда ты вернешь на свидетельское место Хелен Мэннинг для перекрестного допроса, — закончил я, — то достанешь окружного прокурора.

— В каком смысле «достану»?

Я бросил на письменный стол заявление Хелен.

Барни Куинн сел и начал читать. Прочитав несколько строк, он внезапно выпрямился и пробежал глазами остальное вплоть до подписи и даты. После этого Барни с благоговейным восторгом посмотрел на меня, встал и пожал мне руку, затем подошел к книжному шкафу, отодвинул полдюжины фальшивых корешков и извлек из открывшегося углубления бутылку и два стакана.

— Мне не нужно, — предупредил я его. — Я за рулем.

Барни Куинн наполнил свой стакан до краев.

— Тогда садись за руль и поезжай домой, — сказал он. — У меня груз упал с души, и я намерен как следует выспаться впервые с того времени, как я занялся этим проклятым делом. Мне не терпится взглянуть на физиономию Эрвина, когда он сядет в лужу.

— Не будь слишком уверен, — предупредил я его. — Эрвин далеко не дурак, а на Хелен Мэннинг явно действуют его выразительные глаза, широкие плечи и узкие бедра.

Куинн взял со стола заявление.

— Дай мне только ткнуть ей в лицо эту бумажку, и тогда мне безразлично, даже если она спит с окружным прокурором.

— Тогда тебе лучше завтра все закончить, иначе это неминуемо произойдет, — усмехнулся я.

Барни осушил полстакана виски, и его лицо расплылось в улыбке.

— Как раз то что нужно! — сказал он.